— Давай, Пи. Пойдем, — уговаривала я, потянув ее, чтобы она поднималась. Мы поспешили через густой сосновый бор, не сбавляя темпа, Пи всего в нескольких шагах передо мной. Как только я поняла, что за нами не гонятся, я остановилась, чтобы Пи сходила в туалет.
— Я больше не хочу здесь жить, — пожаловалась она, присев, чтобы пописать.
— Я тоже. Что скажешь, если мы поселимся в отеле и съедим по стейку в каком-нибудь крутом ресторане?
— Ненавижу стейки.
— Я тоже. Пицца?
— Да! Я написала на ботинок.
— Здорово. Давай выбираться отсюда. Мне нужен горячий душ и настоящий шампунь.
Пи подобрала палку и использовала ее, как трость, притворяясь слепой. Она шла прямо передо мной, выводя нас из леса обратно в цивилизацию. Если все будет хорошо, я дала слово, что мы снова отправимся в поход. Я заметила царапину внизу на ноге Пи. Каким славным бы ни было наше приключение в лесу, я понимала, что не так надо о ней заботиться. И по правде говоря, я тоже была сыта по горло этим приключением.
— Хочешь, я расскажу тебе сказку? — спросила Пи.
Не заметив, как Пи сменила направление, я рассеянно забрела в ужасно колючий кустарник.
— Ай. Конечно, — согласилась я, вытаскивая колючки из руки.
— Хорошо, итак, давным-давно жила-была фея. Спроси меня, как ее звали?
— И как ее звали?
— Ее звали Полночь, потому что это было единственное время, когда она появлялась.
Я слушала вполуха глупую историю, пока Пи все больше вдавалась в мельчайшие подробности. Я подробно узнала об обстановке комнаты, в которой жила фея, что она ела на завтрак, а также имена всех, с кем была знакома фея. Поверьте, эта фея знала много людей. То есть, реально много.
Время от времени я вставляла комментарий, чтобы она знала, что я слушаю. Я задумалась об ее отце, в то время как ее воображение не на шутку разыгралось. Я создала монстра.
***
В тот же день, когда я достигла своего совершеннолетия, я стала женщиной. Это было одно из «впервые». Первое из многих ностальгических событий, которые произойдут со мной без моей мамы. Тем не менее, я вытащила себя из кровати и стряхнула эти воспоминания после нескольких часов сна. Моя утренняя рутина быстро переросла в привычку. Я посмотрела на свое творение на руке и на свое похожее на приведение лицо. Потерянный взгляд с заметными темными кругами, которые оттеняли опухшие глаза, пристально смотрел на меня из зеркала
Пора было придумать план. Больше никаких оправданий. Став совершеннолетней, я могла жить самостоятельно, по правде говоря, Блейк мне был больше не нужен. Ну, может немного. Мне действительно нужны были его деньги. Это было еще одним оправданием, как и Пи. Каждый день я придумывала чертовски вескую причину, почему все еще не противостояла ему. Каждый день перешел в месяцы, и я все еще не сделала того, зачем пришла сюда.
Очень жаль, что Фарра была такой стервой. Я могла бы использовать друга, имеющего доступ к СМИ. Я могла бы обратиться к нему через национальное телевидение. Я поспешила, смыла «черный дождь» с руки и кинулась к двери, в которую стучали. Я открыла дверь, скрестив на руки на груди, чтобы не показывать, что была без лифчика.
— Я ухожу, — сообщил Блейк
— Э-э, ладно. Пи нет дома. Она с твоей мамой на представлении.
— Да, я знаю. Я просто спущусь вниз в ресторан, чтобы встретиться с Райаном и моим боссом.
— Барри Холденом?
— Да. Перестань его так называть. Он известен как Зазен. Сегодня вечером мне необходимо сходить на ужин, но я вернусь домой к десяти или около того. Я бы хотел, чтобы ты поднялась ко мне в комнату.
Взгляд Блейка опустился на мою грудь, заставив меня понять, что я опустила руки. Я снова скрестила их на груди, пряча два торчка, которые, казалось, встали от его внимания. Какого черта? Дурацкие соски.
— Прости, но я не могу.
Блейк разговаривал с моей грудью.
— Я видел их прошлой ночью. Они мне нравятся. Поэтому я хочу, чтобы ты снова пришла сегодня вечером. Что значит, ты не можешь?
Я согнула колени, чтобы быть на уровне своей груди.
— У нас ведь договор?
— Да, и я придерживался своей части. Вчера я провел с ней весь день.
— Но сегодня ты ничего не сделал. Сегодня воскресенье, и ты собираешься работать. Как печально!