Обрадованные добытчики, благополучно забыв о недавнем желании попить горячего чайку, принялись лихорадочно собираться, утоптав догорающую спиртовую таблетку, закинув котелок в один из громоздких рюкзаков, поправляя свою одежду и снаряжение. Пока шли эти недолгие сборы, Дядя стоял неподвижно, изредка, скосив глаза, поглядывая на девицу на цепочке. А когда добытчики, почтительно поклонившись в знак уважения, отошли от них уже на порядочное расстояние, спросил, не поворачивая головы:
- Ты откуда в городе взялась?
- Родилась здесь, - без малейшего акцента ответила мулатка.
- Вот как? - задумчиво констатировал Дядя. - А этим... давно попалась?
- Вторую неделю за собой таскают... таскали то есть...
- Погоди, сейчас они с глаз уйду, сниму с тебя цепочку, - пообещал Дядя.
- Убегу, - равнодушно ответила мулатка.
- Куда? - насмешливо удивился Дядя. - К таким вот добытчикам? или не притомилась, пока они тебя две недели пользовали? кормили хоть немного?
- Немного, - помрачнев, ответила девица. - В самом деле достали до матки за две недели... А ты что ль меня пользовать не будешь?
- Я тебе потом зеркало дам, - туманно пообещал Дядя. - Поглядишь на себя... Отмыть сперва, откормить, а уж потом про пользование думать...
Бушлатовые спины добытчиков уже пропали за поворотом, но Дядя выждал еще пяток минут, и, отстегнув от ошейника цепочку, скомандовал: " Ну, вот, беги...", а сам присел на бетонную балку, достал из кармана пачку сигарет и со вкусом раскурил одну.
Дернувшаяся было на пару шагов в сторону и с удивлением обнаружившая, что Дядя не собирается за ней гнаться, мулатка подошла поближе.
- Тебя как зовут-то?
- Жанетта.
- А я Дядя, просто Дядя и никаких других имен. Покурю сейчас, и пойдем, Жанетка, на ночь устраиваться, время уже позднее, пока дойдем, самая пора будет. Сама-то куришь?
- Когда дают, не отказываюсь, - сообщила мулатка.
- А чего ж молчишь? - нарочито удивился Дядя. - Ты молчанку свою брось, если чего надо или захочешь, то сама спроси, я мыслей читать не умею, женских - тем более...
Он положил на балку, подальше от себя, пачку сигарет и зажигалку, даже чуток отодвинулся в сторонку, давая понять девице, что это не приманка, бросаться на нее и хватать он не будет. Жанетка, чуть помедлив, раскурила сигаретку и присела на корточки рядом с балкой. Сигарета была ароматная, вкусная, это мулатка могла оценить, привыкнув с детства к дешевым ядовито-ядреным "гвоздикам". Докурив, Дядя аккуратно потушил остаток сигаретки о подошву и чуть цыкнул на Жанетку, собравшуюся было выбросить свой бычок:
- Припрячь, а еще лучше, с собой захвати, не нужны тут следы наши...
Жанетка послушно сунула окурок в карман своих грязных шаровар, а Дядя пояснил:
- В городе таких сигарет больше нету, только я их и курю...
Тяжело опираясь на карабин, он поднялся с балки, а мулатка, будто очнувшись от долгого сна, с удивлением уставилась на яркую желтую пачку с нарисованным на ней бурым горбатым зверем, исчезающую в кармане пальто Дяди.
-... все подробности позже, сейчас поторопиться бы надо, - строго сказал хозяин района.
- Долго идти? - уточнила Нина, старательно наматывая портянки.
Дядя взглянул на нее с искренним удивлением, так смотрят обычные на люди на внезапно заговорившую кошку. Но все-таки ответил.
- По вашим ногам - минут сорок хода будет, да еще и осмотреться на месте надо... - и неожиданно спросил репортершу, намекая на обнаженную спину: - В тебе вот так-то не холодно?
- Не жарко, - поджав губы, ответила рыжая.
- И то хорошо, - согласился Дядя. - Пойдете своим порядком, за мной. Подчиняться беспрекословно, слушаться, как бога, в которого верите. Ну, это, конечно, если хотите дойти невредимыми.
Голицын кивнул, соглашаясь за всех с временным главенством аборигена. Ничего сверхординарного в требованиях Дяди не было.
Вернувшись от древнего особнячка на проспект, группа практически сразу же ушла вслед за поводырем в узкий проход между домами и дальнейший её путь пролегал через проходные дворы, маленький скверик, короткие проулки.
Дядя шел первым, сильно прихрамывая, но на карабин уже не опирался, разве что - иногда, а нес его в руках практически наизготовку. Разговоров не разговаривали, слишком уж внимательно, настороженно осматривался по пути хозяин района, частенько замирая на минуту-другую, пристально изучая то местечко, через которое им предстоит пройти. Притихла даже ноющая на неудобства ходьбы Нина, проникшись ситуацией.