– Но ведь есть, – вмешалась Мира. – Сколько им людей спаслось.
– Так, сестренка, наверное, у каждого подлеца хоть что-то, да есть. Вопрос только – сколько.
– А причем тут Митька? – перебил Темка.
– Ну как же, Дарек ведь освободиться хочет. А ему было сказано, что спасение его – в поединке. Вот и дерется. Думаете, вы первые? Он уже столько испробовал! Давал напиться умирающему, а потом посреди боя отнимал силу. С калеками дрался. С безумными. С деревенскими, которые никогда в руках меч не держали. С сопляками. А спасения все не было. Теперь вон что, связать побратимством. Но только думаю я, не на это он ставку делает. Не верит Дарек в дружбу, тем более в такую, чтобы собой пожертвовать. Он другое учуял: нет у рода Динов покровителя, а раз так – от Шакала защиты нет. Представляю, как он боялся, что ты вернешь себе покровителя! Но раньше не мог. Скольких уже мальчишек положил – и все без толку. Ждал, как тебе восемнадцать исполнится, а тут роддарский Хранитель на его стороне сыграл.
Митька поддернул рукав, показал нитку с бусинами.
– Да, ты теперь совершеннолетний. Думаешь, чего я так сразу появился? Ну вот. У Создателя терпение лопнуло смотреть, как Дарек хитростью проклятие снять пытается. Матерь-заступница за вас просила. Вот нам и позволено вмешаться.
– Благодарю. – Митька чинно склонил голову, словно на посольском приеме.
– Да ладно. Мне, если честно, очень не понравилось, как роддарцы братскую клятву исполнять придумали. Крутили, считали. Купцы нашлись! Нет чтобы просто прийти и защитить.
– Что же раньше молчали? – перебил Темка.
– Вмешался, когда смог, – отрезал покровитель. – От глупости и бесчестия охраны нет.
Родмир встал. Следом поднялись и остальные.
– Эмитрий Дин, тебе дается отсрочка, попробуй снять родовое проклятие. Ты должен вернуться и принять бой не позднее последнего дня Ивового месяца. За друга не бойся, его защитит от Дарека Матерь-заступница. Тебя никто не заставляет, но…
– Я приеду, раз обещал тогда. Если, конечно, ничего не случится. Война же.
– Подождите, – встрял Темка. – Вы же можете перевести, как снять проклятие. Так скажите нам.
Родмир качнул головой:
– Нет. На это мне разрешения не дано. Это дело рода Динов и их покровителя. Удачи. Тропа будет, идите.
Даррена поклонилась по даррскому обычаю, молча повернулась и пошла в Пески. На золоте оставались крохотные следы, они быстро сравнивались ветром. Дрогнул рябью воздух, и девушка исчезла. Темка окинул горизонт взглядом – точно, пропала, как и не было. От бескрайнего золота с серебряными просверками его затошнило, все поплыло перед глазами. Мира очутилась рядом, погладила по щеке.
– Это Дарек постарался, воду в яд превратил. Да ты не бойся, пройдет.
Бронза легла широкой полосой. Теперь идти будет легче – солнце не слепит глаза, а жарит в спину. Родмир свистом подозвал корслунга.
– Постойте! – Митька шагнул к покровителям и опустился перед Мирой на колени. – Я хочу попросить у вас прощения. – Он наклонил голову, и тут же вскинул: – Нет, не прощения. Нельзя искупить вину за все беды, что мы принесли на ваши земли. Просто… Мира, если бы не поединок с Дареком, если бы я был вправе распоряжаться своей жизнью, я бы отдал ее вам.
У Темки сжалось горло, точно Дарек снова потянул из него жизнь.
– Ты не убивал, – тихо возразила Мира.
– Но я не остановил тех, кто убивал, а значит, вины на мне не меньше.
Темка шагнул вперед и тоже встал на колени. Почувствовал, как опустился рядом Марк. Горячий песок жег колени через плотную ткань штанов.
– Если я выиграю поединок, я буду просить вас, Мира, в искупление…
– Не надо. Разве этим искупают? Новым горем для твоей матери, твоих друзей?
– Простите, Мира! – вырвалось у Темки. Он был согласен с Митькой, но других слов не знал.
– Простите, Мира! – отозвался Марк.
Покровительница Миллреда наклонилась и поцеловала каждого. Когда Темкиного лба коснулись ее прохладные губы – отступила слабость, пришло спокойствие, какое дает в детстве материнское объятие после долгих слез.
Родмир вскочил в седло, усадил впереди Миру. Корслунг распахнул крылья, взрывал ногами песок, но хозяин его удерживал. Смотрел оценивающе на илларцев. Темка подтянулся, как в строю перед королем.
– Я постараюсь удержать Роддар от войны, – сказал Родмир. – До встречи!