Войдя в кухню, девушка громко хлопнула дверью. Хлопотавшая на кухне Вероника сразу угадала ее плохое настроение. Характер у Келли был легкий, она со всеми была одинаково приветлива и обходительна, держалась на короткой ноге и смеялась над ее сплетнями. А теперь она сказала бы, что та пришла мрачная и взъерошенная.
- Капитан уже пришел? – спросила служанка.
- Пришел.
- Я так и знала. Что случилось?
- А что должно было случиться? – проворчала Келли, садясь на лавку и беря только что испеченную лепешку.
- Да будет Вам, сеньорита! Не забывайте, что я знаю Вас довольно давно. Что этот упрямец сделал теперь?
- Я его ненавижу! – не сдержавшись, выпалила Келли.
- Как Вам угодно! – пожала плечами Веро, продолжая месить тесто. – Только Вы ошибаетесь. Он твердолобый, это верно, но настоящий человек.
Судя по всему, в этом проклятом доме не найдется никого, кто осудил бы Мигеля, разве что слегка. Келли не желала больше слушать о нем и ушла с кухни как раз тогда, когда ее Немезида собиралась войти. Они столкнулись в дверях. [прим: Немезида – древнегреческая богиня возмездия]
- Негодяй, – еле слышно пробормотала Келли.
Мигель остановился и смотрел ей вслед, спрашивая себя, правильно ли он расслышал. Что это было, оскорбление? Да какого черта с ней происходит? Он старался дать ей свободу, не докучал, хотя на самом деле в эти дни ему было трудно заснуть по ночам, потому что каждую ночь он хотел быть с ней. Почему она так разозлилась?
- Какая муха ее укусила? – спросил Мигель Веронику, войдя на кухню.
- Вы спрашиваете об этом меня, капитан? – служанка посмотрела на Мигеля через плечо с каким-то намеком.
- Если бы взглядом убивали, сейчас я был бы трупом, – Мигель тоже собирался взять лепешку, но Вероника стукнула его по руке.
- Оставьте лепешку, они на утро, – проворчала она, отодвигая поднос. – Я могла бы объяснить Вам, что с ней происходит, месье, но для этого нужно время, которого, как мне кажется, у Вас нет, и много терпения, которого нет у меня.
Мигель удивленно поднял бровь. Умение служанки порицать его была притчей во языцех, она всегда резала правду-матку в лицо, не скрывая то, что думала. Одним словом, что на уме, то и на языке. В большинстве случаев она действовала не как служанка, зачастую оспаривая его поведение. Так поступила она, и когда Келли приехала в дом. В конечном счете, она, как правило, была права. Мигель был рад, что она поселила Келли в одной из гостевых комнат, хотя он и не сказал об этом. Мигель любил Веронику и восхищался ей. Она была здравомыслящей, решительной женщиной и не грешила раболепием, которое, с другой стороны, ему не нравилось, поэтому в поместье Мигеля не было рабов, и все, кто на него работал, получали плату соразмерно своему труду. Мигель любил ясность в делах, и Вероника всегда говорила с ним прямо, поэтому его удивило, что сейчас она держала свое мнение при себе.
Мигель подошел к Веронике поближе, поглядывая через ее плечо на поднос. Лепешки выглядели очень аппетитно, а он был голоден и хотел есть. Мигель шутливо развязал завязанный на фартуке служанки узелок, а когда она повернулась, чтобы снова завязать его, стянул одну лепешку.
- Не желаете ли уйти с моей кухни?
Мигель обнял Веро за талию и закатил глаза от изумительного вкуса лепешки.
- Это угроза?
- Ничуть! – ответила она по-французски.
- Я буду хорошо вести себя, если ты пообещаешь приготовить особенный ужин. Сегодня вечером у меня будут гости. Нас будет семеро.
- Черт возьми! – Вероника уперла руки в бока и вытаращилась на Мигеля широко отрытыми глазами. – А Вы не могли сказать мне об этом раньше? Как, по-вашему, я должна приготовить ужин на столько людей? Боже святый!
- Обещаю привезти тебе новую косынку, когда приеду из города.
Поругавшись для порядка еще немного, Вероника принялась осматривать свои запасы, думая, что приготовить на ужин. Мигель наблюдал, как она суетливо хлопочет, и подумал, что она была счастлива в браке. Вероника достала парочку уже ощипанных птиц и промчалась мимо него, как ураган. Маленькое сражение было выиграно.
- Красную! – требовательно сказала Веро, вздернув кверху нос, и Мигель расхохотался ей в ответ.
Глава 33
Лидия смотрела на Келли так, будто та сошла с ума.
Нельзя было отрицать, что синяя блузка была ей к лицу. Келли подпоясалась пояском в тон блузки, и концы пояса свободно свисали на черную юбку. Да, она была хорошенькой, но одежда была совсем простой и грубой. Раздобытые ею сандалии лишь ухудшали дело. Келли была похожа на служанку. Волосы она оставила распущенными. Зачем тратить время на изощренную прическу?
- Вы не похожи на даму, мамзель.
В ответ Келли пожала плечами. В зеркале шкафа девушка увидела свое отражение. Именно такой она и хотела себя увидеть – непохожей на даму.
- Я помню о своем новом положении, – ответила она.
- А этот слишком яркий цвет щек и губ? Если хотите знать мое мнение, он Вам не идет. А эти темные мазки на глазах еще хуже. Вы и правда собираетесь спуститься на ужин в таком виде?
Келли повертелась у зеркала, критически разглядывая себя со всех сторон.
- А что тут плохого? Мигелю нравятся размалеванные девицы.
- Что за глупая идея! С чего Вы взяли подобную чушь?
- Ты что, не помнишь тех девиц из гвадалупской таверны? Чернявую и рыжую.
- Ради бога, сеньорита, они же просто шлюхи!
- А я? Кто я для него? Ну же, скажи мне, Лидия, кто я для капитана де Торреса? Думаю, это и так всем ясно.
- Я бы так не сказала, сеньорита.
- В таком случае, ты, вероятно, единственная, кому это непонятно, – фыркнула Келли. – К тому же, у меня нет ни одежды, ни туфель. Было бы счастьем, если бы у меня было что надеть, потому что мое платье не выдержит еще одной стирки.
- А то платье, что он Вам подарил? – возразила Лидия. – Оно висит в шкафу.
- Я даже не подумаю снова надеть его.
- Но почему?
От настойчивости подруги у Келли разболелась голова, с нее и так было достаточно. Девушка взбила волосы и слегка растрепала их, придавая себе вид женщины легкого поведения.
- Не хочу, мне ничего не нужно от него, – подвела итог Келли. – Я не стану носить его. У меня есть одежда, в которой я помогаю по дому. Я ее заработала так же, как заработаю себе на кусок хлеба.
- Сеньорита...
- Разве он не сказал, что я его рабыня, а?
- Я согласна, что он дал маху, но...
- Ну так вот я и буду вести себя, как рабыня! – не отступала Келли.
- Вам следовало бы хорошенько подумать. Сегодня вечером приглашены капитан Бульян, Леду и Вирхиния, и я не думаю, что ваше присутствие на ужине в таком виде доставит капитану де Торресу большое удовольствие.
- Я не неряха и не грязнуля.
- Но из-за Вас он окажется в смешном положении.
- Вот именно! Он похитил меня и, насколько мне известно, не собирается просить за меня выкуп. Ну и чудненько, тогда я буду одеваться сообразно тому, кем я сейчас являюсь, а именно женщиной без чести, без положения и доброго имени. А если это ему не нравится, так пусть хоть лопнет!
Лидия вздохнула – не иначе как проблем не миновать. Она понимала, что Келли сыта всем по горло, что ей хочется убраться отсюда и вернуться к родным. С тех пор, как они приехали сюда, Мигель вел себя, как последний негодяй. Он обращался с Келли с пренебрежительным презрением, а то и вовсе ее не замечал. Вскоре дело дошло до того, что Келли попросила Армана быть посредником между ними, потому что Мигель напрочь ее не признавал.
- Этот парень должен сам излечиться, так что не лезь к нему со своими лекарствами, женщина, – это было всё, что ответил ей Бризе.
Лидия ничуть не сомневалась, что этим вечером Келли была готова на все. Уж если что-то втемяшилось ей в голову, то убедить ее в другом было невозможно, и Лидия ясно понимала, что Келли решила испортить капитану де Торресу вечеринку.