- Ладно, не ворчи уже. Я погорячилась, - успокоившись, ответила Аксая.
Переодевшись, она вернулась на арену и, найдя глазами Джая, подбежала к нему, рывком развернула его к себе, отчего тот слегка обомлел.
- Давай, учи, раз позвал! Только хорошо учи, чтоб вашей Шампур понравилось.
От такой наглости и своеволия, вдобавок оскорбительного отношения к их пресветлой царице, Джай схватил Аксаю за волосы и резким движением бросил вниз.
- Есть еще что сказать? - тихо спросил он.
Наклонившись над ней, он рукой с силой начал давить ей на затылок, зарывая ее голову в песок. Аксая руками и ногами начала отбиваться от Джая, задыхаясь, ловя ртом воздух, отчего он только набивался песком.
- Двадцать кругов в поножах вокруг арены, - сквозь зубы прорычал он.
И тут же к Аксае подбежали вахштары, подняли и начали надевать на нее что-то в виде железных колодок. Как только она была готова, Джай велел ей бежать:
- Двадцать кругов. Или хлыст. Вперед!
Колодки были такими тяжелыми, что Аксая не могла сдвинуть ногу с места. Джай подождал немного, глядя на ее потуги, сделал жест рукой, и ему тут же принесли плетку. Он подошел к Аксае, сунул плеть ей под нос и прорычал:
- Не побежишь, получишь это. Ясно?
Аксае было все равно и она отправила Джая далеко и надолго, от чистого сердца, пожелав всего самого наилучшего, наградив его при этом всеми нежными словами, которые знала:
- Сам беги, свинья!
В ту же секунду она услышала свист над ухом, и жгучая боль пронзила ей спину.
- Но-о-о, пшла! - крикнул Джай.
Аксая, превозмогая боль от удара плетки, еле перебирая ногами, поплелась вокруг арены.
- Пока двадцать не пройдешь, спать не ляжешь! - крикнул ей Джай, присев на одну из ступеней.
Она шла и шла, и конца и края не было ее страданиям. Как он мог ее ударить? Такой красивый, такой мужественный и такой злой. Жестокий Джай.
"Надо ему прозвище придумать."
Ноги делали, голова думала. Чем еще было заняться? И от нечего делать, она стала придумывать Джаю прозвище. Но, кроме "милашка" и "котенок" ничего в голову не приходило. Сколько кругов она намотала уже?
"Надо было считать. Как я теперь узнаю, когда хватит? Итак, включаем турборежим бешеной черепахи и летим к финишу!"
Идти постепенно стало легче, но немного. Конечно, это была тренировка, она понимала, но сколько можно ее хлестать? Или у них так принято?
Проходя в очередной раз мимо Джая, она спросила его:
- Почему ты злой такой со мной? Нельзя быть понежнее? Я же девочка!
- Ты - черный пес Дильмуна. Ты не девочка.
Джай, сидел на теплом покрывале, которое ему принесли вахштары, и грыз орешки, наблюдая за Аксаей.
- Почему нельзя со мной более вежливо? Зачем так грубо? Дерешься, плетками машешь. Больно ведь, - она топала мимо, изредка бросая на него взгляд.
- Молча иди. Силы расходуешь. Или они у тебя еще есть?
Джай поднялся с покрывала и подошел к Аксае, оглядев ее с ног до головы.
- Есть силы? Тогда беги. Ускоряйся!
Аксая покосилась на его хлыст, который был у него за поясом, и попыталась прибавить ходу. Получилось не очень.
- Это сейчас основное твое занятие будет. Ты слабая. А псу нужна сила и выносливость.
Солнце пошло на закат, и вахштары зажгли факелы. Аксая молча шла вокруг арены, а Джай молча наблюдал за ней. Через какое-то время ему принесли ужин, который он спокойно уплетал, глядя на топающую Аксаю. Мириам, потеряв свою хозяйку, пришла на арену. Поклонившись Джаю, она присела поодаль и стала ждать, когда ее госпожа отходит оставшиеся круги. Оставалось ждать недолго. Когда Аксая закончила, Мириам сняла с нее колодки и аккуратно повела домой. Пока они шли к дому, Аксая ругалась на своем родном языке, а Мириам беспрестанно стрекотала о том, как она потеряла свою бедную госпожу, периодически спрашивая, что Аксая говорит, потому что по-русски она не понимала. Аксая в ответ только морщилась и продолжала ворчать, радуясь, что ее родной язык понимает только Джай, а Мириам он недоступен. Это было презабавное зрелище! Две девушки ковыляли к дому, болтая каждая о своем, причем одна из них абсолютно не понимала, что говорит другая, но при этом они прекрасно понимали друг друга.
Войдя в дом, Мириам усадила хозяйку на кровать, а сама пошла за теплой водой.
- Госпожа, я сейчас вас вымою, а потом натру ваше тело травками, и завтра будете как новорожденная, - радостно прощебетала она. - А пока выпейте вот это снадобье, оно разольется по вашим косточкам, и они станут крепкие, как камень.
Мириам подала хозяйке глиняную чашку, в которой была какая-то жидкость. Аксая взяла, не споря, и стала пить. На вкус, конечно, это была гадость, но Аксая теперь уже знала,что ее гулам была мастерица восстанавливать порядок в ее организме. Пока она ждала, когда Мириам принесет теплую воду, в голове крутился один и тот же вопрос: Почему? Она решила, что завтра, если встанет, прижмет Акки, чтобы он ответил на все ее вопросы.
Мириам с усердием притащила горячей воды, наполнила массивную бочку, заботливо раздела Аксаю и аккуратно усадила её в это просторное вместилище, не забыв добавить туда какие-то ароматические смеси. Вода, приятно теплая и ароматная, начала медленно окутывать тело хозяйки, создавая уютную атмосферу спокойствия. Аксая, чувствуя, как напряжение постепенно покидает её тело, глубоко вздохнула и закрыла глаза, полностью отдавшись моменту. Мириам, наблюдая за ней, улыбнулась, довольная тем, что смогла создать для своей госпожи этот маленький оазис умиротворения.
Приняв ванну, Аксая позволила себя уложить в кровать, где мгновенно провалилась в сон. Мириам только тяжело вздохнула, глядя на свою госпожу. Гулам с самого детства была приучена прислуживать женщинам-псам, ведь она родилась в доме господина, хотя ее родители и были рабами. Мириам не жаловалась на жизнь и не роптала на судьбу, потому что работать на братство было статусно. Гулам, вахштары, кашшади были действительно мастерами своего дела. Воины-псы достигали своих успехов не только благодаря своим умениям и подготовке, но и благодаря умелому ухаживанию своих слуг за амуницией, оружием, телом и, естественно, лошадьми, поэтому обслугу псам готовили с самого детства и именно из тех рабов, кто имел определенные права. Конечно, Мириам знала, насколько тяжело будет ее новой госпоже, если она не начнет слушаться. Прошлая ее госпожа была своевольная, потому и поплатилась за это, но Мириам ее было не жаль. Постояв рядом со своей новой хозяйкой, она отправилась по делам.
Выйдя из дома, Мириам прикрыла за собой дверь, стараясь не издать ни звука. Ее легкие шаги едва касались земли, словно она боялась нарушить тишину ночи. В воздухе витал запах свежести, смешанный с легким ароматом цветущих садов, но она едва замечала это, полностью поглощенная своим ночным приключением. Мириам знала, что нужно быть осторожной, и тень от факелов, мерцающих вдоль стен, стала ее верным союзником. Она ловко лавировала между ними, стараясь не привлекать лишнего внимания. Наконец, достигнув места, где хранился фураж для коней, она скользнула в густую тень. Сердце бешено колотилось в груди, но она не могла позволить себе остановиться. В этот момент, когда Мириам достигла своего укрытия, чьи-то сильные руки обхватили ее за талию. Она вздрогнула от неожиданности, но, обернувшись, увидела знакомое и такое любимое лицо, которое тут же вызвало у нее счастливую улыбку.