Джеймс Колберт был истинным дворянином, и хотя на нем была обычная одежда, его выдавали аристократические черты лица. Для злоумышленников это и то, что по виду он был почти безоружным, разумеется, послужило приманкой для нападения. Им показалось, что у Колберта была при себе трость, но какую опасность она могла представлять против сабель?
Джеймс почувствовал, что что-то неладно, когда жирная, как кот, крыса прошмыгнула по переулку и скрылась в пустом здании. Он отошел от стены и вгляделся в темноту. Колберт вполголоса выругался, проклиная себя за бестолковость. Ему следовало предусмотреть возможность нападения, а он, как последний дурак, явился в таверну в полном одиночестве. Однако, как бы то ни было, а теперь у него возникла проблема, и нужно как-то выкручиваться.
Главарь троицы, болезненного вида тощий и высокий тип, в кольчужке и поношенной стеганой куртке сделал шаг вперед. Остальные двое, на фоне предводителя казавшиеся коротышками, шагнули следом.
Они не сказали ни слова, просто окружили его, перекрыв выход, и обнажили клинки. Колберт ждал, внимательно следя за всеми троими. Он вытащил из трости рукоятку, и в тусклом, неровном свете единственного мигающего фонаря, висящего рядом с вывеской с намалеванным на ней названием забегаловки, блеснул тонкий и острый клинок. От взгляда Джеймса не ускользнуло, что троица тут же остановилась.
- Ну что же вы, господа? – подзадорил Колберт бандитов, прижавшись к стене и прикрывая ею спину, – Думали, что я буду легкой добычей?
Он услышал злобное рычание, и первый тип бросился на него, но тут же, изрыгая проклятья, отступил с порезом на плече. Джеймс от души порадовался, хотя и понимал, что ситуация нешуточная. Сдайся он, и эти ничтожные подонки убьют его.
Драка была грязной и неравной. Враги дружно, как один, набрасывались на Джеймса, а он защищался, стараясь сохранить дистанцию. Колберт атаковал, отступал, его клинок со свистом рассекал воздух. Ему даже удалось нанести глубокую рану в ногу второго подонка, но нападавших было трое, а Джеймс начинал уставать и понимал, что шансы выйти из этой заварушки целым и невредимым крайне малы. Однако он не был трусом, и не собирался погибать в вонючем переулке гнусного порта. Колберт готовился подороже продать свою жизнь.
Сабельный клинок разодрал одежду и вошел в плоть. Джеймс зашипел от боли и слегка согнулся, отшатнувшись от стены и ослабив свою оборонительную позицию, чем тут же воспользовался один из нападавших, встав у него за спиной. Сильный удар по голове оглушил Колберта. Колени англичанина подогнулись, и он успел лишь осознать, что падает, погружаясь в окружившую его темноту. Он не услышал ни выстрела, ни проклятий воров, бросившихся наутек. Не видел он и того, кто шел за ним и наблюдал за неравной дракой у входа в переулок. Когда все смолкло, Джеймс лежал на земле вниз лицом с пробитой головой и раной в груди.
Его спаситель сунул пистолет за пояс брюк и подошел к раненому. Присев на корточки, он взглянул на Джеймса и досадливо прищелкнул языком, возможно оттого, что пришлось вмешаться. Он повернулся и осмотрел рану, а потом громко свистнул. Почти тут же появилось двое мужчин.
- Несите его туда.
Мужчины чуть ли не волоком втащили Джеймса в таверну. Никто не вышел на улицу, услышав выстрел, и никто не задал вопросов, когда они с раненым на руках пробрались через многолюдный зал и поднялись на верхний этаж. Мужчины открыли дверь и положили Джеймса на кровать.
- Пусть кто-нибудь принесет бинты и бутылку рома, а ты, Эспиноса, скажи нашим, что у нас уже есть корабль…
Джеймс очнулся почти час спустя. От боли у него разламывалась голова, и он был похож на пьяного. Какая-то девушка склонилась над ним, посмотрела зрачки и вышла из комнаты. Колберт услышал чей-то шепот, а потом дверь распахнулась, открывая дорогу высокому молодому красавцу с длинными каштановыми волосами и карими миндалевидными глазами. Одет незнакомец был достаточно элегантно, чтобы понять, что он не был одним из нападавших.
- Как Вы себя чувствуете?
Джеймс вяло отмахнулся и сел, прислонившись к спинке кровати. Он был по пояс гол, а грудь стягивала тугая повязка. Колберт чертыхнулся сквозь зубы: единственное, что ему не хватало, это валяться в постели. Он не мог позволить себе такую роскошь, если хотел найти сестру, а Джеймс чувствовал, что она где-то совсем рядом.
- Что случилось? – в свою очередь спросил он.
- Вы дрались с тремя грабителями и немного пострадали, – ответил его защитник. – У вас довольно глубокий порез, дружище, впрочем, не опасный. Да и кошелек тоже уцелел. – Джеймс приподнял бровь. – Я подоспел как раз вовремя, они не успели Вас обчистить.
- Вы хотите сказать, что я – ваш должник.
- Само собой... – улыбнулся мужчина. – Вы обязаны мне жизнью, месье. Эти мерзавцы перерезали бы Вам глотку, а потом обобрали до самых штанов. Было большой ошибкой прийти сюда одному.
Джеймс уставился на мужчину. Тот был молод, а взгляд его был так холоден, словно он всё знал.
- Я благодарен Вам, и заплачу́.
- Ваши деньги ничего не стоят. Мне нужно от Вас другое, месье, – Ваш корабль.
Джеймс открыл рот, но не смог произнести ни слова. Это шутка?
- Вы бредите, – наконец, ответил он. – Я могу дать Вам деньги.
- Мне нужен корабль. Мой сильно пострадал во время шторма, и на его ремонт потребуется несколько недель. Вам повезло со своим кораблем.
- Мне тоже необходим корабль, и я не думаю, что…
- Не будем спорить, милейший, – отрезал мужчина. – Нравится Вам это, или нет, я оставлю себе Ваше судно, и Вы ничего не сможете сделать, чтобы помешать мне. Вы просто не выйдете из этой комнаты до тех пор, пока мы не снимемся с якоря. И не беспокойтесь за экипаж, он будет в хороших руках. – На лице Джеймса, по-видимому, отразилось отчаяние, потому что мужчина улыбнулся, словно разговор забавлял его. – Будет Вам, не воспринимайте все так близко к сердцу. Вы сможете насладиться временем, проведенным на Антигуа. Этот остров – чудесное местечко, и женщины здесь просто красотки.
Джеймс спустил ноги на пол и встал с кровати, поморщившись от боли.
- Вы не понимаете, – вздохнул он. – Мне нужен корабль. Не думаю, что я Вам столько задолжал, но я мог бы достать для вас один…
- Здесь нет больше свободных судов. Я испробовал всё. Буря привела в негодность большинство кораблей.
- Ради всего святого! – взорвался Колберт. – Я должен найти свою сестру, будьте Вы прокляты вместе с Вашими чертовыми проблемами!
- Сестру? – брови мужчины удивленно приподнялись. – Она сбежала из дома, и Вы хотите вернуть ее?
Голубые глаза Джеймса сделались жесткими и колючими, и мужчина предпочел не злить его больше. Он пожал плечами, оставив свои шутки при себе.
- Нет, – ответил англичанин, – не сбежала. Она возвращалась в Англию, когда какой-то сукин сын захватил корабль и похитил ее, вместе с тремя другими женщинами.
- Стало быть, Вы гонитесь за пиратом.
- Послушайте хорошенько, скоро я встречусь с этим типом, и ни Вы, ни кто другой не помешают мне сделать это. Мне сказали, что “Черный Ангел” – самый лучший фрегат с превосходной артиллерией и верной командой, но я не стану плестись в хвосте. Я готов к встрече с ним, поэтому и не предлагаю Вам свои услуги.
- Значит, “Черный Ангел”?
- Послушайте, я очень признателен Вам, и всегда плачу долги, – продолжил Джеймс. – Я могу отвезти Вас, куда хотите, если небольшая задержка не имеет для Вас значения. Но мой корабль не будет Вашим!
- Мне придется убить Вас, взять на корабль своих людей, а потом продать его.
Джеймс пристально посмотрел на мужчину. Не меняя выражения лица, Колберт вплотную приблизился к собеседнику, так что они едва не столкнулись носами.
- Попытайтесь, глупец Вы этакий. Вы еще не знаете крутого нрава Колбертов.
Этот молодой господин показался Джеймсу опасным с самого начала, но, заметив, как изменилось его лицо, когда он назвал ему свою фамилию, Колберт даже слегка попятился назад. Однако отступил он недостаточно проворно и быстро обнаружил, что валяется на кровати с ножом, приставленным к горлу.