Человек в маске взбежал к краю здания и остановился. Железные птицы выстроились вокруг, освещая его со всех сторон. Полицейские в бронежилетах вышли из технического лифта и наставили автоматы на вора.
— Стоять! — скомандовал полицейский, хватая вора в прицел. — Руки за голову. Живо!
Фигура повернулась. Закинула руки за голову.
— Теперь медленно подошёл! — скомандовал полицейский.
Человек в маске медленно шёл задом к краю крыши.
— Замри, кретин! Ты разобьёшься.
Фигура остановилась у самого края. Руки распахнулись в стороны. Две линзы-капельки смотрели на полицейских в упор.
— Я Тиамат! — произнесла фигура. — Запомните.
Сделал шаг назад. Фигура устремилась в пропасть, летя спиной вперёд, раскинув руки в стороны.
Толпа полицейских бросилась к краю. Прожекторы провожали его падение, и он исчез в темноте между зданиями.
Полиция прибыла на место падения. Но ничего не нашла. Только мусор, дымящиеся крышки канализационных люков и чёрный дракон-оригами.
Глава 1. Двойное зеркало
Понедельник.
Утренний свет проник в одну из обычных квартир Токио.
Однокомнатное помещение, чистое. У крайней стены — кухонная зона. Холодильник, плита, всё необходимое. У другой стены, возле просторного окна, расположился рабочий стол. Микросхемы, детали, отвёртки и ноутбук. Неподалёку от стола стояла односпальная кровать, на которой лежал парень.
Тау проснулся, сжимая в руке чёрную маску с двумя линзами-капельками.
Два часа сна. Приемлемо. Уже привык.
Он встал с кровати. Глаза — карие и отдохнувшие. Схватился за голову, сжимая чёрные волосы.
Проходя мимо стола, нажал на клавишу ноутбука. Заиграла Пятая симфония Бетховена. Вошёл в ванную. Включил холодный душ. Разделся и встал под воду. Ледяные струи хлестали по телу. Ритуал.
Закончив, приступил к чистке зубов. Но смотрел на себя словно на чужого.
Ненавижу зеркала. Особенно смотреть на это лицо. Я не урод, но это — не я. Глаза, волосы, внешность. Вся база, чтобы не выделяться среди серой массы. Лицемерие в чистом виде. Однако это моё убежище.
Закончив водные процедуры, он направился на кухню. Съел два варёных яйца, которые сварил заранее, и запил кипятком с лимоном.
Подошёл к шкафу у кровати. Открыл. Оделся. Серые брюки, белая рубашка, красный галстук, серый пиджак. С тумбочки надел очки.
Прошел к выходу. Схватил готовую сумку. Кинул на плечо. Присел на порог. Обулся и покинул квартиру.
Дошел до остановки. На ней уже стояли люди. Тау осмотрелся. Встал у края и достал телефон.
Мужчина в самом краю. Явно учитель. Костюм не дорогой, даже староват. На плечах — мятые складки. Наверняка полночи проверял работы. Веки приспущены, под глазами синяки. Рядом с ним молодой парень. С кем-то переписывается. На пальце кольцо — женат. Но пишет не жене. Слишком счастливое лицо. Друзья? Нет. Поджал губы. Любовница. Рядом со мной пожилая женщина. Руки трясутся, а на лице счастье. В такую рань едет к доктору. И наверняка после отправиться к внукам. И зачем мне это всё знать?
Автобус прибыл. Тау вошёл в него, следом — другие люди. Прошёл в самый конец. Сел у окна и снова уставился в телефон — открыл новости.
Сегодня ночью был ограблен музей героев. Двое охранников пострадали, сейчас их состояние стабильно. Вор украл плащ героини Эдит. По словам очевидцев, преступник намеренно вызвал сигнал тревоги. Полиция преследовала его по крышам зданий. Взобравшись на высотное здание, он был окружён полицией и спрыгнул с нее. Тело не нашли, плаща — тоже. Есть версия, что он скрылся. Держим вас в курсе событий. А теперь к другим новостям…
Плащ. Они так говорят, будто он ничего не значит. Это СМИ. Им надо освещать новости в доступной форме, но не вызывать панику среди населения. На самом деле всё куда глубже.
Автобус проехал две остановки и остановился возле института «Олимп».
Тау покинул транспорт. Поправил очки. Спокойным шагом направился ко входу через внутренний двор. Он осматривал каждого с ног до головы. Но их взглядов он не ловил. Для них он был серой мышью.
Опять с военными имплантами. Глаза-прицел. А у того кислотные пальцы. Носит специальные перчатки. Не контролирует способность. И это будущие герои. Смех да и только.
Пары не давали ему нового. Тау делал вид, что пишет, а сам читал в телефоне продвинутые статьи.
Когда профессор вызывал — отвечал коротко, сухо. Без подробностей. Если настаивали — не добавлял лишнего.