— Нет, Малфой! — Грейнджер резко выдернула свои руки из его хватки и бросилась в сторону. — Я никуда не пойду. Можешь согреть меня заклинанием. Или ты забыл, что умеешь колдовать?
Тот сердито прищурился и последовал за ней, настойчиво повторяя:
— Мы уходим, Грейнджер!
— Нет, не уходим! Не сейчас! Я почти десять дней просидела без свежего воздуха, мне хочется ещё! — Гермиона отступала от него спиной, сама ещё не понимая, что будет делать дальше: без своей волшебной палочки она ничего не могла, даже беспалочковая магия почему-то не срабатывала.
Драко остановился, плащ беспокойно хлопал по его сапогам под резкими порывами ветра.
— Ты сейчас же прекратишь свои дурацкие капризы! Здесь опасно, Грейнджер! — его голос стал похож на тихое рычание.
Молча качая головой, Гермиона всё ещё пятилась от него.
— Отлично! Ты выбираешь поссориться со мной? — угрожающе медленно проговорил Малфой.
Грейнджер дерзко вздёрнула нос выше, ей было невыгодно ссориться с Драко, но почему-то внутри неё всё удовлетворённо танцевало от явного ощущения его тихой злости. Словно она кинула в гладь спокойного озера камень и теперь с нескрываемым удовольствием наблюдала, как расходятся круги по воде.
Это в отместку за то, что он не раскрывал ей всей правды.
— Не нужно разговаривать со мной, как со своей ручной собачкой! Я сказала: не пойду! — крикнула она. — Поубавь свой приказной тон, папочка! Ты мне не…
Драко так быстро метнулся к ней, что Гермиона не успела договорить. Уже в комнате он снова кинул её на кровать животом вниз и пару раз врезал ладонью по её заднице, обтянутой кожаными штанами.
— Ты просто чёртова дура! — зло бросил он ей в спину.
Гермиона всхлипнула. Это было не больно — скорее обидно. Она и не думала, что Малфой так отреагирует на её капризы. Ведьма закрыла глаза, сжимая в кулаках покрывало. Она не знала, как посмотреть на него после произошедшего. Ей хотелось его убить. Или провалиться сквозь землю от стыда, ведь её ещё никто и никогда так не унижал с целью наказания.
Она всё-таки поднялась с кровати минут десять спустя и медленно сняла с себя одежду. Швырнула её в угол. Краем глаза Гермиона заметила, что Драко уже разделся. Он сидел в кресле в чёрной рубашке и тёмных штанах, молча глядя на огонь в камине. Желваки играли на его скулах. Он не обращал на неё внимания.
Ведьма сделала вид, что ей тоже плевать на него и его недовольство. Она сходила в душ, чтобы немного согреться. Завернувшись в халат Драко, Грейнджер уселась в другое кресло поджав ноги. Перед ней на столике сразу же возникло блюдо с какой-то едой и бокал белого вина. Гермиона проигнорировала ужин и, схватившись за алкоголь, сделала большой глоток пряного напитка.
Вино было приятным на вкус, лёгким, с примесью лимонных и цветочных оттенков. По-летнему тёплых и успокаивающих. Грейнджер с наслаждением пригубила ещё. Драко что-то проворчал рядом с ней и потянулся к её руке с напитком.
— Не налегай. — Его пальцы осторожно сомкнулись на её запястье: перехватив бокал другой рукой, Гермиона из вредности допила всё до дна и осуждающе взглянула на него.
— Грейнджер… — Малфой отвёл взгляд в сторону и добавил: — Прости, я не должен был тебя трогать… Но я не знал, как до тебя достучаться.
Она чуть не задохнулась от возмущения:
— Достучался? Отшлёпал меня, как шкодливое дитя! Садист!
Малфой скривил губы, стараясь не улыбаться. Но Гермиона видела — ему стало весело от её последней фразы.
— Иди ты знаешь куда?! — воскликнула она, злясь на него ещё сильнее и отталкивая его руку.
Он покусал нижнюю губу, а потом вскочил с кресла, пугая её своей стремительностью. Драко сделал несколько хаотичных шагов у камина и, повернувшись к ней лицом, резко проговорил:
— Грейнджер, ты вела себя как ребёнок! Поэтому и получила по мягкому месту! Что на тебя нашло? Что за странные капризы? Ты понимаешь значение слова «опасно»? Ты понимаешь, что я не просто так ношусь вокруг тебя? Не просто так стерегу тебя, как преданный пес! Чёрт тебя побери!
Он выглядел взвинченным до предела и смотрел так, словно хочет сжечь её своим возмущённым взглядом. Но и Гермиона была возмущена. Алкоголь в крови начал своё адское воздействие, обжигая вены злостью, и ведьма тоже подскочила с кресла, как будто кто-то подтолкнул её сзади.
— Нет, Малфой! — закричала она, вставая перед ним, как маленькая смелая собачка перед тигром. — Я не понимаю, что значит твоё «опасно»! Я сижу в четырёх стенах, как пленница, слушаю твои сказки о путешествиях во времени, о том, какой ты герой и как верно охраняешь меня много лет! Я жду тебя, лечу твои раны, а ты там непонятно где делаешь непонятно что! Просишь подождать, приносишь книги, шутишь, целуешь, а что происходит на самом деле, умалчиваешь от меня, как от какой-то тупой дуры! — она почти взвизгнула на последнем слове. — А ещё, кроме всего прочего, палочку мою забрал! И побил! И после этого ты хочешь, чтобы я себя нормально вела?! Я тебе не идиотка!