— За последний час я связалась с рядом других городов, в которых существуют общины медиумов. Я предупредила их насчёт того, что случилось у нас и передала им эту информацию. Все должны понимать, что, по сути, у нас нет другого выбора. Мы не способны причинить вред призракам, как это делают экзорцисты, у нас просто нет таких сил. Всё, что мы можем это обратиться к самим мёртвым, чтобы они сами разобрались со сложившейся ситуацией, — видя, что люди в зале сначала шёпот, а затем всё громче и громче начинают обсуждать её слова, Элли повысила голос:
— Это ещё не всё! Также я прошу вас передать свои достоверные контактные данные Алёне и Катерине. Я прошу передать всё, что сегодня сказала всем знакомым медиумам, которые не посещают это место или не смогли быть здесь. Напоследок рекомендую внимательно следить друг за другом, ведь именно наша разобщённость привела к тому, что мы так поздно заметили происходящее. Вопросы есть?
В целом на речь Элли люди отреагировали положительно. Чёткие советы и рекомендации последовавшие как ответы на возникшие вопросы, окончательно успокоили присутствующих. Многие заторопились домой. Эта обнажённость страхом настоятельно требовала чего-то знакомого и безопасного. А что может быть более безопасным, чем родные стены дома?
Элли всё ещё была занята. Она то говорила по телефону, то общалась с оставшимися медиумами. Мы с Бесом отошли к небольшой барной стойке, где разжились несколькими бутербродами и горячим кофе.
— Думаешь это поможет? — подув на горячий напиток, спросила его.
— Как знать. Мы не настолько хорошо знаем мир духов, чтобы действительно понимать, что там происходит. Может они и правда поймут, что мы от них хотим. А может группа Чёрного человека настолько велика, что другие призраки откажутся нам помогать, боясь за свою шкуру. В конце концов, всё это началось не этой зимой, а многие годы раньше.
— Что ты имеешь ввиду? — спрашиваю, нахмурившись.
— Элли. Она стала ученицей Белого человека, когда ей было одиннадцать лет. А Белый человек определённо является частью этих событий. Соответственно они долго разрабатывали свой план и вот сейчас приступили к более активным действиям. Непонятно только почему именно сейчас…
— Марго. Всё дело в Марго, — раздался голос рядом.
Элли выглядела лихорадочно-обессиленной. На щеках румянец, а под глазами глубокие-глубокие синяки. Пальцы рук дрожат, но губы плотно поджаты. Она на пределе, но держится как стойкий оловянный солдатик.
— Всё ускорилось тогда, когда в Марго соединились её силы и силы её брата. Она стала буквально самым сильным медиумом земли. Хоть эта фраза и не точна, однако для Клауса всё обстоит именно так. Ведь он искал сильных медиумов. Все эти годы он был в поиске и вот появилась ты. Соответственно теперь он ускорился, так что прошлая ночь далеко не конец. Атаки возобновятся и станут ещё сильнее, ведь у него есть зеркало.
— Харон передавал тебе привет, — негромко кашлянув, сказала я. — Он… разочарован.
— Я не удивлена, — тихо ответила она, доставая из-за барной стойки бутылку воды. — Ты как? Он… ох, всё обошлось, да? — запнувшись, спросила она.
— Да-да, ты вовремя разрушила купол, — говорю невесело, когда перед глазами вновь вспыхивает его перекошенное от ненависти лицо и слова вновь зазвучали, как пощёчины, как рой рассерженных ос: «Дрянь! — закричал он, ударив по лицу. — Мелкая дрянь, я убью тебя, сучка и ни хрена ты не воскреснешь!»
— Ты в порядке? — она заметила, что со мной не всё хорошо.
— Я просто устала, — отвечаю тихо, прислонившись к Петру, который тотчас же обнял и прижал к себе.
— Вам обоим нужно выспаться и отдохнуть, — она с лёгкой улыбкой посмотрела на нас, а затем вздохнула, поднимая вибрирующий телефон. — А у меня ещё есть дела. Кстати, пока не забыла, звонил Андрей, сказал, что твой телефон недоступен.
— Я потеряла его во время афтершока.
— Жалко! В общем, ему нужно срочно с тобой увидится. Я уже сообщила в Институт, что ты жива и тебя вычеркнули из список пропавших.