Я поглотил сферу с Божественным языком и подзавис. Как и рассказывала Дарья, мне выдали лишь краткий разговорник с основными символами и базовыми религиозными формулами, но даже это позволит взаимодействовать с алтарем на новом уровне. И, самое важное, можно начать изучение зачарованных предметов. Дарья не врала, письменность действительно непростая и по логике, и по исполнению каждого символа. Но я знал, что нужно просто дать «базе» время полностью обосноваться в моем мозгу. А затем нанизывать новые бусины одну за другой.
Спутники осторожно, в несколько заходов передали часть своей магической энергии мне. А я дозаполнил одну из созданных сегодня у источника батареек, попутно прокачав ее песком до солидного размера. Заодно объяснял слушателям свои действия простыми русскими словами. Потом Влад разом опустошил накопитель в себя. И следом еще один — для эксперимента не жалко, у источника сегодня сделал достаточно. У парня аж глаза на лоб полезли.
— Ну как? — я уже знал ответ, поскольку полученная от новых знакомых энергия только что расширила мой резерв на скромную половинку аттса. Зато навсегда. Можно было не спрашивать, магическое зрение позволило оценить заметный прогресс товарища.
— Охренеть! Но это работает. Я прям чувствую!
Возвращать энергию, попутно улучшая накопители — монотонная работа, скучная и утомляющая, но, увы, необходимая. Часть маны неизбежно рассеивалась в пространстве, а, как я уже заметил, под куполом она восстанавливалась очень и очень медленно.
Повторили методику с аборигенкой — хватило одного накопителя в половину лухса. Айне развитие резерва давалось тяжелее, пришлось прийти ей на помощь, сразу забрав избыток.
Мария и Толик немедленно загорелись идеей отдать мне хоть всю остальную ману в обмен на ускоренное развитие. И пусть я уже зевал, попутно утирая со лба трудовой пот, пошел ребятам навстречу. Немного увеличить резерв и прокачать работу со сферами — всегда пожалуйста. Для их слабых средоточий эффект оказался бомбическим. Девушка приросла на сразу треть, Толик получил прибавку в четверть. Результаты оценил сам, земляне еще не освоили взаимодействие со своими средоточиями. Я же получил от них гораздо больше. Резерв достиг четырех единиц, да и скорость восстановления магической энергии по ощущениям должна немного подрасти. Жаль, что купол не позволил проверить насколько.
Активная работа с маной вызвала сильный сушняк. Приготовленный Айной травяной отвар всем зашел на отлично. Озвученная управленцем норма в двадцать пять лухсов наводила на мысль, что резерв маны у среднего жителя оазиса очень мал. У того же Артура, на мой взгляд дилетанта, он составлял не больше восьми-девяти единиц. А ведь он два месяца бродит по местным пустошам, режет монстров, добывает ману из источников и имеет, я уверен, регулярный доступ к новым навыкам. Курсы по прокачке средоточий открыть, что ли?
Глава 20
Утро началось со скандала. Чуть свет в наш барак приперся какой-то вредитель. Бесцеремонно устроил побудку и принялся выгонять сонных сорколинов наружу. Народ спросонья вяло ругался. Нежданный визитер грубо схватил Айну, собираясь вытолкать на улицу и ее.
— Эй, ты, а ну стоять! — врезать вторженцу по сопатке хотелось неимоверно.
— Шо таккойе? — с акцентом прокудахтал крупный мужик, разворачиваясь. Айна, недолго думая, вырвалась и спряталась за наши спины.
— Что за некультурный неотесок к нам вломился? Ты, дядя, мазохист, наверное?
— Мы ж от скверны пострадавшие! — поддержал мое возмущение Владислав, — Это, считай, разрешение пиzдить всех, кто спать мешает.
— Меня пистить не натто! Я глафный кормилец! — возмутился тот и сбивчиво пояснил, что имеет приказ всех новоприбывших срочно отправить на полив огородов. Речь шла про четырехпалых с истекающим сроком карантина.
Вышли на воздух к толпе трясущихся по утренней прохладе рабов. У ворот заразительно зевал комендант.
— Юрис Лацис, — представился белобрысый «кабан», слегка струхнувший при виде троих мужиков, возмущенных столь бесцеремонным и ранним подъемом.
Назвались в ответ. Латыш не зря назвался главным кормильцем, поскольку отвечал за развитие сельского хозяйства оазиса. Его дело не могло подождать — поливать огороды следовало до наступления жары, а фронт работ огромен и распределен по всему оазису вместе с участками плодородной земли. Свое наглое поведение фермер объяснил крестьянской поговоркой: