— Молодец, — подметил он, хмуро глядя на её радостное лицо. — Соединила пазлы. Вот только меня беспокоит тот факт, что ты не пытаешься меня схватить.
— Ой, не переживай, — отмахнулась она и проследовала к его столу, разглядывая его. — Я больше не состою в пятёрке. — Она открыла ящик стола. — Странно, из этого ящика пахнет твоими шариками.
Тау подошёл к столу и резко задвинул ящик — Линь отдёрнула руку, будто боялась, что прищемит пальцы.
— Я не давал разрешения шариться у меня, — сказал он, глядя на неё.
Линь оглядела его, улыбнулась, фыркнула, закинула руки за спину и начала расхаживать по квартире.
— Значит, великий и ужасный Тиамат, — усмехнулась она, оглядывая мебель, — это всего навсего бедный неуклюжий студент? Должна признать, контраст на лицо. — Она подошла к потайной стене и начала её обнюхивать. — Там что-то есть.
— Да боже, — рыкнул он, подходя к стене.
Тау отшатнул Линь в сторону — та возмущённо посмотрела на него. Он нажал скрытую кнопку, отсек с костюмом открылся. Пошарился в карманах, вынул телефон, нажал на кнопку — стена задвинулась, сливаясь с поверхностью.
— Вот! — буркнул он, протягивая ей телефон.
— Наконец-то, — улыбнулась она и выхватила телефон. Глянула на экран. — Эй… ты тут всё переломал… а хотя нет.
— Теперь ты можешь покинуть мой дом? — возмутился он, наблюдая, как она шарится в телефоне. — Мне нужен отдых и покой, чтобы восстановиться.
— На счёт этого, — сказала она, вытягивая кривую ухмылку и отрываясь от телефона, — тут такое дело… ну… ты же не хочешь, чтобы я кому-то рассказала?
— Это будет проблематично, — подметил он, скрестив руки. — Но я всегда могу исчезнуть.
— Да? — удивилась она, не убирая кривую ухмылку. — Ну… ты же не хочешь проблем… верно?
— Я сейчас не в лучшей форме, — выдохнул он, поправляя очки, — но тут и дураку понятно, что ты пытаешься к чему-то подвести.
— Ну ладно — ладно, — возмутилась она, наблюдая, как он спокоен, и её руки повисли. — Я нищая! Понятно? Всё, что у меня есть — несколько сбережений, телефон и немного мебели на арендуемом складе. И…
— И? — спросил он, приподнимая бровь.
— И мне негде жить… — тихо сказала она, отводя взгляд и опуская кошачьи уши. — Поэтому… я могу пожить у тебя?
Умилительно. Какие у неё пушистые кошачьи уши и хвост — так и хочется… Так, соберись. Таблетка ещё действует, а сейчас нужно взвешенное решение. Прогнать её — реально создаст мне проблему с разоблачением, а я слишком многого добился как Тау, и начинать сначала — потеря времени. Однако оставлять её — создаст другие проблемы. Вопрос в том, какой из двух зол менее болезненный?
— Ладно, — выдохнул Тау, и Пантера навострила уши. — Но у меня есть правила, которые ты будешь соблюдать, если хочешь тут жить…
— Сразу скажу, — вставила она на опережение и задрала нос. — Быть домработницей не буду.
— Отлично, — усмехнулся он. — Вот правило 1: после себя беспорядки не оставлять.
— А если… — начала она, приподнимая палец.
— Правило 2: Мне не мешать. Нигде!
— А можно… — попыталась вставить она, разводя руками.
— Правило 3: самое важное! Никому не рассказывай, кто я! А теперь можешь задавать свои вопросы.
— Ну спасибо, что дал слово, — буркнула она, скрестив руки. — У тебя аллергии случайно нету?
— Есть, — подтвердил он. — На раздражающие факторы.
— Это не аллергия, — возмутилась она, выставив руки на пояс.
— Возможно, — подметил он и, массируя плечо, зашипел. — Кстати говоря, ты шить умеешь?
— Ну… — протянула она, отводя взгляд и почесывая затылок. — Как-то не особо… Не, ну были моменты… — Она нахмурилась и взглянула на него. — А к чему ты спрашиваешь?
— Пошли, — поманил он и направился в сторону ванной.
Линь последовала за ним. Они зашли в ванную. Тау достал аптечку, вытащил иглу, леску и спирт. Снял футболку, прорезал ножницами бинты. Она неотрывно следила за ним, водя взглядом по его перебинтованному телу. Он снял бинты с лопатки — ей открылась рана.
— О! Это тебе Ночной автограф оставил? — усмехнулась она, разглядывая кровавую дырку, и, нахмурившись, выставила руки перед собой. — Погоди-погоди, ты хочешь, чтобы я зашила тебе… рану?
— Нет, — закатывая глаза, буркнул он. — Я просто позвал тебя посмотреть. Ты же ран вообще никогда не видела… Конечно, я хочу, чтобы ты меня заштопала.
— Ах так! — возмутилась Линь, скрестив руки. — Тогда сам себя и штопай!