– Сорокин… – задумчиво повторила Лариса. – Кто это? Частный сыщик, который следил за вашим мужем?
– Хватит ломать комедию!
– Тише… на нас оглядываются.
Ирина нервно обернулась. Через столик от них сидели две подруги-блондинки. Они без удовольствия жевали салат и косились на Ирину.
– Их привлекает ваш траур, – заметила Лариса. – Надо было одеться как обычно. К чему эта фальшивая скорбь? Вам ведь была выгодна смерть Нартова. Вы могли потерять многое, а в результате заполучили всё.
– Я не дам вам денег! – процедила вдова. – Ни копейки! Так и передайте Сорокину! У него самого рыльце в пушку… Я найду на него управу!
– Сорокин ни при чем. Я – сама по себе.
– Это он научил вас так говорить? Сама по себе! Как же…
– Хотите верьте, хотите нет. Мне все равно.
Официантка принесла воду в высоком стакане и поставила перед Ириной.
– Еще что-нибудь? У нас сегодня ваша любимая запеканка с брокколи…
– Нет, спасибо.
Блондинки улыбались и поглядывали в сторону Ирины. Одна из них помахала ей рукой.
– Кажется, они вас узнали, – заметила Лариса.
– Мы вместе посещали косметический салон, а потом приходили сюда перекусить. Вы выбрали не самое удачное место для встречи.
– Почему?
– Не прикидывайтесь дурочкой. Вы работаете на Сорокина?
– Нет.
Ирина недоверчиво хмыкнула и села так, чтобы блондинки не видели ее лица. Сейчас ей меньше всего хотелось быть на виду.
– За кого вы меня принимаете? – нахмурилась она.
– За любовницу Артура Каппеля. Он был моложе вас, хорош собой и неутомим в постели. В его возрасте гормоны зашкаливают, и такая опытная женщина, как вы, не преминула этим воспользоваться. Заодно и мужу рога наставляли. В отместку за его связь с секретаршей.
– Ложь! Вы не докажете…
Кровь отхлынула от изначально бледных щек Ирины, и дорогие румяна теперь выглядели дешевым балаганным гримом на белой, как полотно, коже.
– Я не прокурор, чтобы обвинять вас.
– Чего вы добиваетесь?
– Я хочу поговорить с вами о Нартове.
Вдова ничего не понимала. Он сделала глоток воды, оставив на крае стакана след кроваво-красной помады.
«Почему она выбрала такой вульгарный цвет? – удивлялась Лариса. – Решила сыграть роль женщины-вамп? Она напугана, растеряна, в ней кипят злость и обида. Похоже, в ней проснулась певица из ночного клуба. Совсем недавно она чувствовала себя светской дамой, но смерть мужа отбросила ее назад, в прошлое».
– О… Нартове? – выдавила Ирина.
– У вашего мужа была склонность к суициду?
– К самоубийству, что ли? Нет!.. Он очень трепетно относился к жизни. С чего вы взяли, что Игорь… Нет! Это исключено.
– Значит, он не мог наложить на себя руки?
– Вы шутите? Игорь был не из тех, кто готов умереть. Наоборот…
Вдова отвела глаза и уставилась в окно. Унылая погода наводила тоску. По небу плыли темные тучи, полные снега. Редкие хлопья уже пролетали в воздухе. Мотоциклист в черном шлеме вынырнул из потока машин и притормозил как раз напротив кафе…
Ирина испытала дежавю.
– Смотрите!.. Вы видите?
Лариса повернулась к окну и сразу поняла, на кого указывает вдова. Не будь Нартов мертв, она бы решила, что это он сидит верхом на своей «Хонде». По крайней мере, мотоциклист как две капли воды похож на аватар Нартова в сети. Человека нет, а его страничка осталась…
У Каратаева прихватило сердце. Он сунул под язык таблетку и уставился на начальника охраны.
– Ну что? Где Каппель? Нашли?
– Ищем, Валериан Палыч…
– Человек не иголка! Плохо ищете! Что сказал детектив?
– Он утверждает, что приехал к вдове за расчетом и застал Каппеля в гостиной. Тот напился вдрызг, пришлось везти его в Москву. По дороге парень немного протрезвел, попросил высадить его на Фестивальной. Он там живет. В общем, из машины он вышел, но куда делся потом, неизвестно.
– Идиоты…
Каратаев рассасывал таблетку и прислушивался к боли в сердце. Он не мог кричать, иначе начальнику охраны досталось бы на орехи.
– Пьяный прохожий – легкая добыча для хулиганов и грабителей. Каппеля могли избить, обчистить и затащить в какой-нибудь притон.
– Гениальная идея, – рассвирепел толстяк. – По-вашему, он валяется в каком-то притоне?
– Мы наводим справки. А что говорит Ирина Олеговна?
– Примерно то же.
– Значит, так и есть…
– Мне нужен Каппель, а не подтверждение чьих-то слов, – тяжело дыша, заявил управляющий. – Найдите мне его живого или мертвого. Лучше живого.
Сердце неприятно щемило, во рту пересохло, и пилюля не растворялась. Каратаев хлебнул воды и злобно воззрился на сотрудника. Подтянутый, моложавый начальник охраны вызывал у него глухое раздражение.