Оглянувшись еще раз, она увидела только темные силуэты деревьев и, слегка сконфуженная напрасными страхами перешла на шаг. Что она скажет Дику, было неясно и для нее самой. Может быть, он, как всегда, сидит в своем кабинете, и она сможет вызвать его, не входя в дом…
Все ближе и ближе подходила она к замку, и вдруг резко обернулась. Кто-то и вправду шел за ней. Ясно слышался шорох шагов по гравию.
— Кто там? — спросила она.
Шорох прекратился, но ответа не последовало. Возможно, преследователь ступил на траву? Девушка опрометью бросилась к подъезду, ее преследователь также побежал. Она слышала за спиной его тяжелое дыхание, заставившее заледенеть кровь в жилах. Выбежав из аллеи, она еще раз оглянулась и различила широкие одежды и остроконечный капюшон. С громким криком она бросилась к замку…
Дорожка у подъезда должна была привести ее прямо к кабинету Дика. Она уже видела, что дверь его открыта и внутри горит свет. Она оглянулась, опять увидела летящую за ней черную мантию и снова испустила дикий крик. В это мгновение Дик выскочил из кабинета и подхватил падающую девушку.
Выслушав ее бессвязный рассказ о случившемся, он усадил девушку в кресло, а сам выбежал на поляну.
— Никого нет, — заявил он, вернувшись через несколько минут. — Вы говорите, это был черный аббат?
— Не знаю… Кто-то в мантии и капюшоне. Я хорошо видела… — дыхание, наконец, вернулось к ней.
В своем испуге она совершенно забыла первоначальную цель своего визита.
— Артур тоже пришел с вами?
Она покачала головой.
— Нет, но я знаю все…
— Что все?
— Все относительно денег графини Челсфорд.
Она заметила, как лицо его сразу омрачилось.
— Он рассказал вам? — спросил Дик.
— Рассказал. Только не Артур, а Джилдер.
— Джилдер? Я слышал, что он приезжал. Так вот зачем… — и тут же добавил: — А больше ни за чем?
— Он приехал, чтобы предложить мне деньги.
Его глаза сузились.
— Даже так. Но, конечно, не даром?
Девушка кивнула.
— И вы… что же ответили вы?
Ей снова стало трудно дышать, трудно произнести хотя бы слово…
— Вы согласились?
Она снова кивнула.
— Я только что отправила ему письмо, — наконец смогла ответить она.
Она увидела, как Дик стиснул губы, как краска залила его лицо. Если бы он сейчас начал бранить ее, она бы вынесла и это. Но он только молча смотрел на нее, и этого взгляда было достаточно.
— О, Дик, Дик!.. — прорыдала она, прильнув к нему.
— Вы не должны этого делать, дорогая, — он нежно гладил ее плечи. — Все, что хотите, только не это.
Она покачала головой, не находя нужных слов.
— Я повторяю: все, но только не это! Пусть лучше Артур сядет на пять лет, чем вы будете ввержены в ад на всю жизнь. Я знаю этого человека, знаю тип таких людей. Дело не в возрасте, а в темной душе и алчном сердце. Если бы ему даже было двадцать дет, я и тогда бы сказал: «Не смейте этого делать, Лесли!»
Она мягко от него отстранилась и вытерла слезы.
— Но я должна, Дик. Я дала слово. И не могу его обмануть. При прощании я пообещала, что если он приготовит нужную сумму, я не обману его.
На его лице было написано холодное упрямство.
— Этого не может быть! — настаивал он на своем. — Что-нибудь да помешает этому. Не знаю, что, но… — неожиданно он замолчал.
Откуда-то из ночи донесся крик, который только с трудом можно было назвать человеческим. Через секунду он повторился. Рыдающий, прерывистый крик, заставивший девушку вздрогнуть от ужаса.
— Что это? — прошептала она.
— Сидите здесь, — бросил ей Дик, устремляясь в открытую дверь, но она отчаянно вцепилась в него.
— Вы не должны идти, вы не должны! — в отчаяньи молила она. — Там происходит что-то страшное!
Раздался новый крик, резкий и короткий. Он тут же замер во мраке.
Дик оттолкнул девушку и выбежал в парк. Она поспешила вслед за ним.
— Как вы думаете, откуда раздался крик?
— Оттуда, — Лесли указала на дубовую аллею. — Пожалуйста, позвольте мне идти с вами!
Дик заколебался.
— Хорошо, пошли! — согласился он, хватая ее за руку с такой силой, что девушка невольно поморщилась от боли.
Они побежали к дубовой аллее, но на полпути он остановился.
— Пойдите принесите мой фонарик. Он на столе, — приказал он. — Я подожду вас здесь…
Она сбегала в его кабинет, трясущимися руками схватила фонарь и вернулась к ожидавшему ее Дику.
— Я слышал стон минуту назад совсем рядом, и если бы не обещание ждать вас…
Он зажег фонарь и быстро зашагал вперед, затем остановился и направил свет на что-то, лежавшее в густой траве у дорожки.
— Стойте где стоите! — приказал он. — И повернитесь назад!
Чей-то голос окликнул его издалека. Это был Путлер, привлеченный на место происшествия светом фонаря.
— Кто это? — спросил он.
— Не знаю, — тихо ответил Дик.
У его ног лежало скрюченное тело человека, уткнувшегося лицом вниз и одетого в черную мантию, подпоясанную веревкой.
— Черный аббат? — недоверчиво спросил Путлер. — Он мертв?
— Посмотрите, — заметил Дик, указывая на мокрое плечо и страшную рану на голове лежащего.
Путлер склонился и медленно повернул неподвижное тело лицом вверх. Лицо было скрыто за высоким капюшоном, и Путлер осторожно оттянул его назад.
— Господи, Боже мой! — приглушенным голосом воскликнул Дик.
Перед ним было мертвенно-серое лицо лакея Томаса!
Глава 32
Томас — черный аббат?.. Поразительно!
Дик с минуту смотрел на жалкое тело лежащего, затем вспомнил о Лесли и вернулся к ней.
— Он умер? — боязливо спросила она.
— Боюсь, что да.
— Кто… кто это такой? Не Томас ли?
Она сама не могла понять, почему это имя сорвалось с ее уст.
— Вы угадали, Томас.
Она не стала задавать дальнейших вопросов, и они молча вернулись в его кабинет. Дик позвонил, и заспанный лакей откликнулся на зов.
— Позовите сюда Гловера, — приказал Дик.
Старый камердинер немедленно появился в дверях. Очевидно, крики в парке разбудили всю прислугу.
— Где его сиятельство?
— Он поднялся в свою спальню пять минут тому назад, сэр.
— Слышал ли он что-нибудь?
— Нет, сэр. Он, как вы знаете, запретил нам говорить с ним о черном аббате. Хотя кто-то из прислуги видел его на поляне…
— Знаете ли вы, кем оказался черный аббат? — резко спросил Дик.
— Он пытался открыть окно. Одна из горничных заметила это и подняла тревогу. Но разве он навредил кому-нибудь, сэр?
— Нет, не навредил, — согласился Дик.
Затем он вызвал камердинера в вестибюль и плотно прикрыл за собой двери.
— Мы нашли в парке человека в одежде черного аббата. Он был мертв.
— Неужели! — воскликнул пораженный слуга. — Кто же это такой?
— Томас, — назвал имя погибшего Дик, и старик растерянно прислонился к стене вестибюля.
— Наш Томас? Томас, который недавно был уволен?
Дик кивнул.
— Отошлите слуг спать. Скажите им, что в саду кричал сумасшедший и что мы поймали его, — и, обратив внимание на побледневшее лицо старика, добавил: — Но прежде всего спуститесь в столовую и выпейте хороший стаканчик виски с водой. Вы и сам выглядите, как покойник, старина.
— Томас, — пробормотал старик. — Это ужасно! Наверное, вы думаете…
Дик немедленно оборвал его.
— Делайте, что я сказал: отошлите слуг. Полиция явится сюда через полчаса, но я устрою так, что все будут опрошены лишь завтра утром.
После этого он вернулся к девушке.
— Моя прекрасная леди, — произнес он с усталой улыбкой, — я готов всю оставшуюся жизнь провожать вас домой по ночам!
— Нельзя ли мне остаться? — нерешительно спросила она.
Дик покачал головой.
— Вскоре сюда прибудет полиция. Я же хочу держать вас в стороне от всех этих дел. Артур дома?