На светофоре включился желтый, и Сорокин весь подобрался. На зеленый свет машина тронулась с места, детектив резким движением вырвал у Мими браслет, открыл дверцу и… вывалился в снежную круговерть…
Продуктовый фургон не успел затормозить. Что-то мелькнуло в темноте и попало ему под колеса. Это был человек…
– Как он оказался на проезжей части?
На этот вопрос водитель фургона не мог ответить. Парень вытаращился на пострадавшего и беззвучно шевелил губами. На дороге образовался затор. Машины объезжали место происшествия, поднимая веера брызг из мокрого снега.
Мими закричала. Ренат сбросил газ и повернул назад. Лариса подгоняла его. Ирина съежилась на заднем сиденье и закрыла руками лицо. Ей хотелось только одного: чтобы весь этот ужас быстрее закончился.
Сорокин лежал на боку в грязной жиже, подвернув ногу и неестественно запрокинув голову. Кто-то склонился над ним… Таксист бросил свое авто с шашечками и пытался оказать ему помощь… кто-то звонил по телефону… кто-то просто глазел…
– Он мертв, – заключил таксист, поднимаясь на ноги. – Не дышит, и пульса нет.
– У него голова разбита, – подал голос мужчина с голым черепом, который первым оказался рядом с телом погибшего.
– Ага… вон кровь…
– Как же его угораздило, беднягу?
– Будто с неба свалился…
Продуктовый фургон стоял с зажженными фарами, водительская дверца была распахнута. Шофер безучастно ожидал приезда гаишников.
Ренат приказал женщинам оставаться в машине, а сам подошел к группе зевак. Он сразу узнал в лысом мужчине Вернера.
– Браслет у вас? – тихо спросил он.
– Не оставлять же такую вещь без присмотра? Затеряется, днем с огнем не сыщешь.
Ренат отвел глаза от мертвого Сорокина и кивнул в сторону фургона.
– Это была ваша идея? Вы живодер, Вернер.
– Я тут ни при чем. Халдейские жрецы умели заговаривать свои реликвии. Я просто оказался в нужном месте в нужное время, – гуру без сожаления вздохнул и добавил. – Здесь больше делать нечего. Идемте, дружище, погреемся. А то зябко нынче!
Он уверенно зашагал к машине Рената, тот двинулся следом.
– Верните браслет, – сказал он в широкую спину Вернера. – Это наш трофей.
Тот остановился, повернулся и ткнул Рената пальцем в грудь.
– Не думал, что вам удастся заполучить код переноса. С этой штукой надо уметь общаться. Не то застрянете где-нибудь в Сети, как Нартов. Или, чего доброго, хлебнете ибоги и заблудитесь в джунглях. Мне будет вас не хватать!
– Нартов владел кодом, не подозревая об этом. Ведь браслет носил его ментальный двойник. Идея о переносе сознания стала для Нартова наваждением. Он решил проверить код на себе, но в программе случился сбой. Фантом каким-то образом проник из виртуального мира в реальный и начал убивать. Первой его жертвой стал сам Нартов.
– Правильно мыслишь, – ухмыльнулся Вернер. – Только здесь не обошлось без человеческого фактора. Психолог под гипнозом приказал двойнику убить Нартова. И тот пошел расправляться со всеми, кто так или иначе был причастен к тайне.
– Сорокину чудом удалось спастись. Правда, он все равно погиб. Его убил не фургон, а жадность. Он намерился продать браслет за большие деньги, но не учел халдейского заклятия. Впрочем, не мне его судить.
В зрачках гуру мерцали искорки безумия. Он спросил:
– Как вы узнали, что Палач и байкер – одно и то же лицо?
– Мы принимали их обоих за Нартова. И не ошиблись. Двойник менял облачение, но не свою суть. Нартов жил на свету, Палач прятался во тьме. Это две стороны одной личности, которые невозможно разделить. Нартов преследовал свою тень и одновременно бежал от самого себя! Он вступил в конфликт с собственным темным «я» и, надеюсь, вышел из этого боя победителем…
– Обывателю будет трудно это понять, – заметил Вернер. – Как вы объяснитесь с вдовой Нартова?
– Что-нибудь придумаем.
Лариса не усидела в машине и подошла к мужчинам со словами:
– У Сорокина в кармане осталась флешка, которая не должна попасть в чужие руки. Надо пойти и забрать ее. Там копия личности Нартова… и часть его сознания, вероятно. Нельзя допустить, чтобы…
– Обижаешь, дорогая! – перебил гуру. Жестом фокусника он достал из рукава флешку, бросил ее на асфальт и растоптал. – Я успел не только забрать браслет, но и обшарить карманы погибшего. Ловкость рук и умение отводить людям глаза – мой конек!
Он расплылся в самодовольной улыбке и слегка наклонил голову, ожидая аплодисментов. Ренат трижды хлопнул в ладоши.
– Что теперь будет с Нартовым? – спросила Лариса.