— Как? Дочь хана уехала за ним еще с утра!
— Дочери Азиз-хана я не видел.
Казыми жестом руки остановил Давуда.
— Саиб, она здесь… в клинике…
— В клинике? — заволновался вдруг Фахрулла.
«Уж не пробралась ли она к Амаль? От нее всего можно ожидать», — подумал он.
— Она в сопровождении сестры пошла к Амаль, саиб.
— Ну это уж слишком! — возмутился Фахрулла и поспешно вышел из кабинета.
Казыми недоуменно пожал плечами.
— Алло, Гулам-саиб, дочь хана здесь, у нас. Не волнуйтесь, пошлем врачей!
Гулам спросил об Амаль, передал привет от Наджиб-саиба и попрощался.
Положив трубку, мирза Давуд несколько секунд смотрел на доктора Казыми.
— Брат мой, вам тридцать лет, а мне шестой десяток. Женщинам нравятся красивые мужчины, а мы любим красивых женщин. Запомните: вы отвечаете головой, если с дочерью садовника случится что-нибудь недоброе. Вы поняли меня?..
Казыми вспыхнул и виновато опустил голову.
— Я понимаю, — продолжал мирза Давуд спокойно. — Истоки вашего заблуждения — это заокеанское влияние. Мы — афганцы и вдобавок врачи… Люди, на которых наш народ смотрит с верой и надеждой. Мы будем негодяями, если обманем надежды наших отцов и матерей, продадим честь и совесть Желтому дьяволу. Мы должны презирать таких, как Шнейдер. И я верю, вы докажете свою любовь к народу и своей добросовестной работой смоете с себя это пятно.
— Я все понял, саиб! — И Казыми, словно побитый, вышел из кабинета.
Вернувшийся из палаты Фахрулла сообщил, что застал Амаль в слезах. Оказывается, дочь Азиз-хана уже успела рассказать ей, что врачи отказываются делать операцию. А кто мог сказать об этом Гюльшан, кроме Казыми?
Мирза Давуд и Фахрулла решили терпеливо ждать. Не исключено, что Шнейдер изменит свое решение и рискнет…
Шла уже третья неделя жизни Амаль в Кабуле. Мирза Давуд не впадал в отчаяние, он хотел во что бы то ни стало вернуть Амаль в Лагман зрячей. «Неужели в отказе Шнейдера имеется зерно благоразумия? — думал он. — Или же только хитрость и алчность?»
Август уже подходил к концу. Возвращаясь после утреннего обхода больных в кабинет, мирза Давуд увидел на круглом маленьком столе сверток. По упаковке не трудно было догадаться, что посылка прибыла из богатого магазина. Он взял лежащий на свертке конверт и разорвал его.
«Дорогой мой сэр! Не судите меня за сентиментальность, и пусть ваша национальная гордость не омрачится этими подарками для Амаль!
Сама не понимаю почему, но я полюбила эту несчастную девушку. Ее судьба беспокоит меня… Думаю, она будет рада этим мелочам, хотя и не сможет их видеть. Только прошу не говорить ей, от кого они.
Для вас посылаю американский журнал, в котором описываются подвиги русского хирурга-окулиста в Индии. Вот какие чудеса творит человеческая рука, если она делает все во имя гуманизма и счастья людей! Хашимова достойна восхищения. Горжусь тем, что она женщина…
Когда прочтете, убедитесь, каким жалким кажется заявление автора статьи, что красный доктор Хашимова искусно и виртуозно проводит коммунистическое влияние, кочуя из города в город, из селения в селение.
Да благословит вас удача!
Мелби».
Внизу, после подписи, притаилась небольшая приписка: «Не кажется ли вам странным, что люди из Лагмана слишком поспешили вознаградить мистера Шнейдера дорогим персидским ковром в тысячу долларов? Не дай бог, чтобы и другие ваши коллеги последовали его неблаговидному примеру!»
Давуд долго смотрел на расплывающееся перед его глазами письмо. «Ковер… тысяча долларов… неблаговидный пример… Что все это значит?»
В кабинет вошел профессор Фахрулла. Мирза Давуд протянул ему письмо, а сам раскрыл посылку. Там вместе с журналом оказались дамские чулки, платье, женское белье, флакончик одеколона, замысловатая расческа и сто афгани денег.
— Я этого ожидал… — сказал Фахрулла, возвращая письмо коллеге.
— М-да… — мирза Давуд раскрыл журнал и вызвал сестру.
— Не знаете, где доктор Шнейдер, Зульфия?
— Пойду разыщу.
Шнейдер не заставил себя ждать. Войдя в кабинет, он, как обычно, вежливо поздоровался. Мирза Давуд не ответил на его приветствие.
— Сестра, подождите минуточку.
Зульфия замерла у двери.
— Профессор, у вас в Лагмане есть приятели?
Вопрос Давуда был настолько неожиданным, что Шнейдер вздрогнул.
— Позвольте спросить, почему это вас интересует?
— Потому, что вы оттуда получаете подарки.
— Подарки?.. Какие, например?
— Например, ширазский ковер…