Я легла к нему боком, уткнулась в его грудь.
И вдруг сама спросила — тихо, почти осторожно:
— Расскажи мне что-нибудь о себе.
Он замер.
— Что именно?
— Не знаю… — я пожала плечом, прижимаясь лбом к его груди. — Что ты любишь. Что ты… делаешь. Чем живёшь.
Саша выдохнул, будто готовился к бою.
— Ты сейчас опять про «чем занимаешься»?
— Да, — честно сказала я. — Только… без допроса. Просто… расскажи. Как можешь.
Он молчал пару секунд. Потом сказал глухо:
— Я занимаюсь тем, что мне приходится заниматься. Понимаешь?
— Нет, — я подняла глаза. — Не понимаю. Но хочу.
Саша посмотрел на меня внимательно.
— Ладно, — сказал он. — Слушай. Я…в машинах всю жизнь. Это моё. Я умею это. Я люблю это. Я хотел… вернуться в это нормально. Поэтому сервис. Поэтому всё это.
— А остальное? — тихо спросила я.
Он на секунду сжал губы.
— Остальное… это то, что я не могу тебе вывалить целиком. Не потому что не доверяю. А потому что… — он провёл ладонью по моим волосам. — Потому что ты потом спать не будешь. И я не хочу видеть тебя такой.
— Я уже не сплю, — хмыкнула я.
Саша коротко усмехнулся, но не весело.
— Я делаю грязные вещи, Жень. Иногда. Чтобы держаться на плаву. Чтобы… чтобы не утонуть. Вот так понятнее?
Я сглотнула.
— Ты… опасен?
Он посмотрел прямо.
— Для тебя — нет.
Я хотела возразить, но он приложил палец к моим губам.
— Не начинай. Ты спросила. Я ответил честно настолько, насколько могу.
Я замолчала. И почему-то именно эта честность, пусть кривая и неполная, сделала внутри чуть спокойнее.
— Хочешь фильм? — спросила я, чтобы отвести тему.
Саша кивнул.
— Давай. Только какую-нибудь тупую комедию. Чтобы мозг выключить.
Мы включили фильм, сделали попкорн, лежали в обнимку. Он время от времени целовал меня в волосы, как будто проверял — я настоящая.
А потом я потеряла нить сюжета.
Смотрела на экран, а видела другое: как он держал меня, когда я плакала. Как остановился, когда мог не остановиться.
И от этого мне стало… тепло.
Я повернула голову — он поймал мой взгляд.
— Что? — тихо спросил он.
И я, неожиданно для себя, потянулась к нему и поцеловала.
Глубоко. По-настоящему.
Саша замер на секунду, будто не верит. Потом ответил — горячо, уверенно, так, что у меня закружилась голова.
Я отстранилась первой, упрямо глядя в глаза.
— Только не зазнавайся, — прошептала я. — Это… просто потому что мне сейчас надо.
Он ухмыльнулся.
— А я думал, ты мне скажешь, что ты меня любишь.
— Ты сейчас договоришься, — фыркнула я и полезла на него, усаживаясь сверху.
Саша положил руки мне на бёдра. Держал крепко, но не давил. Его пальцы тёплые, уверенные, медленно скользили по ткани, и я почувствовала, как тело снова начинает «помнить».
Я наклонилась, уткнулась носом в его шею, целуя, гладя. Он тихо выдохнул и провёл ладонями ниже, будто изучая меня заново.
— Уверена? — спросил он хрипло.
Я закрыла ему рот губами.
Саша усмехнулся в поцелуй, но потом вдруг… остановился.
Не резко. Не с раздражением. С усилием.
Он прижал меня к себе, удерживая, и выдохнул:
— Подожди.
Я моргнула, не понимая.
— Что?
Саша смотрел на меня. И в этом взгляде было что-то удивительное: он не «берёт», он держится.
— Мы сейчас на нервах, — сказал он глухо. — Мы сейчас… как на осколках. Это будет не так. Я не хочу так.
Я замерла, ошарашенная.
— Ты… — я даже не нашла слова.
Он криво улыбнулся.
— Не делай такое лицо. Я тоже умею думать иногда.
Я нервно рассмеялась.
— Я… я согласна, — выдохнула я. — Просто… я не ожидала.
Саша поднял бровь.
— Что я не животное?
— Что ты… остановишься, — честно сказала я.
Он вздохнул и поцеловал меня в висок.
— Я не хочу, чтобы ты потом плакала ещё и из-за этого. Поняла?
Я кивнула.
Мы просто лежали. Смеялись над фильмом. Потом пошли на кухню.
Готовили вместе пасту с курицей — Саша резал овощи так, будто это угроза, я ворчала, что он всё кромсает «как на войну».
— Ты вообще умеешь аккуратно? — спросила я, наблюдая за его ножом.
— Умею, — буркнул он. — Просто не хочу.
— Почему?
— Потому что я мужчина, — невозмутимо сказал он.
— Потому что ты ребёнок, — парировала я.
Он хмыкнул и впервые за день улыбнулся нормально. Тепло.
Мы ужинали, пили чай. Я поймала себя на том, что улыбаюсь без усилий.
Саша попросил показать рисунки.
— Давай, — сказал он. — Хочу увидеть.
Я принесла альбом. Он листал долго, молча, и это было страшнее любых слов.
— Ну? — не выдержала я.
Саша поднял глаза.
— Ты талантливая, — сказал он просто. И добавил, чуть тише: — Я бы тебе студию купил.