Выбрать главу

– Ладно… – проворчал полковник, переворачивая лист бумаги. – А тут у нас кто? Хм?! Гауптман Норберт Фосс?

– Специалист по негласному силовому задержанию. Проще говоря – по похищению людей. Мастер своего дела! – прищелкнул языком Гальченко. – Его натаскивал сам Вернер Обердорф – старик знал свое дело! Приходилось мне с ними сталкиваться – те ещё волки! Хорошо, что старик Вернер уже отошёл в мир иной – этот деятель мог серьезно попортить нам кровь! Впрочем, и Фосс – тоже далеко не подарок. Он уже работал у нас в стране – ухитрился выкрасть и вывезти – аж из-под Перми (!) нужного для немцев человека. Это, знаете ли, звоночек… Стало быть немцам нужен кто-то, находящийся у нас!

Объект «Тишина»

Практически в то же время

– Присаживайтесь, гауптман! – профессор указал гостю на удобное кресло около стола. – Кофе?

– Буду вам весьма признателен, герр профессор! – вошедший наклонил голову в коротком полупоклоне. Быстрым, почти незаметным движением он оказался около кресла, куда и опустился. Наблюдавший за ним хозяин кабинета удовлетворённо кивнул.

– Я прочитал ваше личное дело…

– Всё, герр профессор? – вежливо поинтересовался гость.

– В с ё ! От меня – у вашего руководства тайн нет. Я изучил все ваши операции… и нашел их красивыми!

Гауптман удивленно поднял бровь. Чашечка кофе в его руке на секунду замерла в воздухе.

– Не удивляйтесь! Истинное произведение искусства – оно всегда красиво, ведь так?

– Не смею с вами спорить, герр профессор.

– В истинном произведении искусства – нет ничего лишнего! Как и в ваших операциях! Здесь вы тоже не станете со мною спорить?

– Не стану.

– Далеко пойдете, молодой человек! – поднял указательный палец фон Хойдлер. – Впоследствии, уже выйдя в отставку, вы вспомните мои слова! Я редко ошибаюсь…

Фосс кивнул, соглашаясь.

– Теперь, молодой человек, я вам поясню, зачем мне нужна была личная встреча. Не сомневаюсь, что вы исполнили бы и это задание также красиво и изящно, как и предыдущие. Так! Но! – профессор поднял палец. – Это задание – особое! Тот человек, которого вам надлежит доставить сюда – нужен мне не только целым и невредимым!

– Простите? – чуть наклонил голову вбок гауптман.

– Мне н у ж н о ! О ч е н ь нужно! Чтобы его психика не была травмирована и надломлена.

– Но сам факт плена…

– Это – уже другое дело! Мое – если хотите. Для этой цели я тут кое-что набросал… прочитайте! – фон Хойдлер протянул своему собеседнику папку.

– Старший лейтенант Демин, Олег Павлович… сотрудник Особого отдела?

– Именно так, молодой человек! Вот этот-то русский мне и нужен! И желательно – поскорее!

Полтора месяца спустя

Свердловск

Заводоуправление завода «Уралэлектроаппарат»

В дверь решительно постучали.

«Конец рабочего дня – и нате вам! – мелькнула в голове Демина мысль. – А ведь собирался сегодня с Настей встретиться пораньше… Наверняка, опять какую-то кляузу разбирать! И никуда не денешься…»

– Войдите!

Но похоже, что кляузами тут и не пахло – порог переступил высокий человек в военной форме.

– Оперуполномоченный Особого отдела старший лейтенант Демин?

– Это я! – приподнялся навстречу хозяин кабинета.

– Старший оперуполномоченный Озолинь, – протянул раскрытое удостоверение вошедший. – Мое командировочное предписание.

На стол легла внушительная бумага.

Демин внимательно прочитал оба документа – всё было правильно. Командировка – именно сюда, в Свердловск. Конкретно – в Особый отдел Уральского военного округа. Цель командировки – стандартная, как и у всех. «Выполнение задания командования» – всё как всегда.

– Слушаю вас, товарищ капитан.

– Ваше удостоверение личности, пожалуйста.

Николай удивился, но документ все-таки достал. Капитан уселся на стул и раскрыл удостоверение особиста.

– Угу… так… да, все сходится.

А вот после этого он сделал нечто странное! Раскрыл свою полевую сумку… и убрал туда документ Демина! Достал из сумки плотный пакет из серой бумаги и положил его на стол. Пакет (скорее даже – почтовая бандероль) ощутимо бухнул о дерево – надо думать, содержимое там было увесистым.

– Распишитесь на пакете, поставьте дату и время прочтения. Сейчас, – он приподнял рукав гимнастерки, – семнадцать часов сорок восемь минут.