− Побудь тут до приезда Даньки хотя бы, – он бросает взгляд на проём без окна. Пояснять не надо, поэтому просто киваю. − Я уже ему набрал.
− Хорошо. Езжай.
Стоя на крыльце совершено незнакомого и чужого мне дома, наблюдаю, как отъезжает машина скорой помощи со включенной сиреной, а следом рвёт с места автомобиль Андрея. К горлу подкатывает неприятное чувство страха, как много лет назад, когда так же увозили бабушку…
Глава 29
Чтобы хоть как-то унять внутри неприятное чувство волнения и внезапно подкатившего страха, я направилась обратно в дом. Привела в порядок всё в спальне. Найденной шваброй протёрла пол − никто ведь не разувался, не до этого было. С помощью пары пакетов, ножниц и скотча закрыла проём без окна. На улице начинался первый мартовский дождь: холодный, неприятный, нагоняющий ещё большую серость на окружающую действительность.
Данил подъехал почти одновременно с Андреем, сразу выгружая новый стеклопакет из багажника. Вышла на крыльцо и, опираясь на перила, закурила.
− Хорошо что стандартный размер ставили, найти проще. Правда, трехкамерное.
− Сейчас вообще без разницы, – отозвался Андрей, поднимаясь на крыльцо вместе с Кеном. – Насть, поставь, пожалуйста, чайник, – кивнула.
Пока они возились на улице, мне пришлось хозяйничать на чужой кухне. Это было непривычно и неудобно, но других вариантов нет.
Когда они закончили с окном, то мы все собрались на кухне, грея замершие руки о чашки с чаем. Андрей включил тен, но отопительная система ещё хорошо не прогрелась, и в доме было довольно прохладно. Ширяев сидел мрачный и сосредоточенный, что-то строчил в телефоне. Кен какое-то время пытался завести разговор, но в итоге тоже замолчал.
− Спасибо за тачку, − тихо проговорила в сторону Данила, когда Андрей поднялся из-за стола и отошёл в другую комнату, снова с кем-то разговаривая по телефону.
− Не за что, – покривился, отхлебывая чай из чашки. В другой ситуации Кен обязательно сказал бы какую-нибудь гадость в мой адрес, а я бы, конечно, ответила. Я его бешу в той же степени, что и он меня. Но сейчас оба понимали, что в данный момент конфликтовать нельзя. Не из-за того, что Ширяев нас двоих сразу закопает, а потому что это и есть те самые настоящие границы, которые переступать нельзя, если есть хоть какое-то человеческое сознание и уважение.
После, когда Данил уезжает, Ширяев выходит на улицу и, присев на крыльцо, закуривает. Я тоже, с мыслью, что надо бы поесть. На голодный желудок от никотина голова кругом.
− У бабушки инсульт был? – неожиданно произносит, всё так же мрачно взирая куда-то в сторону калитки.
− Дважды.
− Ухаживала за ней ты одна. Из-за этого проблемы с позвоночником в поясничном отделе, – даже не смотрит на меня, будто дрейфуя в собственных мыслях. Не вопрос − констатация факта.
− Искривление двух позвонков, – отвечаю сухо, не хочу сейчас об этом говорить. И так своеобразное дежавю оставило на душе неприятный осадок беспокойства. А вспоминать, как на себе таскала бабушку до ванны, сколько сил приходилось тратить, чтобы элементарно её перевернуть, дабы не появились пролежни, и вовсе нет желания.
− Плюс опущение почек, – дополняет.
− Правостороннее, – отвернувшись, выпускаю никотиновый дым. − Как мать? Что сказали?
− Сегодня УЗИ, МРТ, анализы, осмотр. Завтра с утра будет вся информация. Сейчас к Демиду съездим, и домой отсыпаться.
− Может, в другой раз по гостям?
− У матери Титова широкопрофильная клиника с хорошим кардиологическим крылом и реабилитационным отделением. Мне всё равно с ним переговорить надо. Убьём сразу пару зайцев и заодно пожрём, а то я сдохну от голода. С утра ничего не ел.
Дорога до одного из новых микрорайонов города с элитными многоэтажками, прошла в молчании. Не прошло и двадцати минут, как Андрей снова потянулся к пачке с сигаретами. Которая уже по счёту, Ширяев? Осторожно кладу свою руку поверх его, отводя в сторону и переплетая наши пальцы. Его короткий взгляд с немым вопросом, и уголок губ поднимается в понимании. Возвращает внимание на дорогу, сжимает мои пальцы, подносит их к своим губам. Невинное, по сути, прикосновение, а тряхануло меня, как от удара током, скручивая все нервные окончания. Поверить хочется: по-глупому, по-бабски. Воздушных замков настроить, в облаках повитать и побыть хоть немного счастливой. Но урок давно усвоен, и приобретенный опыт сдирает розовые очки, сколько бы я не пыталась их надеть. Как только мы переступаем порог квартиры Титовых, Андрей с Демидом, оставляя нас с Викой вдвоём, сразу уходят в комнату.