- Чувствуешь боль? И так каждый раз, когда он видит тебя! Каждую секунду тренировки, изо дня в день! Как будто его режут! Как будто мечом рассекают его плоть!
Лазар выхватил свой кинжал и взмахом резанул Аксае плечо. Она поморщилась от боли и упала на колени.
- А так? Чувствуешь, как тяжела для него эта пытка? Давай еще?! Гуннар, поднимай ее!
Аксая, держась за раненую руку, еле слышно прошептала:
- Не надо. Я не хотела.
- Хотела, хотела, Лазар, - предательским тоном промяукала гулам.
- Ах, ты дрянь! - Аксая, услышав ее слова, тут же подскочила на ноги и ринулась было на Мириам, но замерла, ощутив у своего горла кинжал Гуннара.
- Ш-ш...стой, не дергайся, - прошипел он ей на ухо. - Не смей прикасаться к ней, а то я обрежу тебе хвост, - медленно растягивая слова, говорил он.
Лазар подошел к Мириам, нежно поцеловал ее и продолжил:
- Это передо мной или Гуннаром ты можешь бегать голая, на нас твоя нагота не подействует, у нас есть свои женщины.
- Голая?! - перебил его Гуннар.
- Да, брат, голая. Сегодня на пляже перед Джаем она ходила абсолютно обнаженная, без лоскутка ткани.
Гуннар с силой схватил Аксаю сзади за волосы, запрокинув ей голову, отчего его кинжал больнее впился в ее кожу, и зарычал в ухо:
- Я вырежу тебе глотку сейчас! Сумасшедшая! - он резко кинул ее на пол, - Это женщина легко остановит себя, мужчина - нет! Ты понимаешь, не разумная, какую пытку причинила Джаю сегодня?!
Аксая медленно начала подниматься с пола, осознавая все сказанное, ведь если они сделают с ней что-то, Джай порвёт их на куски. Ведь только сейчас ей внезапно пришло понимание того, что есть на этом свете мужчина, влюбленный в нее настолько сильно, что даже его братья пришли с ней разбираться.
- А меня кто-нибудь из вас спросил, как чувствую себя я?! Не прикасайся ко мне, пес, иначе я даже Джаю жаловаться не буду, я сама тебя порву на куски!
Вскочив на ноги, она бросилась на Гуннара. Но Лазар успел поймать ее за волосы, и держа крепко, спокойно сказал:
- Тихо. Слушай меня внимательно. Скинь царицу, посади на трон Акки и поменяй законы, чтобы быть вместе с Джаем. Мы все будем законно жить со своими женщинами, не боясь быть наказанными или женатыми на нелюбимых. Все будут свободны. И вы с Джаем. А до тех пор, даже не смотри в его сторону, не провоцируй его ни взглядом, ни поступком. Не причиняй ему нестерпимую боль, ведь ты не знаешь, сколь трудно ему сдерживать себя. Он любит тебя безмерно. Подари ему свою жалость, Ксюша. Ты - женщина, поэтому сильнее нас, мужчин. Нам с Гуннаром легче, ведь наши женщины останутся с нами, а тебя отправят во дворец, что тогда будет с Джаем? Сделай свою работу, и вы будете вместе, выбрав себе любое время для жизни. С завтрашнего дня ты обучаешься у меня. Надеюсь, мы больше не вернемся к этой теме. Задача ясна?
Аксая молча кивнула.
Лазар и Гуннар покинули дом, оставив девушек наедине друг с другом, зная, что сейчас между ними предстоит серьезный разговор, которого, кстати сказать, не последовало.
Мириам подбежала к Аксае и начала обрабатывать рану. Они молчали. Мириам боялась, что хозяйка накинется на нее за болтовню, поэтому набрала в рот воды, думая , что та злиться. Но Аксая размышляла над словами Лазара, абсолютно не обижаясь на свою гулам, позволяя ей ухаживать за собой и мысленно благодаря за тишину.
Глава 6.
Следующие дни Аксая проводила в интенсивном обучении под руководством Лазара. Его компетентность не уступала Джаю, а в некоторых аспектах даже превосходила его. Лазар был не только опытным наставником, но и человеком, способным глубоко понимать свою ученицу. Благодаря его методике, Аксае удавалось полностью погрузиться в процесс обучения, не отвлекаясь на посторонние мысли.
Лазар уделял особое внимание боевым искусствам, развивая её навыки владения мечом с невероятной точностью и грацией. Его уроки были построены на принципах эффективности и минимализма, что позволяло ей быстро усваивать новые техники и применять их в реальных ситуациях. Лазар делился с Ксюшей секретами быстрых побед, которые основывались на глубоком понимании психологии противника и использовании его слабостей.
Кроме того, Лазар часто брал её с собой на конные прогулки, что стало для нее не только приятным времяпрепровождением, но и возможностью лучше понять искусство верховой езды, при этом они не забывали брать с собой Мириам, по понятным причинам.
Однако, несмотря на все усилия Лазара, Аксая продолжала сталкиваться с трудностями в освоении мастерства превращения в черного пса. Акки был в недоумении. Вместе они проводили часы в саду, пытаясь понять причины, по которым Аксая не могла достичь желаемого результата. Её попытки заканчивались лишь кратковременными вспышками, после которых она возвращалась в обычное состояние, так и не сумев полностью контролировать трансформацию.
Акки, обладая глубоким знанием ритуалов и практик, предлагал различные методы и подходы, но ни один из них не приносил удачи. Он видел в ее упорстве и стремлении к совершенству огромный потенциал, но не мог найти ключ к решению этой загадки. Аксая, в свою очередь, не сдавалась, продолжая тренироваться с удвоенной энергией, надеясь, что однажды она сможет преодолеть это препятствие и открыть в себе новые, ранее неизвестные возможности, ведь чем скорее она освоит все дисциплины, тем быстрее отправится во дворец выполнять задачу, результат которой теперь нужен и ей самой. Она понимала, что от успеха ее миссии во дворце, зависит их с Джаем будущее.
Аксая мастерски скрывала свои чувства под маской равнодушия. Ее глаза, глубокие и бездонные, не выдавали ни тени эмоций. Ни взглядом, ни жестом, она не давала Джаю повода чувствовать боль отчаяния от необратимости того, что в скором времени должно было произойти. Она оставалась внешне непроницаемой, и невозможно было понять, что прячется за ее холодной маской - безразличие или тщательно скрываемая боль.
Лазар внимательно следил за Аксаей и Джаем, пресекая любые проявления их чувств. Его цепкий взгляд проникал в малейшие движения, словно он пытался предугадать их намерения. Он не допускал ни одного случайного касания, ни одного взгляда, который мог бы быть истолкован как знак симпатии. В его действиях читалась холодная решимость и глубокая уверенность в том, что любые проявления близости между ними должны быть немедленно подавлены. Лазар был готов на всё, чтобы сохранить контроль над ситуацией и не позволить чувствам Аксаи и Джая нарушить их тщательно выстроенный план.
Во время тренировок Аксая старалась выглядеть непринужденно, но ее взгляд время от времени, скользил по Джаю. Его присутствие было почти осязаемым, и потому болезненным, отчего ее сердце, все ж таки, начинало биться. Джай, в свою очередь, замечая ее взгляд, тайком брошенный на него, отводил глаза, словно боялся быть пойманным за этим немым, но выразительным обменом чувств. Каждый раз, когда их глаза встречались, они ощущали ту невидимую нить, которая связывала их сердца. Но, поймав жесткий взгляд Лазара, словно пойманные на месте преступления, они отводили глаза друг от друга. Тайные переглядывания Аксаи и Джая слегка радовали его. Он прекрасно понимал чувства этих двоих, но долг был превыше всего. Лазар осознавал, что их взаимное притяжение может сейчас стать серьезной преградой на пути к выполнению задачи. Его сердце разрывалось между желанием поддержать своих друзей, проклиная неблагодарную миссию, возложенную на него, и необходимостью следовать строгим инструкциям, которые требовали оставаться безучастным к их личным делам.
Однажды вечером, после окончания всех занятий, Аксая шла домой. В воздухе витал запах дыма и смолы, которыми были пропитаны факелы, освещавшие ее путь. Их свет дрожал, отбрасывая причудливые тени на землю. Ксюша шла, погруженная в свои мысли, наслаждаясь моментом, когда все занятия, наконец, остались позади, и можно было просто идти домой. Но внезапно, как будто из ниоткуда, чья-то сильная рука схватила ее за плечо.
Она вздрогнула, но прежде чем успела обернуться, другая рука обхватила ее за талию. Аксая почувствовала, как ноги отрываются от земли, и в следующее мгновение оказалась в объятиях Джая. Он держал ее крепко, но бережно, словно хрупкую драгоценность, и Ксю телом почувствовала, как грудь Джая вздымается от каждого вздоха.
Его серьезное лицо освещалось неровным светом факелов, в янтарных глазах светилась нежность и какая-то болезненная тоска. Он смотрел на нее так, будто хотел запомнить каждую черточку ее лица. В этом взгляде было столько эмоций: любовь, тревога, отчаяние и безумное желание.
Джай молча понес ее вперед, дальше от освещенной дороги, в темноту, пока они не оказались в каком-то проулке, скрытом от посторонних глаз. Здесь было тихо. Джай осторожно поставил Аксаю на землю, но не отпустил, продолжая обнимать ее.
Он заговорил, и его голос звучал так тихо, что Аксая едва слышала его.
- Я не мог больше ждать, - сказал он, глядя ей в глазаглаза, - Я должен был сказать тебе...