— Да садись уже, — закатывая глаза, буркнул он.
— Ладно, — фыркнула она, уселась на стул, закинула ногу на ногу, скрестила руки и задрала нос. — Командует он тут. К твоему сведению, я приличная дама.
Твой браузер говорит об обратном.
Он ловко выхватил длинную ткань со стола и, пока она задирала нос, перекинул через неё, завязывая у шеи. Та только окинула взглядом ткань.
— Эй! — возмутилась она, бегая глазами. — Ты что удумал?
— Покрашу тебя, — заявил Тау, уже разводя краску в ёмкости для смешивания.
— Не смей трогать мои волосы! — рыкнула Линь, оборачиваясь к нему. — Последнему, кому я позволяла их трогать, был мой бывший. И после него мне пришлось укоротить причёску. Думаешь, почему у меня каре?
— Я не твой бывший, — отрезал Тау, закончив размешивать. — И я не собираюсь использовать твои волосы для своих низменных потребностей. — Он взял кисточку и макнул в ёмкость. — Просто сиди ровно.
Он развернул её от себя, схватил за плечи и прижал к спинке стула. Та только успела похлопать ресницами.
— Ты можешь быть поласковее? — возмутилась она. — Я ведь могу и укусить в ответ.
Может, надо было посмотреть курсы для парикмахера животных? Нет. Это было бы уже издевательством.
— Просто сиди ровно, — сказал он и, убрав полотенце с её головы, ловко откинул его на кровать.
— Ты же в курсе, — протянула она, глядя на упавшее полотенце, — что волосы должны быть сухими перед наложением краски?
— Я что по-твоему дилетант? — буркнул он, держа в руке нано-спрей.
Тау потряс баллончиком — внутри что-то мягко зашипело. Два нажатия, и тонкая струя покрыла волосы Линь, испаряя влагу с лёгким свистом. Она дёрнулась от неожиданности, но через секунду её волосы стали сухими и гладкими.
Убедившись, что волосы высохли, он отложил нано-спрей в сторону, взял ёмкость с красной краской, макнул кончик кисточки и приготовился накладывать краску.
— Ну правда, — жалостно произнесла она, и он остановил кисточку в сантиметре от её волос. — Будь аккуратен, ладно?
— Слушай, — начал он, чуть убирая кисточку от её волос. — Если я за что-то берусь — я делаю это максимально хорошо. Теперь не шевелись.
Кисточка коснулась волос, и алая краска поползла по прядям, оставляя ровный насыщенный след. Он вёл её от корней до самых кончиков, мягко, но уверенно, будто делал это сотни раз. Линь зажмурилась, задержала дыхание и лишь изредка дёргалась, когда холодный ворс касался кожи.
— Не дрожи, — заявил Тау, макая кисточку в разведённую краску.
— Хватит командовать, — буркнула Линь, открыв один глаз.
— Пожалуйста, — ласково попросил он, снова поднося кисточку.
Линь выдохнула, плечи опустились, и Тау спокойно продолжил красить её волосы.
— Знаешь, — протянула она, — обычно в таких ситуациях хорошо идут откровенные разговоры.
— По-твоему, я похож на того, кто любит откровенные разговоры? — спросил он, проводя кисточкой по локонам.
— Ты похож на того, кому это нужно, — подметила она, заворачивая глаза, чтобы глянуть на волосы.
— Ты мне ничего нового не скажешь, — заявил он, закрашивая затылок. — А обо мне тебе знать ни к чему.
— К чему такая скрытность? — возмутилась она, закатывая глаза. — Может, я единственная, кто сейчас может тебя понять.
— Понять? — усмехнулся он, одёргивая кисточку, и помотал головой. — Никто не сможет меня понять. Хочешь услышать мою смазливую историю, чтобы просто поддержать беседу?
— Почему ты такой козёл? — буркнула она, оборачиваясь на него.
— Жизнь заставила таким стать, — заявил он, отворачивая её голову, и приступил к покраске макушки.
— Ты мне нравился куда больше, когда кланялся и извинялся. — хмурясь, подметила она.
— То был скромный и неуверенный студент. А сейчас с тобой разговаривает профессионал своего дела, — заявил он и снова прижал её к спинке стула. — Сиди ровно!
— Профессионал, пфф, — усмехнулась она, покрутив глазами. — Ну да, ты хорош. Но ты не всё обо мне знаешь.
— Ван Линь, — начал он, вставая от неё боком, крася локоны. — Родилась в Японии. В прошлом спортсменка, но не заработала ни одной медали. Были неудачные попытки создать семью. Подождать?
— Не надо, — хмуро буркнула она, опустив голову.
— Я что, задел твои чувства? — спросил он, закончив с боковой частью причёски.
— Нет, — отрезала она.
— Если тебя это утешит, — начал он, вставая перед ней и крася чёлку, — то таких, как ты, миллионы.
— Меня это не утешит, — хмуро ответила она.
Тау остановил кисть, замер на мгновение, затем опустил руку и отошёл, не глядя на неё.