Я сглотнула.
— Я… боюсь не ребёнка, — сказала я тихо. — Я боюсь будущего. Того… чем ты живёшь.
Он на секунду отвёл взгляд.
— Я сделаю максимум, — сказал он наконец. — И больше, чем максимум. Чтобы вас это не коснулось.
— Ты говоришь “вас”… — я горько усмехнулась. — А сам… ты кто? Тень? Опасность? Проблема?
Он резко поднял на меня глаза.
— Я для тебя не опасен.
Это было сказано так, что я вдруг поверила. Не “логикой”. А интонацией.
Пауза зависла между нами, как тонкая нитка.
И чтобы не порваться окончательно, я вдруг фыркнула:
— Это ты специально тогда сделал, да? — я попыталась усмехнуться, хотя голос дрогнул. — Специально… привязать меня.
Он не стал изображать невинность. Просто улыбнулся — впервые за весь день по-настоящему.
— Возможно, — сказал он. — Ты права.
— Засранец.
Я ткнула его локтем.
Он схватился за бок и упал на кровать с таким видом, будто ему срочно нужен хирург.
— Всё. Я умираю. Беременная меня добила.
Я невольно рассмеялась. И это было… странно приятно.
Он потянул меня к себе, мы легли. Он обнял так крепко, что мне стало спокойно физически, телом.
— Мне кажется, у нас получится, — сказал он тихо.
Я повернула голову.
— Ты сейчас про что? Про “нас”? Или про “это всё”?
— Про всё, — ответил он. — Про тебя. Про меня. Про… — он замолчал и положил ладонь мне на живот очень осторожно, будто боялся сделать больно. — Про это.
У меня защипало глаза.
— Я не знаю, — призналась я.
— Тогда просто будь рядом, — сказал он. — Пока.
И мы уснули.
Я проснулась, когда за окном уже темнело.
Его рядом не было. Я испугалась на секунду, сердце подпрыгнуло, но потом увидела свет из гостиной. Он сидел за ноутбуком, в домашних штанах и футболке. Не “босс”. Просто мужчина.
Услышав мои шаги, он сразу закрыл ноутбук.
— Есть будешь?
Я кивнула.
Мы поели. Я почти ничего не чувствовала на вкус — голова была ещё ватной, мысли медленные. Но сам факт, что он рядом, что он кормит меня, что он спрашивает — “будешь?” — как будто возвращал меня к земле.
Потом я сказала:
— Мне домой надо.
Он поднял взгляд.
— Нет.
— Саша…
— Нет, Жень.
— Там кошка. Там мой дом.
— Дом — это там, где тебе безопасно, — ответил он ровно. — Сейчас — здесь.
— Ты хочешь меня запереть?
— Я хочу, чтобы ты не падала в обморок одна в квартире и не лежала на полу, пока кошка будет смотреть на тебя, как на идиотку, — сказал он с таким серьёзным лицом, что я даже не сразу поняла — он шутит или нет.
— Кошка… вообще-то умная, — буркнула я.
— Тогда она поймёт, что переезжает, — спокойно сказал он. — Я привезу её.
Я открыла рот, чтобы спорить. Чтобы доказать. Чтобы упереться, как всегда.
И вдруг поняла: у меня нет сил.Ни на войну. Ни на гордость.
И ещё — страшнее — я поняла, что это не “контроль”. Это его способ защищать. По-своему. Неловко. Жёстко. Но честно.
Я просто села на край дивана и тихо сказала:
— Моя жизнь… за один день… перевернулась.
Он подошёл, сел рядом.
— Да, — ответил он. — Перевернулась.
Пауза.
— И мы будем жить дальше, — добавил он спокойно. — Просто теперь по-другому.
Я посмотрела на него.
— А я… я вообще не знаю, как.
Он чуть наклонился ближе, так, чтобы слышала только я.
— Я тоже не знаю, Жень, — сказал он. — Но я рядом. И пока я рядом — ты не одна.
И от этих слов мне впервые за сутки стало не страшно.
Не “спокойно навсегда”.
А просто — чуть тише внутри.
Глава 42. Перемены
Саша был у меня в квартире.
Я сидела у него дома, на диване, подтянув колени к груди, и держала телефон двумя руками, будто он мог в любой момент выскользнуть. Громкая связь была включена, и его голос — спокойный, чуть насмешливый — раздавался так, будто он сейчас рядом, а не за несколькими улицами от меня.
— Жень, — сказал он после короткой паузы. — У тебя тут… слишком много всего.
Я хмыкнула.
— Это ещё ты не видел шкаф в коридоре.
— Я его как раз открыл.
— Закрой.
— Уже поздно.
Я представила, как он стоит посреди моей маленькой прихожей, открывает дверцы, смотрит на аккуратно сложенный хаос моей жизни. И почему-то стало неловко. Не стыдно — именно неловко. Как будто он видит меня без одежды, но не телесно, а глубже.
— Тут коробка с проводами, — продолжил он. — Я не уверен, что человечеству нужен этот набор.
— Он нужен мне, — отрезала я.
— Для чего?
— Я не знаю. Но вдруг.
— Вдруг что?
— Вдруг жизнь рухнет, а у меня будет нужный кабель.
Он усмехнулся.
— Ты тревожный человек, Женя.
— Это ты просто слишком спокойный.