Российская Империя являлась самой северной и большой страной в мире линров. Она образовалась во времена трех крупных волн искаженных искр, которые занесли с Земли на Нефтун славянские народы. Ранее здесь существовали мусульманские ханжества, каганаты и эмираты, пока с тогдашними линрами не смешались славяне, образовав новую нацию, которая унаследовала все признаки и ценности двух крупных народов. Со временем арабы и славяне перемешались, но сохранились и те народы, которых можно было назвать уникальными и с первого взгляда определить по их языку, традициям, нравам, обычаям. Только их мало осталось.
Несмотря на перемены, в те далекие времена на территории будущей Российской Империи, правящая династия еще никогда не сменялась другой. До образования РИ родовое имя правящих шейхов было Саман, которое позже стали соединять с другой фамилией – Инганаморт.
Так, образовалось многонациональное государство с тремя главными языками – русским, арабским и житемским. Житемский язык является смесью многих языков первых линров, пришедших сюда более четырех тысяч лет назад.
Следует упомянуть, что сутки здесь длятся двадцать пять часов, а в году всего сто пятьдесят суток, поделенных на семь коротких месяцев. Исчисление по годам начинается с того момента, когда основали первые города и государства. То есть, если пересчитать, то получится, что люди стали основывать Нефтун еще в четвертом веке нашей эры! А земляне до сих пор не знают об этом мире, потому что еще ни одному линру не удавалось вернуться с Нефтуна на Землю (кроме, пожалуй, Гарифа, последнего императора РИ, который в свои престарелые годы умудрился как-то вернуться на Землю к своей Земле, прожив целую жизнь на Нефтуне).
Мне дали сорок один год по Нефтунскому исчислению, а Нику – сорок шесть. Пи этом мне дали понять, что коронация в императрицы не произойдет в следующий же день. Для начала меня подготовят, дождутся, когда мне исполнится сорок четыре – совершеннолетний возраст для девушки, которой предстояло стать абсолютной монархиней. А пока я обязана пройти много занятий, выучить два, по крайней мере, языка, научиться хорошо ездить на лошади (с женским седлом, о ужас!), правильно вести себя, уметь танцевать, делать реверансы, вести светские беседы, знать нормы, манеры и порядки общества и многое другое.
Я по большей части молчала, обреченно вздыхая, когда высокопоставленные линры и люди, множество которых, как оказалось, служило еще при царствовании Гарифа Саман Инганаморта, строили планы касательно моей жизни во Дворце императоров. Все до единого признали во мне истинную законную представительницу династии Инганаморт, пусть даже из Земли, не спрашивая моей родословной. Может, они действительно верили, лишь удостоверившись, что я маггений; может, советники просто хотели поскорее сложить с себя чрезмерно большую ответственность за страну, которой грозила Смута и кризис престола. А во мне они могли видеть человека, который сумеет остановить народные волнения лишь одним своим появлением.
Скорее всего, так и случилось. Совет немедленно, подписав какие-то документы и грамоты, велел глашатаям разнести по всей стране и даже за ее пределы весть о появлении нового наследника. Я оправдала надежды, видимо, потому что уже через пару дней советники как-то угомонились, стали спокойнее и довольными на вид. Они стали реже посещать Дворец, куда поселили меня, вверив сотне слуг и служанок. К слову сказать, это были в основном невольники.
Ника, который долго ржал после посещения Зеркального дворца, я утащила за собой во Дворец, выделив ему целый корпус здания и даже небольшую конюшню и оружейную. Совет сначала подозрительно косился в сторону моего друга, спрашивал, какие отношения у нас с Ником. Больше всех старался что-нибудь выведать Вано и его друг Петуана, тоже советник. Я не сблизилась ни с одним из советников, вообще ни с одним линром или человеком (особенно последними). Поэтому происхождение Ника было достаточно туманным в глазах чужих, знали только, что он – самый близкий человек княгини и тоже из Земли. Я даже подумывала назвать его своим братом, но отказалась от этого умопомрачительного решения, верно рассудив, что мы не похожи совсем. Да и при первой встрече с Советом не говорили о «родстве».
В первый же день, когда я стала княгиней и меня оставили в покое советники, я разнесла слух, что княгиня Инганаморт ищет и просит явиться к ней некоего Дениса, который попал на Нефтун в тот же день, что и она –16-го рикана (шестой месяц в году) 4008-го года.
Я была уверена, что мои слова передались из уст слуг Дворца за его пределы. Во Дворце было очень много обитателей, которых я все никак не могла запомнить по именам. Но они явно не глухонемые, и на них я полагалась, как на глашатаев. Мы с Ником надеялись, что весть когда-нибудь дойдет до Дениса, и он найдет нас.
Правда, Денис все не объявлялся, а мы с Ником все прочнее застревали во Дворце. Никаких новостей, слухов о нашем знакомом с Земли, ничего и о призраках и этом Харго с его отцом. Советники как-то сказали ненароком, что призраков больше не видели с тех пор, как объявились мы с Ником.
Начало занятий по подготовке меня к воцарению решили начать в начале декабря – последнего месяца в году. А пока у меня имелось в запасе несколько дней, чтобы посвятить их исключительно себе. Единственное, что мне не разрешалось – покидать территорию Дворца императоров. Хуже не придумаешь! За мной даже устроили слежку, приставили телохранителей, няньку – так сильно оберегали меня «опекуны» от какого-нибудь несчастья.
- Вы – будущее нашей империи, - сказал мне Асеев, пожилой советник и человек. Он хорошо относился ко мне и к Нику, оттого он мне был симпатичнее остальных. К тому же у него были умные светлые глаза и добродушный нрав, несмотря на строгость лицаи некоторую замкнутость. – Вы обязаны прятаться от чужих и любопытных глаз. Таков обычай, мисса Инганаморт. Вас теперь знает каждый житель Империи и следит за каждым вашим шагом. Будьте же достойны уважения вашего покорного народа, госпожа.
Я кивала и вежливо улыбалась, про себя проклиная ужасно неудобные платья с пышными юбками и корсетом. Меня бесило все: от светских условностей до зашуганных рабов, которые воспринимали меня, как божество. Бесили званные обеды, бал, который устроили в честь меня, Вано и его стремление познакомить с меня как можно с большим количеством важных и влиятельных людей, бесили сами выходцы из Земли, которые ставили себя превыше линров, бесил Совет, устроивший за мной слежку, бесил Ник, который имел свободу действий и мог спокойно выбираться в город. И наконец бесило то, что я ничего не могу сделать, чтобы изменить положение, найти Дениса, вернуться на Землю, выяснить, что там задумал Харго с его идиотской оравой призраков, связаться с родителями, которые стопроцентно находились в панике, и сказать им, что я в порядке и жива-здорова. Последний факт, правда, был не совсем правдой.
Укус, оставленный вампиром, затянулся за какие-то сутки, я не знала, что и думать. Нику ничего не сказала про некоторые изменения, которые я стала замечать спустя пару дней.
Сначала я пугалась возможного обращения в вампира, как нередко бывало в книгах и фильмах жанра фэнтези, но этого не случилось. Я лишь стала меньше нуждаться в отдыхе, во мне прибавилась недюжинная сила, почти нереальная для человека такого комплекта, как я. Видимо, из-за отсутствия аппетита – ела я максимум раз в день и только мясную еду – я похудела и стала еще больше немощной на вид, чем была прежде, глаза стали казаться больше, а губы – краснее.
По счастью, я сохранила все свое оружие из Земли, с которым не забывала тренироваться по несколько часов в день. Нянька протестовала, неодобрительно косилась на меня всякий раз, когда я вела себя, как не подобает вести себя юной леди. Она не поняла меня, когда я потребовала сшить мне несколько костюмов, пригодных для тренировок, отказывалась смотреть на меня, когда я натянула на себя брюки, сапоги на высокой подошве, майку и теплый плащ до колен. Мне, как говорится, было фиолетово, потому что было не до условностей.