Глава 28
− Тебе извещение принесли с утра. Повестка пришла.
− Ты забрал?
− Да, у тебя почтовый ящик дырявый.
− Ему сто лет в обед. Туда сроду ничего, кроме рекламных буклетов, не впихивают.
− Можешь кофе себе сделать, пока я собираюсь. В ящике шоколадка есть, – бросил Андрей, поднимаясь с места и направляясь в небольшую каморку, смежную с кабинетом, по пути снимая верх хирургического костюма.
− Ты мне просто ключи с бумагой отдай, и я поеду.
− Я переоденусь и отвезу тебя на почту. Потом поедем к одному человеку, который может помочь с хорошим юристом.
− Андрей! Я не просила тебя вмешиваться. Я сама решу свои проблемы, окей? У Галины сейчас завал, она предупреждала, но ещё есть время кого-нибудь найти.
− Незачем, уже нашёл, – он вышел из каморки в одних легких хирургических штанах и с чашкой свежесвареного кофе.
− Ширяев, то, что ты со мной тр*хаешься, не значит, что надо и проблемы мои решать. Я не тупоголовая любовница, которая ради благосклонности и покровительства ноги раздвигает, – поставив чашку на стол, обернулся, полоснув меня потемневшим и недовольным взглядом.
− Это просто помощь, а не оплата твоих постельных навыков. Уймись, – процедил сквозь зубы.
− Это меня обязывает, а я терпеть не могу быть кому-то должной.
− Особенно мужчине, – ирония просто фонтанирует в его интонации, вымораживая меня окончательно.
− Да, бл*ть! Особенно.
− Ну раз ты это так расцениваешь, то, значит, отблагодаришь. Я не откажусь от качественного минета, – произнёс ровно со своим *бучим прищуром. Внутри взорвалось моментально, окрашивая стенки кровавыми ошметками. Но в уже привычном взгляде серых глаз отчетливо отражался настоящий подтекст сказанного. Су-ука. Подавив желание вылить его чертов кофе ему же на голову, я, забросив ногу на ногу, откинулась на спинку дивана, высокомерно вздернув бровь, из-за всех сил сдерживаясь от этого эмоционального порыва.
− Ты сейчас специально провоцируешь?
− А сама как думаешь? – зеркалит мой взгляд. – Х*ли ты тут концерт мне устраиваешь? Вопрос уже решён. Поэтому сейчас ты пьёшь кофе, сажаешь свою задницу в мою машину, и мы едем к Демиду.
− Яйца от такого количества тестостерона не опухли, альфа-самец? – если бы на его месте был мужчинка с нервной системой и моральными принципами послабее, он мне бы уже в шею вцепился, а в следующую секунду её бы свернул. По крайней мере, именно это желание читалось во взгляде Андрея.
− Баева, не беси, а то я тебе рот скотчем заклею и, связав, запихну в багажник. Я сегодня тоже подза*бался и хороводы вокруг твоей *бучей эмансипированости водить не буду.
− Так не води, никто же не просит! – поднялась с дивана, застегивая распахнутое ранее пальто и подхватывая сумку.
− Да *баный ты в рот. Села и жди, – его взрыв, и мой демонстративный игнор.
− В ж*пу пошёл, – шаг к двери, и меня, схватив за локоть, развернули, впечатывая в себя. Резко и зло впился в губы, больно кусая, со своим ненормальным напором. Вырваться не получалось, успела лишь ударить несколько раз по плечу, но он тут же перехватил руки, сцепив их за спиной, обездвиживая, подавляя мой бунт и возмущение. Полыхнуло. Толкнул к стене, прижимая всем телом. Тварина. Крышу рвало от злости, неприятия, что ему похр*н на моё мнение, и возбуждения, разорвавшего моё сознание и заструившегося диким ядом по венам. Провела ногтями по его спине, вдавливая в кожу, не жалея. Знаю, что делаю больно, что оставляю борозды, которые позже будут саднить. Понимаю, что ещё больше пробуждаю внутреннего зверя, но терпению и выдержке Ширяева можно лишь позавидовать. По его рваным, но сдерживающим рвавшуюся наружу агрессию движениям было понятно, что он на грани, что несёт его также, как и меня. Рывок за волосы, отводя в сторону, и жёсткий укус на шее в отместку. Пальто слетело на пол. Задирая платье, подхватил под бёдра, впечатывая в стену с такой силой, что я почувствовала каждый свой позвонок. Захват на шее одной рукой и, не отрываясь от моего рта, в два шага к дивану. Я сверху. Его явная уступка, потому что всё равно чувствует границы. Бл*ть, да ты их сметаешь, Ширяев, как нех*й делать. Рукой по небольшой тумбе, шорох разрываемой упаковки, нижнее белье просто сдвинуто в сторону, и он медленно, но с давлением на мои плечи, заставляя опуститься ниже, вошёл, наполняя жаром, прокатившимся по телу, разбивая остатки самоконтроля. Губы сами разомкнулись в жадном вдохе…