Быстро, не задерживаясь, Тахир выпрыгнул со второго этажа во двор, добежал до ограды, перемахнул через нее, попал в маленький переулок Мартынова. Сел у колонки, обмылся, смыл кровь, грязь, смыл запах трупа. Вдали, в начале переулка, стоял мужик в костюме-тройке, смотрел на Тахира.
— Пошел вон! — крикнул ему Тахир.
Тот пожал плечами, демонстративно помедлил и развернулся. Из-за волнения только в этот момент Тахир признал в наблюдателе Бориса, напарника, с которым вместе лет пять-шесть назад поступили в КГБ. Но звать не стал, Борис Пабст уже скрылся за поворотом. А значит, сматывайся — приказал себе. Взломал дверцу в «жигуленке» (прямо у забора домика), плюхнулся, законтачил два провода (уже выскочил и бесновался хозяйский пес) — и рванул в другую сторону, в проулочки Рабочего поселка. Видел, что над кладбищем стелется дым, горело здание «комбината бытового обслуживания», неслись со включенными сиренами по направлению к кладбищу милицейские и военные машины. Отъехав достаточно далеко, он бросил «жигуленок». Решил, что теперь и ноги не подведут. Нашел на маленьком базарчике чайхану, заказал два десятка мант, бутылку сухого вина, на десерт подали половинку ташкентской «красномясой» дыни (как их завозили в блокированный город — он не мог понять). Как ни странно, у него не возникало «московских» симптомов психоза после убийства. Не тряслись руки, не раскалывалась голова, разве что немного кружилась от замечательной мысли — «я опять выжил». Он пытался вспомнить, когда еще с ним приключалась настолько стремная заваруха, и решил, что сегодня достиг потолка. Между тем его ждал в конторе шеф, и заставлять шефа нервничать было бы идиотизмом. На базаре нанять машину оказалось просто.
Ехали на Фурманова, шофер рассказывал, взбудораженно глотая слова, новую сенсацию:
— Чувак, на Старом кладбище с утра Альпиниста ловили! Точно говорю. Он прямо на похоронах на толпу набросился, людей на кусочки рвал, прибежала охрана, он и их порешил. А потом пошел в директорский дом, убил всех служащих, пожар устроил и спокойно смотался. Милиции тьма, обложили кладбище со всех сторон, а ему наплевать!
— Он же только баб хватает, — выразил сомнение Тахир.
— Так в том и дело! Довели парня! Я и говорю — на фиг его дразнили. Ловили, собак спускали, стреляли, гоняли по горам. Ну что, ему много надо было? Одну в месяц — так на здоровье! А если он за мужиков примется? Если новый сдвиг по фазе у него? Кранты, тогда и я свалю отсюда.
Тахир согласился, ободрил шофера, сказав, что надо еще выяснить, кого на кладбище рвал Черный Альпинист. Может быть, только женщин. Тут они уже приехали.
Глава 6
ПОДГОТОВКА К ВОСХОЖДЕНИЮ
Сперва у них с Бекболатом Амиртаховичем состоялся непростой разговор наедине.
— Сегодня, через два часа, состоится совещание по операции с твоим участием. Будут представители обороны, ментуры и службы президента. Я надеялся, что все сам проверну, но не дали. Уже не доверяют, суки рваные, — криво улыбаясь, сообщил шеф.
Им принесли большие пиалы с чаем, для Тахира немного хмельного — как нельзя кстати. Пока шеф не обращал внимания на его ободранное лицо и некоторый беспорядок в одежде — своих забот хватало.
— Где он сейчас, известно? — спросил Тахир, шумно отхлебывая из пиалы.
— Да, все как нельзя лучше. Мы его засекли. Турбаза «Алма-Тау», это вверх километров двадцать по Тангарскому ущелью. После Чимбулака, кстати, это второе его излюбленное место. Там и случились первые похищения из числа зарегистрированных, еще в мае…
— В мае, так давно? — поразился Тахир.
— Да. Никто тогда не придавал особого значения. Горы и есть горы, пошла дура по тропинке, закатилась в дыру, ну и сама виновата. Но на турбазе он часто появлялся, где-то там рядом имеет лежбище или гнездо, берлогу. Как это назвать? Мы запустим тебя с оружием, с питанием, рацией, сами останемся ждать на турбазе. Когда обнаружишь, попытайся сам убить его, не ранить, не поймать, просто убить. Никому он не нужен. Если осечка, зови подмогу. Хотя бы склон горы укажешь, где точно засел. Мы из этого склона и из этой горы крошево сделаем.
— Пока все выглядит просто. А я в простоту не очень верю, — сообщил Тахир.
— Никто не спорит, вряд ли по-писаному пройдет. Все остальные подробности операции узнаешь на общем совещании. Надо тебе перед ним переодеться в парадный мундир. Нацепишь погоны полковника, считай, что поощрение.
— Я бы не хотел.