‒ Я же говорю, что ты теперь хозяйка, делай все, что пожелаешь. Только без меня не выходи за пределы резиденции, пока я не разберусь с Пашей, ‒ это моя единственная просьба.
Мы подошли к выходу на улицу, он остановился, посмотрел на меня своими черными глазами и, поймав мой взгляд, наклонился и поцеловал меня в щеку.
‒ До вечера, мой Ангел, ‒ улыбается.
Я немного растерялась, не ожидала, что он меня поцелует.
‒ До вечера, Дьявол, ‒ произнесла я смущённо.
Он улыбнулся, дав понять, что видит моё смущение перед ним.
‒ Юльчик, я понимаю, тебе передо мной неловко и, ты не знаешь, как себя вести со мной, поверь, я испытываю те же ощущения, ‒ произнес он, коснувшись моего лица, и посмотрел мне в глаза. ‒ Я пошел, ‒ проговорил он и, убрав руку, вышел на улицу.
Он ушел, а я подошла к большому окну и смотрела, как он садится в свою машину и выезжает за пределы дома. Мне стало так одиноко, ведь, когда он рядом, так хорошо, как в детстве, когда родители были живы. Почему я полюбила Акмаля? Ведь, я совсем его не знаю, да и слышала о нем много плохого. Но, я бы не сказала, что он такой, как говорят, по крайне мере, он спас меня, закрыл от пули, да и ведет он себя со мной сдержанно, ничего лишнего не позволяет. А так хочется к нему прижаться, почувствовать вкус его губ, пропитаться его запахом, ощутить касание его рук на своем теле. О Боже, Юля, о чем ты думаешь? ‒ встряхнула я головой.
Вдруг, позади меня прозвучал голос Эмилии, она меня окликнула, от неожиданности я даже вздрогнула.
‒ Юля, Юлия, ты меня слышишь? Завтрак готов, ‒ проговорила она.
Я повернулась к ней.
‒ Простите, задумалась, ‒ произнесла я, выходя из своих мыслей.
‒ Ничего страшного, бывает, ‒ улыбнулась. ‒ Ты где будешь кушать, на кухне или принести в гостиную?
‒ А вы где будете завтракать? ‒ спросила ее.
‒ Ну, я вообще-то уже завтракала, ‒ улыбается. ‒ Ведь уже полдень, но я буду сейчас готовить, если хочешь, можешь со мной на кухне поесть.
‒ Да, хочу.
‒ Вот и славно, заодно и познакомимся получше, давай договоримся, обращайся ко мне на «ты». Не люблю, когда выкают.
‒ Хорошо, Эмилия, ‒ радостно произнесла я.
И мы отправились на кухню, она была очень большой, впрочем, как и все комнаты в этом доме, которые я успела увидеть. Я уселась за барную стойку, а Эмилия поставила передо мной тарелку с прекрасным завтраком, сама же начала готовить.
‒ Эмилия, а вы давно здесь работаете? ‒ поинтересовалась я.
‒ Да, можно сказать всю свою жизнь. Акмаль вырос у меня на руках, он для меня как сын.
‒ Значит вы очень хорошо знаете Акмаля. Вы говорили, что его растили жестоким, а это как? У него было плохое детство?
‒ Ну, во-первых, мы договорились не выкать ‒ улыбается.
‒ Извини, ‒ смущаюсь.
‒ Я поняла, ты хочешь, чтобы я рассказала тебе о нем, тогда слушай, ‒ улыбнулась она. ‒ Отец Акмаля и отец Паши были самыми влиятельными людьми в городе, только вот отец Павла был мягким и добрым, чего не скажешь про отца Акмаля. Он был очень жестоким, коварным, убить кого-то ему не стоило ничего, даже если это был ребенок. Он никогда никого не любил, даже женился на Софии, матери Акмаля, только потому, что ему нужен был наследник. Бедная девочка жила взаперти, он никуда ее не выпускал одну, а когда появился на свет Акмаль, она посвятила себя ему. Она хотела вырастить сына не такого, как отец. Он же хотел другого, чтобы сын был хуже, чем он, безжалостным человеком, который ничего не боится.
‒ Какой ужас, ‒ проговорила я.
‒ Да, он очень бил его, когда тот не хотел что-то делать. Отец заставлял Акмаля даже убивать, когда он был маленьким, сначала это были животные, когда он подрос, брал его на разборки. Конечно, Софию это не устраивало, и она начала с ним ругаться, переступив свой страх. Даже хотела бежать, прихватив сына с собой. Но, отец Акмаля ее безжалостно убил на его глазах.
‒ О Боже, как вообще такое возможно? ‒ я сидела, слушала ее и находилась в большом шоке. ‒ Как Акмаль справился с потерей матери? ‒ проговорила я.
‒ Очень тяжело ему пришлось тогда, он пообещал отомстить отцу, когда вырастет, на что тот просто посмеялся. Акмаль стал упорно учиться, он знает семь языков, все виды борьбы, владеет всеми видами оружия, но со временем он становился, как его отец. Единственное, что осталось от Софии, это любовь к картинам.
‒ Значит она любила картины? ‒ произнесла я.
‒ Да, она их еще рисовала.
‒ А что случилось с отцом? ‒ поинтересовалась я.
‒ Акмаль его убил и, все наследство перешло ему, как и хотел его отец. Только вот Акмаль и вправду стал хуже, чем отец. Я за день до смерти с ним разговаривала, он сказал, что боится собственного сына и только сейчас понимает, что натворил, но было поздно. С того момента, как вы познакомились, его еще тогда ранили, он как будто изменился. Он мне много говорил про тебя, какая ты необыкновенная, красивая как ангел. Ты очень хорошо на него влияешь.