— Бармен, — бросил Пружина, уже направляясь к выходу. — Запиши на мой счёт.
Оказавшись на улице, Пружина нашёл Дорис — она ухмылялась через плечо и манила его то рукой, то пушистым хвостом. Он проскочил между прохожими и, догоняя её, хлопнул по попе.
— Ай! — вздрогнула Дорис, выпучив глаза и оскалившись. — Ах ты… — но быстро приняла ехидную улыбку, обернувшись к нему. — Это было неожиданно, Пружина-сан.
— Сложно устоять перед такими формами, — облизнулся он, следуя за ней. — Вы спортсменка?
— Что вы, — отмахнулась она, идя вперёд и оглядываясь на него. — Так, чисто для себя.
Идя за лисицей по заполненной улице, Пружина не сводил глаз с заднего вида Дорис. Он то и дело облизывался, наблюдая за ней. Когда они проходили мимо переулка, между зданиями блеснули две линзы-капельки. Пружина на секунду оторвал взгляд в ту сторону — но ничего не увидел. Он начал оглядываться. Дорис остановилась и обернулась к нему.
— Что-то не так? — поинтересовалась она.
— Нет, — заявил он, продолжая осматриваться. — Всё в порядке.
— Если что-то не так, я могу пойти домой, — заявила она, скрещивая руки.
— Нет! — резко ответил Пружина, возвращая взгляд на неё. — Просто что-то в глаз попало.
— Ладно, — отвернулась Дорис и продолжила идти. — Мы почти пришли.
Завернув за угол, они оказались в затемнённом переулке. По сторонам стояли мусорные контейнеры, а впереди — технологическая дверь. Дорис упёрлась рукой в стену и кивнула на запертый проход.
— Действуй, мой герой! — ехидно произнесла она.
Пружина осмотрел здание сверху донизу, перевёл взгляд на технологичную дверь и нахмурился.
— Слушай, я, конечно, не против экспериментов, — усмехнулся он, разводя руками. — Но если тебе так нравятся механизмы и дроны, я знаю место получше, чем почтовая фабрика.
— Всё понятно, — возмутилась Дорис, закатывая глаза и скрещивая руки. — Только время зря потеряла. А я думала, ты бесстрашный герой.
— Что? — возмутился Пружина и подошёл к двери. — Я бесстрашный! Сейчас всё будет.
Пружина просканировал дверь — программа подобрала ключ, и дверь бесшумно ушла в стену, открывая тёмный проём. Он наклонился, улыбаясь во весь рот, и театрально указал обеими руками на вход.
— Прошу. Только после дам.
— Здорово! — выкрикнула она, хлопая в ладоши. — Я знала, что вы очень крутой! — Она забежала внутрь и бросила через плечо: — Теперь догоняй меня, сладкий!
— Куда?! — удивился Пружина и рванул за ней следом. — У меня уже шлаг горит!
Глава 13: Пружина. Часть 3
Дверь за ним захлопнулась, погружая помещение в темноту. Пружина резко остановился, оглянулся на закрытый проход, ухмыльнулся, коснулся виска и включил ночное зрение.
— Дори-и-ис… — протянул Пружина, не спеша идя по фабрике. — Если это один из твоих фетишей — я не против. Только раздевайся заранее.
Он осматривал фабрику: выключенные дроны, длинные конвейерные ленты, огромные станки и штабели ящиков из разного материала. Всё было погружено в тишину.
— Ау! — крикнул Пружина, проходя к центру фабрики. Его ухмылка начала таять. — Лисичка? Ты куда делась?
Над ним, в тёмном потолке, загорелись две линзы-капельки, устремлённые на него. Пружина остановился в центре — линзы переметнулись в другую часть потолка. Он обернулся, глянул вверх — и ничего не увидел.
— Что тут происходит? — пробормотал он себе под нос.
— Тьма и свет для меня одно! — эхом разнёсся голос Тиамата.
Пружина резко обернулся, закрутился — никого. Дула выскочили из рук, и он начал вертеться вокруг своей оси.
— Тиамат? — выкрикнул он.
— Маска — броня, имя — никто, — продолжал Тиамат свой стишок. — Закон — бумага, совесть — сон. Я — Тиамат и Я — закон.
— Неплохой стишок для будущего трупа, — процедил Пружина, вертя руками из стороны в сторону. — А ну покажись, трус!
— Как пожелаешь.
Появился свет. Конвейеры с металлическими коробками ожили и поползли по лентам. Дроны зажужжали, а прессы с глухим стуком начали штамповать крышки для ящиков.
Тиамат стоял позади Пружины — в театральной позе, растопырив руки в стороны.
— Теперь, когда главный обвиняемый прибыл, — произнёс Тиамат, — можем начинать суд.
Пружина тут же развернулся к нему, наставляя руки с дулами — они начали раскручиваться.
— Обвиняемый?! — усмехнулся Пружина и выпустил череду пуль. — Я твой палач!
Тиамат рванул в сторону, уворачиваясь от пуль. Перекатился, заскочил за станок и прижался к нему спиной. Пружина перестал стрелять.