- Госпожа.
Муххредад удивилась его визиту:
- Ибрагим? Зачем ты здесь?
- Я бы хотел попросить вас сопровождать гулам в порт.
- Ты отпрашиваешься у меня?
- Да, моя… царица.
Муххредад от удивления вскинула бровь и слегка прищурилась:
- Ибрагим, что я слышу! Ты внял моим уговорам?
- Я не захотел делать глупости, царица. Вы правы. Мое будущее я вижу только подле вас. И оно прекрасно.
Он изящно поклонился ей, и аккуратно подошел ближе. Муххредад протянула ему руку, и он тут же припал к ней губами. Другой рукой она задумчиво начала перебирать его черные шелковистые волосы.
- Ты придешь ко мне сегодня ночью, милый? - с придыханием спросила она.
- О, да, душа моя. Как прикажет пресветлая царица Муххредад.
Ох, змей - искуситель! Если б только ты, женщина, знала, для чего так сладки его речи! По плану Ибрагима, они должны были в тайне от царицы встречаться с Муххредад ночью. На полное ее обольщение он отвел несколько дней. Самонадеянно. Но затягивать было нельзя. Лейла сообщила Гуннару о задумке Ибрагима для того, чтобы братья были готовы воплотить его план в жизнь. При этом Акки своим молчанием разрешил Ибрагиму ехать вместе с Аксаей в Лагаш.
Как-то, в одну из ночей, лежа у ног Муххредад, Ибрагим, нежно поглаживая их, грустно прошептал:
- Свет очей моих, Муххредад. Такая чудная погода. Почему мы вечно сидим в этих затхлых, пропавших всеми благовониями мира, комнатах? Поедем, любовь моя, к морю. Искупаемся в его освежающих волнах. Только ты и я!
- Царица узнает, не сдобровать, - играя с его волосами, ответила Муххредад.
- Ну, звезда моя. Едем. Она не узнает. Вызовемся проводить караван, а сами - к морю. Соглашайся, Муххредад, луна моя.
- Какой ты сладкоголосый, Ибрагим! Невозможно тебе отказать.
- Вот и не отказывай, радость моя, - игриво глядя на нее, приговаривал Ибрагим, покрывая ее ноги поцелуями, - Какая нежная кожа. Муххредад, ты самое прекрасное чудо на свете. Едем, милая. Только ты и я. Ты скоро станешь царицей Дильмуна, и я всегда буду у твоих ног, как сейчас. Только ты и я, - как заклинание, шептал он.
В назначенный день, когда солнце едва коснулось горизонта, порт столицы ожил. Прибыли гулам, которые были направлены ко двору царя Лагаша. Их сопровождала Муххредад со своей свитой. Рядом с ней был мужчина удивительной красоты и благородной стати, которого та не отпускала от себя ни на шаг. Свита Муххредад была многочисленной: слуги, воины и музыканты, чьи инструменты наполняли все вокруг мелодичными звуками. В порту царила суета: матросы готовили суда к отплытию, торговцы предлагали свои товары, а горожане, собравшиеся на берегу, с любопытством наблюдали за происходящим. Когда последние прощальные слова были сказаны, гулам со своими прислужницами поднялись на борт. В этот момент Ибрагим и Аксая встретились глазами, давая друг другу понять, что все готово и скоро они встретятся. Муххредад взяла Ибрагима за руку и тихо проговорила:
- Едем, милый, купаться. Но я возьму с собой несколько гулам. Для охраны. Ты не против?
Ибрагим ответил ей легким кивком и мягко улыбнулся.
Они выехали за стены города и отправились на берег залива, не далеко от скал. Спешившись и не дожидаясь, пока гулам приготовят для нее покрывала, Муххредад тут же разделась и побежала к воде, увлекая за собой Ибрагима. Искупавшись, они вышли на берег, где для них уже были готовы угощения.
- Радость моя, - Ибрагим взял ее за руку, - Ты великолепно плаваешь. А ты никогда не пробовала нырнуть вон с тех высоких скал?
- Ты что, милый? Я - царская дочь, и мне не пристало сигать вниз головой с отвесных скал. Что за причуды? - удивилась Муххредад.
- А я в детстве прыгал. И знаешь, у меня неплохо получалось. Хочешь покажу?
- Нет, не хочу. Это опасно, дорогой мой. Если с тобой что-то случится, я не переживу.
Муххредад погладила его по щеке, пытаясь выглядеть как можно милее. Хотя с ее внешностью и скверным воспитанием, ей это плохо удавалось. Вернее, было даже смешно.
- Ну, как хочешь, любимая. А я прыгну. Для тебя. Этот прыжок я посвящаю тебе - любви всей моей жизни! - восторженно воскликнул Ибрагим и долгим поцелуем приник к ее губам, чтобы... Чтобы попрощаться. Но она этого в тот момент не знала и отпустила его.
Ибрагим поднялся на невысокую скалу, подошел к краю, заглянул вниз на воду, помахал рукой Муххредад и... И прыгнул вниз. Муххредад засмеялась от восторга и захлопала в ладоши, как ребенок.
- Ты чудо, Ибрагим! - и тут же повернулась на живот, подставив спину под утренние лучи солнца. Полежав минуты две - три, Муххредад поднялась.