‒ Что, добивать пришёл?! ‒ говорю злобно.
‒ Как ты себя чувствуешь? ‒ произносит, игнорируя мой вопрос.
‒ Тебя вдруг стало волновать моё состояние? Что же ты о нем не подумал, когда чуть не убил меня!?
Он стоит, смотрит на меня так, как смотрел много лет назад. Подходит поближе ко мне и произносит
‒ Прости меня, Юльчик, ‒ опускает взгляд. ‒ Я очень виноват перед тобой.
‒ Нет! ‒ вскрикиваю я. ‒ Нет, нет, ‒ отхожу от кровати в сторону. ‒ Слышишь, никогда я тебя не прощу. Ты убил во мне все светлые чувства, которые были к тебе, просто их растоптал. Я ненавижу тебя, ты просто чудовище, ‒ меня начинает слегка трясти от злости.
‒ Что мне сделать, чтобы ты меня простила? ‒ говорит, пытаясь сдержаться, чтобы не перейти на крик.
Я смотрю на него:
‒ Отпусти меня, Паш.
Он подходит ко мне слишком близко, я машинально прижимаюсь к стене, и вижу, как его взгляд меняется и возвращается прежний Паша. Я чувствую его дыхание на себе, между нами, практически нет расстояния, но Паша меня не касается. Он злобно, сквозь зубы, произносит:
‒ Я не отпущу тебя никогда! Пойми уже, наконец-то! ‒ молчание. ‒ Если только на небеса, но и там, я приду за тобой. Ты всегда будешь при мне. Ты ‒ моя!
‒ Тогда не прикасайся ко мне никогда! Слышишь? Больше никакого секса у нас не будет. Я не хочу тебя! Ты мне противен! ‒ оттолкнув его от себя, прокричала я.
Он отходит от меня на несколько шагов назад и видно, что пытается сдержать свой гнев.
‒ Хорошо. Я не дотронусь до тебя, пока ты сама этого не захочешь. Буду ждать твоего прощения столько, сколько понадобится. Потому что, я люблю тебя, Юль.
‒ Любит он, мне не нужна такая любовь. Я не прощу тебя. Не быть этому, я презираю тебя, ‒ я пыталась сдержать слезы, но они начали предательски стекать по лицу.
Он ничего не ответил, просто развернулся и пошёл к двери, вышел из нее, прикрыв неслышно, а я так и осталась стоять, вытирая свои слезы. Мне было очень больно осознавать, что он не оставит меня в покое. Мне некуда идти, Паша меня везде найдет, где бы я не спряталась от него. И я это прекрасно понимала, мне оставалось только ждать чуда.
***
С того момента прошло полгода.
Все более-менее наладилось. Я полностью отошла от дел, Пашка все-таки разрешил мне работать по специальности, только все дела проходили через него. Но, хотя бы так, это лучше, чем ничего.
Нику я больше не видела, на вопросы, где она, все молчали, а мне очень хотелось посмотреть ей в глаза, спросить за что, она так со мной. Я даже ездила к ней на квартиру, когда Паша был в отъезде, но там жили другие люди и про нее они слышали впервые. Так, я Нику и не нашла, да и она, видимо, не очень-то хотела меня видеть.
С Пашей мы общались, но не так, как прежде. Он чувствовал, что я его еще не простила. Злился, но старался мне этого не показывать. Он до сих пор держал свое слово, секса у нас не было. Правда, он иногда пытался меня поцеловать, но, тут же, отступался.
Последние полгода я не переставала думать об Акмале, об этом милом Дьяволенке. Он пробрался в мою голову с той самой встречи. Я часто вспоминала его пронзающий взгляд, от которого я не могла пошевелиться и думать о чем-то. Дьявол даже проник в мои сны, в которых мы соприкасались телами, он ласкал меня нежно своими руками, окутывал моё тело страстными поцелуями. Но, когда я хотела у него что-то спросить, я всегда резко просыпалась.
Вот я дура! Кажется, влюбилась, сама того не подозревая. А ведь он, даже на связь со мной так и не вышел, я пару раз аккуратно спрашивала Мамеда о нем, но тот говорил, что не слышал про него и не видал, да и как, ведь Мамед опять стал моей тенью.
Вечером мы с Пашей сидели как обычно в кабинете, в последнее время мы часто там подолгу проводили время. Я-то занималась делами, а он, в отличие от меня, лишь искал повод, чтобы побыть рядом со мной. Он усердно тыкал свой телефон, а я сидела и просматривала документы и, в очередной раз, задумалась об Акмале.
Дьявол, а какой он на самом деле человек и, человек ли вовсе? Я часто задавала себе этот вопрос, про него говорят разное, правда ли это? Но, мне остаётся лишь гадать, вспоминая нашу единственную встречу, но то, что он несет за собой тьму, я убедилась на себе тем вечером.
От моих мыслей меня оторвал Пашка.
‒ Юльчик, о чем мечтаешь? Такая задумчивая, красивая, ‒ улыбается, а глаза его похотливые.