И чьи-то руки поймали меня.
Крепко. Быстро. Уверенно.
Я забарахталась, пытаясь удержаться и одновременно оттолкнуть.
— Отпусти! — дёрнулась я.
Но руки не отпускали. Даже слишком не отпускали.
— Да тихо ты, — сказал голос. Низкий. Жёсткий.
Я замерла.
Потому что голос был знакомым.
Не просто знакомым.
Он был… из той жизни, которую я вычеркнула.
У меня пропал дар речи.
Меня опустили на пол. Этот кто-то поднял мой телефон, посветил фонариком вверх и одним движением включил рубильник.
Свет щёлкнул.
Я медленно подняла голову.
И увидела его.
Он стоял в полумраке щитовой так, будто всегда там был. Будто время не прошло. Будто мои попытки жить заново — просто пауза, которую он выждал.
Его взгляд был ровным. Слишком спокойным для того, что происходило внутри меня.
Я не смогла выдохнуть.
А он, не торопясь, вернул мне телефон и произнёс так, будто мы виделись вчера:
— Привет, Жень.
И на этом у меня в голове оборвалось всё.
——————>
От автора 🖤
я буду очень рада если вам понравится моя первая работа, и вы оставите мне маленький отзыв в виде комментариев.
Глава 26. Я всё решила
Я смотрела на него, не моргая.
В щитовой было тесно, пахло металлом и пылью, свет бил сверху жёстко, без тени — как на допросе. Мне казалось: если я сейчас отведу взгляд, он исчезнет. Или наоборот — станет реальнее, чем я готова принять.
— Что ты тут делаешь? — спросила я наконец.
Голос прозвучал чужим. Сухим. Ровным.
Он смотрел прямо. Без удивления. Без попытки смягчить.
— Работаю.
У меня дёрнулась щека.
— Ты что, издеваешься? — вырвалось само. — Это шутка такая, да?
Он ничего не ответил. Только чуть сжал челюсть.
И этого было достаточно.
Я развернулась резко, почти бегом вышла из щитовой, даже не закрыв дверь. В спину ударил шум сервиса — смех, голоса, музыка, как будто мир не заметил, что внутри меня что-то треснуло.
Я схватила куртку, сумку, даже не попрощалась ни с кем.
Просто вышла.
На улице было прохладно. Воздух резал лёгкие. Я шла быстро, почти злилась на себя за то, что сердце колотится так, будто я не ушла от прошлого, а влетела в него с разбега.
«Работает».
Конечно.
Я свернула к пекарне. Той самой, где всегда брала свои любимые булочки — с корицей и орехами, ещё тёплые, липкие от глазури. Обычно этот запах действовал успокаивающе, как якорь.
Сегодня — нет.
— Две, пожалуйста, — сказала я автоматически.
Руки дрожали, когда я расплачивалась. Продавщица улыбнулась — и я поймала себя на том, что не могу ответить. Улыбка просто не нашлась.
Дома я включила свет, сбросила куртку, разулась и прошла на кухню.
Тишина.
Алиса встретила меня у порога, недовольно мяукнув, будто обвиняла во всех грехах мира.
— Сейчас, — пробормотала я и насыпала ей корм.
Я достала пасту, бекон, сливки. Всё делала на автомате. Резала, мешала, ждала, пока закипит вода. Когда поставила тарелку на стол — просто села и уставилась в неё.
Минуту. Две. Десять.
Я не могла пошевелиться.
Он был последним человеком, которого я ожидала увидеть. В последнем месте, где могла себе представить.
Я встала, пошла в ванную и набрала воду. Долго лежала, почти до остывания, уставившись в потолок. Мысли крутились, как бельё в старой стиральной машине — одно и то же, снова и снова.
В итоге я уснула позже обычного. Измотанная не делами — воспоминаниями.
Утро началось с дождя.
Не того ленивого, почти красивого, который стучит по стеклу и будто убаюкивает, а настойчивого — серого, густого, как мокрая вата. Он лупил по окнам так, будто хотел добраться до меня. Будто знал, что я не спала нормально. Что я лежала ночью и снова слышала в голове один и тот же голос: «Привет, Жень» — и после него у меня оборвалось всё.
Алиса, как всегда, вела себя так, будто мир создан исключительно ради неё: развалилась у меня под боком, мурлыкала, требовала ласки и еды.
Я погладила её по спине, нащупывая пальцами мягкое тепло, и попыталась убедить себя, что всё в порядке.
Не получилось.
Я встала, пошла на кухню, насыпала кошке корм. Поставила чайник. Достала чашку. Всё — привычными движениями, будто у меня внутри не было этого комка.
Чайник закипел, но я так и не налила чай.
Я стояла у окна и смотрела, как дождь рисует дорожки на стекле, и думала об одном: как так вышло, что я снова в его истории, даже когда ушла?
Рука сама потянулась к телефону.
Я знала, кому звоню, ещё до того, как набрала номер.
Виталя ответил не сразу. И именно эта пауза сказала мне больше любых слов.