− Рамки? – упираясь ладонями в мои плечи, качнула бедрами.
− Можешь считать, что они самые, – притянув её сильнее, подался навстречу.
− Ты заставляешь поверить. Это всё усугубляет.
− А ты пытаешься на*бать нелепой игрой. Неужели кто-то ведётся?
− Многие. Просто с тобой что-то не так, – её смазанный дыханием стон ударил по нервным окончаниям, когда прильнул губами к полушариям груди.
− Надо быть полнейшим дебилом, чтобы не понять твоих уловок. Ты слишком честная, чтобы заниматься подобной ху*той. Это отлично читается.
− А тебе, значит, честность нравится?
− Просто научись принимать то, что дают, – сорвал с неё мешающий мне бюстгальтер.
− И быть за это благодарной, – с издевкой и нескрываемой иронией в голосе, впиваясь своими пальчиками в мои плечи и шею.
− Об этом и слова не было. Мне твоя благодарность побоку сейчас. И без неё отдача соразмерная, когда тормоза отпускаешь, – её глубокий вдох, и попытка отстраниться. Не дал. Поднявшись вместе с ней, передислоцировался на кровать, срывая остатки одежды. Провёл губами по нежной коже, заставляя жадно глотать воздух от бьющих изнутри эмоций, и дурея от вида её наслаждения. Неожиданно подалась вперёд, касаясь нежно моего лица кончиками пальцев, и так же осторожно языком по губам, одновременно выгибая спину и прильнув всем телом. Сорвало. Ударило током вдоль позвоночника осознанием, что это полный карт-бланш. Отсутствие, в данный момент, всех рамок, границ, тормозов. В её движениях сейчас нет контроля, нет ограничителей. Это её доверие. Со своеобразным шлейфом страха и ожиданием разочарования, но всё же доверие, которое пьянило и накладывало определенную долю ответственности.
Прикосновения кожа к коже, жар тел и сдерживающая кипевшую в венах кровь нежность. Несло двоих в потоке, снося всё к чертям, сжигая всё лишнее на своём пути. До какого-то внутреннего кипения, сумасшествия и одури наслаждались друг другом. Каждый сантиметр её тела под моими пальцами и губами.
Унесло одновременно, размазывая сознание и наполняя конечности немеющим удовольствием. Не выпуская из своих рук, лёг на бок, прижимая к себе, зарываясь носом в её спутавшиеся волосы, восстанавливая дыхание и способность связанно мыслить.
Думал, Настя заснула, и не сразу понял, что она плачет. Привык, что женские слёзы всегда громкие, с эмоциями, порой с битьём посуды и бессвязным ором. Её же были тихими, даже без всхлипов и лишнего шума. Солёные капли просто беззвучно сбегали из уголков глаз. Лишь её слишком размеренное дыхание, заставившееся насторожиться, выдало. Потянулся к светильнику.
− Не надо, – провела ладонями по лицу и, поднявшись с кровати, направилась в ванную.
После душ, и она, прислонившаяся лбом к моему плечу, не желающая поднимать взгляд. Доверившись, впервые, вот так спокойно, стояла в кольце моих рук под мягкими струями воды.
− Что не так? – спросил тихо и вкрадчиво, скользя пенной губкой по её плечам.
− Всё хорошо.
− Настя… − её пальцы легли на мои губы, жестом умоляя замолчать.
− Всё слишком хорошо, – и ещё тише добавила. − Я же говорила, что разъ*бёт.
Когда смывал пену с её волос, понял, что рубит её уже жестко. Видимо, напряжение, наконец, полностью отпустило, а усталость и выпитое брали своё. Завернув в большое полотенце, подхватил на руки и понёс в спальню. Молчаливое согласие и ни единого протеста, лишь обхватила руками мою шею, прильнув к плечу. Заснула моментально. Накрыв её одеялом, лёг рядом.
Глава 27
Никогда ещё так тяжело не просыпалась. Телефон надрывно вопил звуком входящего звонка. Поднявшись с постели, поплелась за ним в коридор. Кому, бл*ть, что надо в такую рань? На часах не было ещё и семи.
− Слушаю.
− Анастасия Николаевна, это Светлана. Сергей Викторович очень просит вас срочно приехать.
− Что случилось?
− Тут из трудовой инспекции пришли. Кажется, адвокаты. Просят…
− Скажи, что через сорок минут буду, – перебила её и, скинув вызов, выругалась.
Да здравствует новый п*здецовый день. Судя по тому, что у порога нет мужских ботинок, то Ширяев тоже дал по съ*бам. Что ж, этого и стоило ожидать. Внутренности неприятно сдавило, но отмахнувшись от этого чувства, засунув его подальше и поглубже, поскакала сайгаком на кухню. Аспирин, заказ такси, быстрый душ, чулки, трикотажное платье, ибо времени на то, чтобы отутюжить брюки нет. В спешке одеваюсь, при этом попутно отдавая распоряжения по телефону секретарше то своей, то Викторовича по сбору необходимых документов. Я уже на скорую руку приводила в порядок волосы, затягивая их в высокий хвост, как раздался звук открывающийся двери, и на пороге появился Андрей. Просто явление Христа народу. Неожиданно.