Динара свернулась в спальном мешке, но сон не шел. От нечего делать стала включать и выключать фонарик. Выключила. Включила. Выключила. Включила.
На пятый раз луч света выхватил силуэт.
Динара выронила фонарь. Вокруг палатки что-то ходило. И это что-то передвигалось на двух ногах. Девушка осторожно выглянула наружу. Никого. Ни птиц, ни животных. Показалось? Сонный паралич?
С горы катился туман. Невесомой лавиной он пожирал деревья и уступы. Запахло железом и полынью.
Динара почувствовала, как засыпает. Она закрыла рот рукой, стараясь не вдыхать туман, но это не помогало. Последнее, что она увидела, был человек с гниющей кожей.
***
Пробуждение было отвратительным, как после недолгого дневного сна. Голова болела, одновременно хотелось пить и в туалет.
Динара встала и поняла, что она не в палатке. И даже не у подножия горы.
Она находилась на самой вершине Топки. Костяшки пальцев краснели, а на ладонях красовались свежие порезы. Все тело ломило от усталости, будто последние несколько часов она без остановки карабкалась на гору.
Липкий туман попал в рот и горло. Пищевод обожгло.
В пяти шагах от Динары стояла фигура. Силуэт то появлялся, то исчезал. Его голова неестественно выворачивалась из стороны в сторону, а руки тряслись как от судороги.
Последний. Последний вернулся.
В потустороннем голосе было завывание горного ветра и вой таежного зверья. Звуки складывались в слова, но рот, что извергал их, не принадлежал человеку.
— Покажись! Кто ты?
А ты не знаешь? Не знаешь? Не знаешь?
***
…Туман рассеялся к вечеру. Динара ползла на спуск. Подальше от этой горы, подальше от тел друзей.
Маргарита Осипенко схватила девушку за шкирку.
— Куда собралась?!
Динара кричала и вырывалась, но сил уже не было. Женщина приволокла девушку обратно и бросила к костру.
— Восемь. Восемь человек. Иначе ничего не получится, — она погладила Динару по голове. — Разве ты не хочешь, чтобы у нас получилось?
Динара ничего не видела, но она знала, что там, в тумане – альпинист Андрей Осипенко. То, что поначалу выглядело как татуировка, расползлось за время похода по всему телу. Андрей Осипенко больше не был человеком. Он походил на гниющего мертвеца, восставшего из могилы по прихоти доморощенного некроманта.
— За что? — прошептала Динара пересохшими губами.
— Та пещера, та пещера…— бормотала Осипенко. — Мы спустились туда, нам говорили, что нельзя, но пещера звала и мы спустились, — ее голос начал сипеть. — Кости, кости, кости. И ходить нельзя, и место сакральное. Погода…погода испортилась, и мы не смогли подняться.
Осипенко снова погладила девушку по волосам. Динара уже не плакала.
— Мы пробыли там два дня, ждали, пока погода успокоится. Вернувшись в село, узнали, что прошло две недели. Мы слышали и видели такое, что никому из вас и помыслить нельзя. Духи гор, — она засмеялась, — открыли нам тайны Черного Дома. Но такое не проходит бесследно. Это же как в твоих любимых ужастиках. Что происходит с героем, когда он спасается из лап монстра? Что происходит, когда он с победой возвращается домой?
Динара ждала, когда безумие накроет и ее. Размозжит ли она череп как Мадина? Или выцарапает глаза как Арлан?
— Отвечай! — рявкнула Осипенко. — Приказ гида, закон! Что происходит с героем, когда он возвращается домой?
— Я не знаю, — выдавила из себя Динара.
— Чудовище пойдет за ним по пятам. И никогда не отступит. Мы забрали тьму Черного Дома с собой. По незнанию, но теперь все закончится, и мы будем спасены. Чтобы вернуть тьму назад, нужно заманить ее как зверя. Мы потревожили в пещере восьмерых. И восьмерых мы принесли взамен. Пей!
Динару мутило от запаха золотого корня. Но жажда была сильнее, и Динара выпила настой залпом.
— Так ты его носишь до сих пор? — проворковала женщина, беря в руки оберег, железную змейку. — Сколько же лет он лежал в пещере. Он был на шее у мумифицированной девочки с такими же черными волосами, как у тебя. Ну ничего, я верну змейку, когда Черный дом заберет тебя.
Липкий туман сгущался. Жжение на коже усилилось, и девушка застонала.
Осипенко отпустила ее, и Динара упала на землю.
— Нет…нет…нет…— захрипела Осипенко. — Забери девчонку! Забери ее! Она восьмая! Она восьмая!
Невидимая рука подняла женщину в воздух. Захрустели сломанные кости. Ноги Осипенко вывернулись под неестественным углом, и с гулким стуком тело Маргариты упало на камни.
Потом женщина приподнялась, как после долгого сна, задрала голову к небу и выцарапала себе глаза.