К моему ужасу я поняла, что двое из них поднимаются наверх, именно туда, где стояла я! Мне некуда было бежать, кроме как в окно. Не раздумывая, я поднялась на высокий подоконник и спрыгнула вниз, краем глаза узрев тени, отбрасываемые Вано и Петуана.
До земли было около двадцати метров, и я успела превратиться в Черного Барса, расправить крылья, не ушибиться и ничего себе не сломать. Я притаилась в высокой траве на случай, если советники, уловив подол моего плаща в окне, проверят свои подозрения. Сад, куда я упала, был темный, и вряд ли даже в свете окон меня могли заметить.
Когда мои опасения поутихли, я выпрямилась и поспешила перелететь высокую двойную стену. Дозорные, гулявшие на страже, к счастью, меня не увидели. Ночь была светлая, все три луны Нефтуна находились на ночном небосклоне, и все же я осталась незамеченной.
Я приземлилась и обратилась в человека, увидев знакомый силуэт, шагавший ко мне. Видимо, Ник не дождался меня около главного входа.
- Ник! – устало выговорила я, садясь на землю. Ник тут же поднял меня обратно со словами:
- Не сиди, холодно. Ты чего так долго? Поля давно горят, а тебя нет.
- Я встретила Вано и Петуана…
Я пересказала все то, что услышала на боковой лестнице, упомянув, что они говорили о каком-то Ниссо.
- Ниссо? – задумчиво переспросил Ник, когда я замолчала. Светловолосый парень поднял голову и посмотрел на одну из лун с зеленым и голубыми пятнами. Мы были уверены, что этот самый маленький спутник обитаемый, раз на нем есть вода и зелень.
Эта луна Нефтуна называлась Ниссо.
- Не о небесном светиле говорили же они? – недоуменно проговорил Ник.
- Я тоже сомневаюсь. Наверное, их босс называет себя Ниссо, - сказала я, с упоением разглядывая ночное небо. Меня чертовски привлекало созерцание звезд Нефтуна.
- Причем Ниссо – тот самый отец Харго, - сказала я дергано. – А эти трое работают на них. Ужас какой, Ник! И они стоят у трона! Русского и анлгийского!
- Станешь императрицей – не будут стоять у трона, - решил Ник.
- Я не буду императрицей. Им будет тот, кто является потомком Гарифа! - возразила я.
- Ладно. В город-то мы пойдем?
- Пойдем. Из-за чего тогда я сигала из окна третьего этажа?
Мы зашагали в темноте. А я тем временем осознала, что мне как-то обидно за народ Империи. Тут люди, неведомо как добившиеся власти, пируют и веселятся на все лады, причем еще и служат кому-то, явно не обещающего нам ничего хорошего. А большинство линров даже свобод не имеют. Чтобы явиться на праздник, надо обязательно подчеркнуть их положение невольников несмываемой краской на лбу…
Может, я и не буду императрицей, но сделаю все, чтобы настоящий император (или императрица) предприняли осторожные шаги по устранению такого унижения линров. Я поняла, насколько это безнравственно и ужасно только столкнувшись по-настоящему с этой ситуацией владения одного человека другим.
И еще я думала о политике в Великой Британии. Там практически наоборот, король Чарльз почему-то старается изолировать людей от общества. Но зачем? Неужели только потому, что боится свержения? Я бы просто усилила военные силы, прежде чем тратиться на образования довольно больших и представляющих опасность кучи людей, являющихся физически сильнее линров.
Я рассказала вкратце о Джиме Робене Нику. Он сразу сказал, что английский посол ему не понравился, потому что у него хитрые глаза. Зато, успел подчеркнуть он, английские барышни имеют красоту не хуже русской.
- Мысли об одном, - толкнула я его в бок, усмехнувшись.
- Нормальные мысли у меня. Смотри, мы дошли до главной дороги. О, а вот и кареты пошли. Оп-па!
На довольно большой скорости мимо нас промчался экипаж, который скрылся за первыми домами города, едва не задавив Ника.
- Это экипаж Вано. Он отдал на время своих лошадей Джиму Робене, чтобы тот поспел на свой корабль, - сказала я.
- Хочешь за ним?
- Хочу конечно, - тут же отозвалась я, и мы, не сговариваясь, превратились в Барса и Гепарда. Несколько взмахов мощными крыльями – и мы оказались на достаточной высоте, чтобы празднующие нас не заметили, а мы, в свою очередь, могли легко проследить за экипажем, мчавшимся в сторону Речного порта.
Вдали вырисовывались десятки мачт и рей самых разнообразных кораблей. Больше всего их было в Речном порту. Мы с Ником наперерез ветру полетели туда, стараясь не потерять из виду Робене.
Ближе к порту лошади замедлились. Видимо, Робене уже не так опаздывал, что разрешил снизить скорость. Мы с Ником уже долетели до домов у пристани. Ник первым опустился на крышу какого-то трактира с гостиными номерами на верхних этажах. Я осторожно встала рядом с ним, обратившись в человека.
Мы наблюдали, как Робене сходит с экипажа с одним единственным кейсом, где были, кажется, деньги. Его встретили слуги с поклонами. Мы с Ником притаились над их головами.
Улица была оживленной, хотя праздники велись больше в глубине города, на площадях и торговых центрах города. Здесь же больше шатались уже изрядно опьяневшие мужчины или матросы, которые работали днем и ночью.
Робене, видимо, кого-то ждал, потому что он не торопился к пристани. Было темно, редкие фонари едва освещали дорогу и дома.
- Чего он ждет? – спросил Ник шепотом. Я только пожала плечами и съежилась: повеяло холодом с востока.
Из темноты вынырнул какой-то человек, лицо которого, как и у нас, было скрыто капюшоном. Но я тут же узнала этот неприятный запах и чуть не ахнула, прикрыв рот рукой.
- Молчи! Услышит! – выдохнула я Нику. Тот не понял моего волнения, но кивнул, продолжая следить.
Робене поклонился Харго, на что тот только едва кивнул.
- Я спешил к вашему отцу, но, видимо, теперь не придется, Харго, - сказал Робене. Мы едва услышали его слова, заглушаемые ледяным ветром.
- Отец пока не выходит из Острова, мастер Робене, поэтому послал меня. Но почему вы рвались к Нас-Хосу?
- Сообщить весть от короля, - почтительно сказал Робене. – Он говорит, что это важно.
- Если важно, не тяните, - холодно сказал Харго. Я благодарила высшие силы, что они разговаривали на русском языке.
- Разумеется… Харго, приказ вашего отца Его Величеству дал плоды. Стражники одного из лагерей, предназначенных для заточения людей с Земли, заметили того, кого так долго искал Ниссо.
- Маггения? – стал выше голос Харго.
- Они подозревают, что да. Очевидцев много, но они напуганы и предпочитают не верить или делать вид, что не верят. Отказываются давать показания. Мой гонец сообщил мне, что король собирался войти в контакт с этим человеком. Для этого он даже подготовил грамоту о том, что этот человек награждается титулом лорда, чтобы войти ему в доверие. Впрочем, я не знаю, как сейчас там обстоят дела: последние вести я получилот третьего декабря.
- Как же зовут этого пришельца? – спросил Харго с немалой долей интереса.
Мы с Ником поддались вперед, чтобы случайно не прослушать следующие слова Робене:
- Даниель Френсис. Русский, но хорошо знаком с английским и латынью.
- Даниель? – с неудовольствием в голосе переспросил Харго. – Это его настоящее имя?
- Никто не знает, Харго. Очевидцы говорят, что в начале он представился неким Дэном. Но потом резко поменял показания.
- Где он сейчас?
- В Глазго, прячется от властей. Возможно, сейчас уже ситуация изменилась. Не может же человек, пусть даже маггений, прятаться вечно в незнакомой стране с незнакомой природой.
- Согласен, мастер Робене.
- А что же с княгиней и?...
- Мой отец дал определенные повеления насчет них, - сказал с холодком Харго, и у меня по коже побежали мурашки.
А дальше Харго добавил что-то на чистейшем английском языке. Я не поняла, что он сказал, поэтому наклонилась к Нику:
- Что он сказал?
Ник открыл было рот, но тут подал голос Харго:
- Я спросил, где положено в это время бывать госпоже Инганаморт!