Она сидела, вытянувшись в своем кресле, сложив руки на коленях и не сводя с гостя пристального взгляда.
— Как вы знаете, я многие годы был правой рукой вашего брата, в результате чего я вник в его дела, и не только личные, но и дела его клиентов. Например, я знаю, что ваше состояние превратилось в миф.
Если он думал поразить ее, то ошибся в своем ожидании, Она кивнула головой, соглашаясь с услышанным:
— Мне известно об этом, господин Джилдер. Надеюсь, что вы приехали сюда не за тем, чтобы сообщить мне об этом.
На секунду он был обескуражен, предполагая, что это заявление будет первым из неожиданных ударов для нее. Девушка заметила растерянное выражение, промелькнувшее на его лице, и чуть было не улыбнулась.
— У меня есть еще одна новость, — заметил он, овладевая собой. — Ваш брат управлял поместьями графини Челсфорд и капиталом в акциях, ценностью до пятидесяти тысяч фунтов. Теперь эти суммы должны немедленно поступить в банк и все дивиденды выплачены.
Сердце девушки замерло. Джилдер видел, как краска исчезла с ее лица, как замерло дыхание. Внутренне он уже ликовал.
— Мой брат… имеет эти деньги? — спросила она.
— Он их имел, — подчеркнул Джилдер. — Насколько мне известно, лорд Челсфорд в настоящее время ищет нового адвоката, и через неделю все бумаги будут переданы новой фирме.
Лесли молчала, понимая, что он говорит правду, и прекрасно сознавая, что за этим кроется.
— Пятьдесят тысяч фунтов — очень большая сумма! — внушительно продолжал Джилдер. — Сумма, которую почти невозможно достать в недельный срок. А именно она должна находиться в распоряжении вашего брата.
Она подняла глаза, он увидел всю ее скорбь и на минуту почувствовал сострадание к ней.
— Вы хотите сказать, что эти деньги… что Артуру нечего передать новой фирме?
— Именно так.
Последовало долгое молчание — тишину нарушало только тиканье маленького французского будильника: оно так явственно слышалось, что оба собеседника машинально взглянули на него.
— Зачем вы пришли — сказать мне об этом?
Он кашлянул.
— Несколько дней тому назад самым неловким образом я признался в любви к вам, — сказал он. Вы, правда, не ответили на мои чувства, но я все же хочу повторить: нет ничего на свете, чего бы я не сделал для вас, несмотря ни на какие препятствия, издержки и жизненные сложности.
Она не сводила с него взгляда, как бы читая его мысли.
— Вплоть до предоставления в распоряжение моего брата пятидесяти тысяч фунтов в недельный срок? — тихим голосом спросила она.
— Вплоть до этого — согласился он.
Она медленно поднялась со своего места.
— Запишите, пожалуйста, ваш адрес. — Голос ее был, как всегда, спокоен. — Я помню улицу, но забыла номер дома.
Он записал свой адрес на листке бумаги.
— Я должен знать завтра же, — проговорил он. — Да или нет?
Лесли опустила голову.
— Завтра вы получите ответ, — сказала она. — Если я скажу вам, что решилась выйти за вас замуж, приготовьте деньги сразу же, не боясь ничего. Я своему слову не изменяю.
Он поклонился и, не произнеся ни слова, направился к двери. В дверях обернулся, еще раз поклонился и вышел в вестибюль. Вскоре донесся быстро удаляющийся звук рожка его автомобиля.
Дверь в гостиную отворилась, и на пороге показался Артур.
— Кто это был? Джилдер? — спросил он, и когда девушка молча кивнула головой, возмущенно пожал плечами. — Какой нахал! Почему ты не позвала меня?
В эту же минуту он обратил внимание на странное выражение лица Лесли.
— Что случилось, дорогая?
— Что? — переспросила она, стараясь придать голосу ноты уверенности и спокойствия. — Он говорил со мной о деньгах, доверенных твоему попечению, о состоянии покойной графини Челсфорд.
Артур окаменело молчал, и девушка поняла, что все сказанное Джилдером, являлось правдой. Впрочем, она и не сомневалась в этом.
— Знает ли об этом Дик? — спросила она.
— Знает. А что думаешь ты обо всем этом, обо мне? — спросил он.
Она пожала плечами.
— Разве не все равно, Артур, что думаю я? Сейчас главное, чтобы деньги были возвращены.
— У меня еще неделя в запасе…
— Каким образом он узнал об этом?
— Не знаю… Ты не могла бы достать эту сумму? — отрешенно спросил Артур.
— Нельзя ли как-то повлиять на Гарри? — спросила она в свою очередь.
— Об этом невозможно и подумать. Что будет, когда все выплывет наружу? — Он вздохнул полной грудью. — Судебное разбирательство, заключение… Это очень большой удар для тебя, Лесли, но словами делу не поможешь…
Его голос прервался. Последовала долгая, очень долгая пауза.
— Чего же хотел Джилдер? Только сообщить тебе обо всем? — с едва уловимой ноткой надежды справился он.
— Отчасти.
— И сделал тебе деловое предложение?
Утопающий хватается за соломинку. В ее сердце больно отдалось сознание того, что, не заслуживая с ее стороны ничего, кроме проклятий, он все же надеялся на новое с ее стороны самопожертвование.
— Да, он сделал мне предложение, — кивнула она. — И я не знаю, что мне делать. Хочу повидаться с Диком…
— Разве это так необходимо? — с беспокойством спросил он.
— Я хочу видеть Дика, — повторила она. — Сейчас позвоню ему…
Она уже подошла к телефону и сняла трубку, когда Артур схватил ее за руку.
— Зачем спрашивать совета у Дика? — задыхаясь, проговорил он. — Джилдер, конечно, нахал, но прожить с ним можно гораздо счастливее, чем с Гарри.
Она оттолкнула его руку и вызвала номер замка. Лакей ответил, что Дика нет дома, так как он уехал в Лондон и не вернется вплоть до поздней ночи. Она повесила трубку, вернулась в гостиную и взяла в руки листок с адресом Джилдера.
— В твоем распоряжении шесть дней, Артур, — промолвила девушка. — У меня же — менее двадцати четырех часов. Не знаю, чье положение хуже, но мне кажется, что мое…
Он молча выждал, пока затих стук ее каблуков, затем подошел к двери ее спальни. Попробовал открыть дверь, но она оказалась заперта.
— Лесли! — позвал он, но она не слышала ничего…
Уткнувшись лицом в подушки, она навеки прощалась с Диком Алсфордом, чувствуя, как сердце ее разрывается на части.
Глава 30
Проходя по Вадур-стрит в Лондоне, Дик заметил знакомое лицо. Какой-то человек вышел из магазина со свертком подмышкой и, узнав молодого человека, немедленно повернул назад и торопливо зашагал прочь, пока не скрылся из вида. Дик улыбнулся, так как в свою очередь узнал Томаса. Его заинтересовала причина посещения лакеем театрального магазина.
Он взглянул на витрину магазина и удивился еще больше, потому что Томас не казался ему таким глупцом, чтобы покупать парики или накладные носы…
Сам Дик находился в скверном расположении духа, сделав уже два визита и в обоих случаях натыкаясь на отказ. В настоящее время он шел попытать последнюю свою надежду.
Большой городской банк был закрыт, но швейцар через черный ход провел его в кабинет бывшего старого друга отца Дика. Война превратила простого господина Джарвиса, местечкового банкира восьмидесятых годов, в лорда Кланфилда, главу крупнейшей банковской корпорации в Европе.
Он горячо приветствовал Дика — банкир всегда относился к нему как к родному сыну.
— Садитесь, Дик. Что там стряслось у вас?
Просто и коротко Дик изложил свое дело, и лорд Кланфилд нахмурился.
— Пятьдесят тысяч фунтов, мальчик! Они потребовались лично вам?
— Нет, я хочу помочь одному своему другу, — с некоторым усилием определил он свое отношение к Артуру. Он попал в тяжелое положение…
— Это невозможно, милый Дик. Если бы эти деньги требовались, чтобы вызволить из беды вас… Но, опять же, — человек вы не того сорта, чтобы попасть в лужу… Тогда вы могли бы рассчитывать на помощь из моего собственного кармана.
— Не могли бы вы занять мне денег под мою собственную гарантию?