Продолжив наступление, керситская армия очистила ряд северных территорий от присутствия осминских войск. Всюду где проходили керситские войска их встречали как избавителей от рабства ненавистного Лингольда Завоевателя. Даже правители Ровельского княжества готовы были добровольно вступить в подданство империи, лишь бы избавиться от власти Алхана.
Казалось, что Керсия близка к триумфу. Но вскоре победоносное шествие керситской армии было остановлено. Каждодневная энергичная деятельность подорвала силы императора. Занимаясь неотложными делами, он иногда даже забывал принять пищу, либо элементарно отдохнуть. Монарха сразил очередной приступ болезни. Покинув армию, он вынужден был возвратиться в столицу. Довершить разгром отступающих осминов не удалось. Риена рукоплескала своему монарху, а дворцовая аристократия, еще совсем недавно посмеивающаяся над, как им казалось, слабым правителем, теперь убедилась, что в действительности Арк II Линций обладает железным характером и несгибаемой волей. Смирив гордыню, они признали его власть. Керсия обрела внутреннюю сплоченность, одержала уверенную победу, встав на путь возрождения своего величия и лишь болезнь императора не позволила сокрушить остатки грозного противника.
Глава 30
Как видим, Осминское государство распадалось на отдельные фрагменты. Ланс Железный также не упустил своей выгоды. От других его отличала быстрота мышления и умение пользоваться удачным стечением обстоятельств. Воспользовавшись всеобщим хаосом, он аннексировал несколько городов на востоке Саррлинской области, значительно расширив границы Шергии. Формально Ланс выступил от имени союзника по «Аксенскому договору». На керситов было совершено нападение, и Темерлин лишь исполнил союзнические обязательства. Не встретив особенного сопротивления, тяжелая шергийская кавалерия оттеснила осминов. Никто из соседних правителей даже не заметил захватов Ланса Железного.
Акерумская империя, вместо того чтобы отомстить осминам за унизительный разгром на Саарских болотах, проводила иную политику. Дарион попытался вернуть под свой контроль драгоценную жемчужину династии Герлихов. В Акеруме вдруг вспомнили, что совсем недавно Миолан входил в состав империи. В город прибыл посланник из Дариона, с ответом на запрос «Гильдии Магистров», направленный накануне осминского вторжения. Акерумцы готовы были взять Миолан под защиту. Произнеся пламенную речь Сигмунд Острый отверг необоснованные претензии Дариона. Вкусив дух свободы, миоланцы теперь не желали возвращения в лоно империи.
«Гильдия Магистров» ответила в том духе, что поскольку опасность вторжения миновала, а враг разбит то Миолан готов пойти на заключение союзного альянса с Роном III. Фактически это было заявкой на обретение самостоятельности. Мириться с утратой влияния в Миолане имперцы не пожелали. Переговоры зашли в тупик. Акерумцы вели себя словно слон в посудной лавке. Они начали почти открыто угрожать вторжением и разгоном «Гильдии Магистров», ставшей жалким сборищем мятежников. Дело явно шло к конфликту.
Как и годом ранее миоланцам вновь приходилось браться за оружие. Сигмунд Острый наотрез отказался подчиняться указаниям Акерума. Для усиления войска Миоланом был произведен набор наемников из числа осминской конницы. После распада единого государства многие мелкие князьки переходили на службу тому, кто больше заплатит. Миолан обладал необъятными финансовыми ресурсами, «Монетная Гильдия» работала без сбоев.
Акерумцы предприняли попытку подчинить Миолан. Имперские войска двинулись к городу, учтя ошибки осминов и обойдя стороной Руджерийскую долину. Рвавшиеся в бой миоланцы не желали отсиживаться в глухой обороне. Ореола непобедимости акерумской армии после поражения на Саарских болотах более не существовало. Ведомая Сигмундом Острым, «Гильдия смерти», покрывшая себя неувядаемой славой, уверовала в собственные силы. В ожесточенном сражении при Грачетти, решившим исход кампании, миоланцы одержали трудную победу. Уже вторая кровопролитная битва обескровила силы Миолана. Потери были необычайно высоки, но драгоценную свободу удалось отстоять. Акерумцы покинули пределы Миоланской области.
Еще одним государством, возникшем на обломках Осминской державы стало Ноларское королевство. Еще в «Эпоху Перепутья» попав под власть Алхана, нолары оказались как бы затерты другими народами. Смерть Лингольда Завоевателя послужила толчком для осознания собственной идентичности. Сбросив власть осминов нолары создали государство с границами от Западного моря до лирийских границ на севере и Виксонии на востоке. Первым правителем Ноларии стал Ирвейн Мятежник, возглавивший восстание против Лингольда. Перебив остатки гизитов и отбив нападения предводителей осминских шаек, пытавшихся разжиться добычей, Ирвейн занялся обустройством собственных владений. Вернув статус столицы Алхану, Ирвейн I принял королевский титул положив начало династии Ирвейнов.