И разом всё закончилось.
Обессилев, с трудом поднялась по ступенькам, открыла дверь и лишь переступив порог, рухнула как подкошенная на пол, содрогаясь беззвучными спазмами боли, сковавшей всё тело. Даже в этой предрассветной тьме, видела, как по рукам, как волнами, прошли чёрные ветвящиеся полосы, исчезнувшие вместе с уходящим от изнеможения разумом.
Глава 8
Чёрный кофе бодрил, разрушая цепкие оковы сна. Сигареты творили чудеса, а овсянка возвращала потерянные силы. Бездумно пролистывая новостную ленту и вспоминая прошедший день, с содроганием думала о том, что сделала.
Я на такое не способна.
Невероятность случившегося отупляла. Как смогла без единого слова или осмысленного действия, отправить девушку на ту сторону? Это невозможно! У меня попросту нет таких сил!
«…Чем чёрт не шутит, вдруг и правда без слов сможешь их отправлять за дверь…» — некстати вспомнились слова Катерины, от чего прошиб холодный пот. Так не бывает. Но если это случилось, значит нужно думать, что делать дальше. Нужно понять первопричину происходящего, понять, как из обычного медиума без выдающихся способностей вдруг стала настолько сильна.
Потянулась за телефоном, чтобы позвонить Катерине, как он сам ожил. «Андрей», высветилось на экране и я с негромким вздохом взяла трубку.
— Зачем тебе понадобился Вертун? — не здороваясь, резко спросил он. — Ты что задумала, Элли? Думаешь, я не понял, что ты намерена вернуться?! Ты же понимаешь, что это будет твой последний глупый поступок в жизни!
— Да-да, иного я от тебя и не ждала, — отвечаю, начиная заводиться.
Поднявшись со стула, достала очередную сигарету, обрубила фильтр и подошла к окну, выходящему на дорогу, прикрытую вдоль тротуара голыми деревьями. Со второго этажа хорошо видно, что происходит на улице. Видно спешащих по своим делам людей, видно детишек, бегающих наперегонки, чуть дальше неплотный поток машин, со всеми атрибутами пробки — гудения клаксонов, визг шин, урчание моторов. Видно чёрную собаку, устало положившую голову на лапы, безмолвно наблюдающую за моими окнами.
Не отрывая взгляда, закурила и выпустила густую дымную струю прямо в окно, разбивая окружающий мир, прячась за дымной завесой.
— Ты когда-нибудь видел Грима, Андрей? — изучающе смотря на пса, говорю в трубку.
Видимо сбила его с мысли, так как он запнулся, прежде чем сказать:
— Что, чёрт побери, у тебя там происходит?!
— Неважно, просто спросила, — отвечаю рассеянно, злость улетучилась, как будто бы её и не было. — Короче, если у тебя есть идеи, как вернуть Марго, говори. Если нет, то до полуночи есть время что-нибудь придумать. Думай, Андрей, иначе я сделаю всё сама.
Нажав кнопку сброс, невольно ухмыльнулась про себя. Обожаю телефоны, с ними гораздо проще общаться с людьми. Если бы мы встретились, от Андрея я так просто бы не отвязалась.
Вспоминая прошлое, невольно наткнулась на тот давний неуклюжий поцелуй. Мы были моложе, мы были… как бы это сказать, более на грани, чем сейчас. Максимализм, слёзы высыхают быстро, а кровь закипает ещё быстрее. Тогда всё было проще. Но смерть беспощадна. Она преследует тех, кто слишком пристально всматривается за горизонт жизни. И не щадит посмевших моргнуть или отвести взгляд.
***
Он приехал вовремя.
Нервы скручивались как жгуты, застревая в области желудка, вынуждая тянуть сигарету за сигаретой. Из остатков принесённых с кладбища червей, сделала маску. Её должно хватить хотя бы на несколько часов, уже сейчас утекающих сквозь пальца.
Я перемерила квартиру шаг за шагом, по кругу, то сжимая, то разжимая пальцы. Перемыла всю посуду в доме, вымыла полы, вытерла пыль, заполняя свои мысли рутиной, пытаясь не думать о том, что собираюсь сделать.
Прежде чем пустить его, спрятала контрабанду в карман джинсов, выдохнула и открыла дверь.
— А ничего у тебя тут, уютно. Первый этаж, конечно, стоит переделать, но в целом ты живёшь лучше многих, — заявил он, цепким взглядом изучая квартиру.
— Ты сегодня один, — заметила, рассматривая истинное обличие призрака.
Как и рассказывал Михаэль, он не обладал выдающейся внешностью, однако забыть его невозможно. Впалые щёки, рябое лицо с россыпью веснушек. Он был отчаянно рыж и худ. Бегающий взгляд голубых глаз, кажущихся ещё ярче из-за цвета кучерявых немытых волос. Одет в невзрачный серый костюм с глупой чёрно-белой бабочкой в горошек. Вертун сутулился и выглядел нервным и больным.
— Разочарована? — он усмехнулся, заметив с каким вниманием его изучаю.