В это утро, вместо привычных занятий с хафизами, Акки повел Аксаю в тот сад, где они уже были однажды. Сад жил своей жизнью: легкий ветерок играл веерными листьями пальм, создавая мелодичный шепот, а протекающий рядом ручей звенел своими колокольцами. Акки и Ксю сели на теплое покрывало, в мягкие подушки, которые были разложены тут же, и Акки начал разговор. Он говорил о жизни, о ее мимолетности и о том, что каждый приходит для одной единственной цели, и у каждого цель своя. Он рассказывал о древних мудрецах, чьи мысли и идеи до сих пор вдохновляют людей. Аксая слушала, погружаясь в его слова, будто в тихий поток реки. Она чувствовала, как ее мысли становятся ясными, сердце наполняется спокойствием и ее жизнь приобретает смысл.
- Извини меня, Акки. Я хочу задать тебе вопрос.
Акки кивнул головой и жестом показал ей, что она может задавать любые вопросы.
- Скажи, а когда ты научишь меня превращаться в пса? Я уже готова к этому или еще не время?
Она сидела напротив Акки, скрестив ноги, и ее взгляд, полный любопытства и ожидания, был устремлен на его одухотворенное лицо. Тот смотрел на Аксаю с легкой улыбкой, будто наслаждаясь ее жаждой знаний и энтузиазмом.
- За то время, которое ты находишься в братстве, твои успехи в учебе очень заметны. Ты молодец, - он помолчал слегка, а затем продолжил, - Превращение в черного пса, Аксая, это не ритуал и не искусство. Это твоя вторая сущность. В тебе, как будто двое - человек и зверь. Превращение требует от ученика не только физической подготовки, но и духовного развития.
- Но я же превратилась как-то однажды, - удивилась Аксая.
- И как ты себя при этом почувствовала? В тот раз это было нечаянно, ведь ты сама себя не осознавала. А когда вернулась обратно в тело человека, больно было?
- Не помню, если честно. Было страшно и непонятно, - Аксая опустила глаза.
- Это не просто умение принять форму пса и вернуться обратно спокойно, безболезненно и по своему желанию. Это понимание, что каждый из нас, живых существ, лишь часть огромного мира, и что наши способности безграничны, если уметь слышать, видеть и чувствовать. Аксая! Правильно видеть, правильно слышать и правильно чувствовать.
Она нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное.
- Я готова, - сказала она твердо, - Расскажи мне всё.
Акки вздохнул, поднялся с покрывала и размеренным шагом пошел по полянке, заложив руки за спину.
- Прежде всего, Аксая, тебе нужно научиться контролировать свое сознание и тело. Ты должна научиться отпускать свои страхи и сомнения, стать единой со своими мыслями, чувствами и с окружающим миром, то есть со всем, что тебя окружает. Услышать, увидеть и почувствовать мир вокруг таким, какой он есть. Ручеек, ветерок, цветочек, бабочку, жучка, паучка. Все, Аксая, каждое дыхание природы. И себя в ней.
Аксая, кажется, понимала о чем Акки говорит, но вопросы были:
- Акки, постой. Ты говоришь, отпустить страхи и сомнения. Но ведь страх превратил меня в пса тогда, помнишь?
Акки остановился и удивленно смотрел на нее:
- Нет. Наоборот. У тебя не было сомнения, что надо спасать себя. Ты даже не задалась вопросом, остаться или бежать. Решение было принято мгновенно! Да, в тот момент тобой руководили инстинкты, твое превращение было неосознанным. Но если бы в тебе не было той врожденной смелости и решимости, то страх сковал бы тебя. Вот видишь? Ты пока еще не осознаешь мотивы своих действий и их направленность. Но ты будешь учиться использовать в нужное время по своему усмотрению эти движущие силы для достижения цели. Ты думаешь, что то был страх, а это твоя смелость. Ты думаешь, что то были сомнения, а это твоя решимость. Мы будем с тобой учится искать выход из различных ситуаций, разбираться в мотивах тех или иных поступков. Я научу тебя осознанно использовать ресурсы для достижения цели. Но, сперва, я покажу тебе, как правильно слышать, видеть и ощущать.
Акки снова погрузился в подушки и начал рассказывать Аксае о медитации, попутно показывая ей, как следует это делать. Они закрыли глаза, погружаясь в мир безмолвия. Акки говорил о дыхании, о концентрации на настоящем моменте, о внутреннем покое, который можно найти в тишине. Аксая слушала его, впитывая каждое слово, ощущая, как напряжение покидает ее тело. Она чувствовала себя каплей воды, вписанной в окружающую природу. Она чувствовала, как ее сознание стало легким и прозрачным, как утренний туман.
С тех пор, каждый день начинался с того, что она прибегала в сад, в это тихое и уединенное место, где ее не беспокоили посторонние звуки и движения. Аксая брала с собой небольшие камни, которые раскладывала вокруг себя, думая, что они придают крепость ее мыслям и чувствам. Она садилась в позу лотоса, которая позволяла ей расслабиться, и в то же время сосредоточиться, закрывала глаза и несколькими глубокими вдохами и выдохами успокаивала себя, наблюдая за тем, как воздух входит и выходит из ее тела. Она старалась позволять своим мыслям и ощущениям приходить и уходить, не привязываясь к ним. Как только мысли начинали блуждать, она использовала дыхание, как якорь, возвращая свой ум к настоящему моменту. Постепенно, осознавая себя в окружающем пространстве, Аксая чувствовала, как земля поддерживает ее, как ветерок касается ее лица, как солнце согревает ей кожу, как звуки природы заполняют ее сознание. Она не пыталась их анализировать и классифицировать. Она представляла, как становится частью этой экосистемы: пение птиц, аромат трав, свежесть воздуха. Она не старалась изменить или подавить свои ощущения, а просто наблюдала за ними, как за проплывающими мимо облаками. И как только ее эмоции становились такими, как они есть, она отпускала себя и погружалась в состояние покоя и гармонии. Медленно открыв глаза и сделав несколько глубоких вдохов, она постепенно возвращалась в реальность. Акки учил ее, что в конце медитации всегда нужно благодарить природу за всё, что происходит вокруг, ведь эта практика поможет Аксае развить свою осознанность и восприятие мира с более широкой перспективой и лучше понять свое место в окружающем пространстве.
После медитации Аксая ощущала себя счастливой. Дыхание становилось ровным, уровень внутреннего шума и отвлекающих мыслей снижался. С каждым днём её память, внимание, гибкость ума и способность к многозадачности улучшились. Ощущая себя расслабленной, физически и эмоционально восстановленной, Аксая бежала на конюшню к Вору, а затем шла на занятия с хафизами. Всё это она успевала сделать до полудня, после чего отправлялась на арену к Джаю.
Джай разработал для Аксаи комплекс упражнений на растяжку, учитывая ее небольшой уровень физической подготовки. Особое внимание он уделял технике дыхания и синхронизации движений с вдохами и выдохами. В комплекс входили динамические растяжки: махи ногами, наклоны, выпады и круговые движения плечами, руками и тазом, и статические. С динамическими растяжками у Аксаи всё было более-менее в порядке, а вот со статическими было сложнее. Ей хотелось всё делать быстро и сразу, а Джай заставлял её выполнять упражнения постепенно, избегая резких движений и чрезмерного напряжения. При этом она постоянно спорила с ним, за что получала плетью по спине. Для неё, как ни странно, это было своеобразной игрой: она не слушалась, он - наказывал.
Новым учителем Аксаи по освоению боевых искусств стал Йонг - мастер школы Тайцзицюань, искусства, основанного на плавных, текучих движениях, которые скрывают в себе невероятную силу и мощь. Его методы обучения выходили за рамки традиционного подхода. Он сочетал древние техники и современные стратегии, создавая уникальный стиль, который нес в себе силу, гибкость и стратегическое мышление. Йонг учил Аксаю тому, что сила воина заключается не только в физической мощи, но и в умении контролировать себя, где каждый жест, каждая реакция имеют значение. Йонг говорил ей о том, что можно победить соперника, если научиться глубже понимать мотивы его следующих поступков, тем самым заранее предугадав их. Он говорил о том, что следует стремиться к достижению внутреннего спокойствия и сосредоточенности, которые позволят ей максимально эффективно использовать свои навыки и потенциал. В бою это состояние проявляется в способности сохранять хладнокровие даже в самых напряженных ситуациях.
Джай внимательно наблюдал за продвижением обучения Аксаи боевым искусствам. А она, в свою очередь, внимательно наблюдала за ним, пытаясь уловить хоть малейшие признаки одобрения или хотя бы интереса к ней. Однако, несмотря на все ее старания, Джай оставался холодным, будто ледяной барьер был между ними. Его лицо было непроницаемым, как маска, и это только усиливало ее стремление заслужить его признание.
Аксая лежала на песке, уставшая после интенсивной тренировки с Йонгом. Ее глаза, прикрытые ресницами, были устремлены в безмятежное небо, где облака лениво скользили по голубому полотну. Легкий бриз щекотал ее кожу и приносил свежесть и покой.
Джай стоял рядом, наблюдая за ней, и его янтарные глаза изучали ее профиль. Он выглядел задумчивым, словно пытался понять, о чем она думает и что скрывается за ее внешним спокойствием.