— Чёрный человек.
Шёпот зазвучал со всех сторон. И вслед ему появляются призраки. Как проявка плёнки, они занимают своё место в реальности, отчего по ней идёт едва видимая рябь. Такие разные и такие похожие. Серые люди.
Вот девушка, совсем молоденькая, лет шестнадцать, не больше, с огромными карими глазами и не менее большими синяками под ними. Её лицо смертельно серое, а в глазах горит огонь одержимости и жажды жизни.
Рядом с ней появился старик, с морщинами, глубокой сеткой покрывающими каждый миллиметр его лица. Кожа, обтягивающая череп без единого волоска, глаза глубоко посажены, а голова наклонена как у стервятника. И как птица-падальщик, он смотрит по сторонам всё с той же агрессией, что и девушка.
Чуть поодаль двое, мужчина и женщина, оба без определённого возраста. Им одинаково могло быть и тридцать, и сорок, когда они умерли, как внешне, так внутренне, связанные невидимой нитью. Они держаться за руки, единым целым и улыбаются с мрачной торжественностью, отчего трупные пятна на их лицах можно принять за румянец.
Вдалеке, как будто отдельно ото всех, стоял прислонившись к стенке здания молодой парень с длинными волосами, заплетёнными в дреды. Он курил ненастоящую сигарету, согнув ногу в коленях, демонстрируя толстые сапоги на широкой подошве и с блестящими заклёпками. Мальчик-гот, каждое движение которого источало лень и презрение к присутствующим, но в то же время выдавало ту же жажду, что и в остальных.
Все присутствующие голодны. Как у наркоманов, их движения наполнены ломкой, болезненными страданиями, скрытой агонией, от которой в ушах стоит тонкий, как свист, гул, прислушаешься — его нет, а не вслушиваясь в тишину, он тут как тут.
Вслед за призраками во двор стали приходить люди. Разные, но с одинаковым надрывом в глазах. Та же ломка, что и у мертвецов. Одержимые. Единственное отличие — призраки серые, а в этих теплится жизнь, поддерживаемая за счёт таких же, как и я, заключённых.
— Чёрный человек! Ты звал нас, Хозяин? Мы пришли на твой зов! — зашептала девушка призрак, стоявшая ближе всех.
В её голосе слышится неприкрытое обожание и поклонение даже не учителю — Богу.
— Спасибо, что пришли на мой зов! — громко сказал Клаус, взбираясь на крышу машины. — Я искренне рад, что у вас получилось захватить так много тел. Ваша миссия невообразимо важна для будущего всех, кто оказался на Изнанке. Вы — герои нашего мира и ваши имена будут передаваться из уст в уста до скончания времён. Гордитесь своей храбростью и силой. Каждый из вас особенный, никто не будет забыт. То, что вы сделаете, изменит этот мир. Мы будем помнить вашу жертву, — чётко и раздельно закончил он.
— Всё ради будущего, — также тихо сказал одержимый парень, вставший рядом с девушкой-призраком. — Мы готовы.
Клаус молча смотрел на них. Меня пугал его взгляд. Такой тяжёлый и неподвижный, совершенно чуждый, нечеловеческий. Он мельком посмотрел на меня и заметив моё волнение улыбнулся кончиками губ, а затем легко спрыгнул с автомобиля и достал из лежавшей на капоте сумки ту самую папку, что вручил ему Виктор Сергеевич.
— Помните, вы должны действовать парами. Один живой и один мёртвые. Одновременно. Не справитесь и провалите задание.
Призраки, словно заранее договорившись, разбились на пары с живыми. Та примечательная парочка с трудом разомкнули свои руки и разошлись в разные стороны даже не попрощавшись, как будто ничего между ними и не было.
Чёрный человек выдавал каждому подходящему небольшой конверт из папки. Он пожимал руку каждому живому, целовал в губы, обнимал, участливо улыбался, говорил напутствующие слова. Как добрый человек, с тоской провожающий старинных друзей на войну. И это страшно. Страшно видеть, как один человек способен так повлиять на других. Он с лёгкостью управляет ими, они послушны как овцы и да, я не знаю, что он задумал, но мне достаточно видеть сквозь слова и движения, чтобы понять — они все смертники. Я не знаю, как они умрут, но их смерть будет окончательной.
Как же здесь холодно! Этот холод пробирает до костей. Как могу тягаться с тем, кто так просто убедил почти сотню призраков пожертвовать своими жизнями ради общей цели? Особенно зная, что их ждёт! Как ему это удалось?