Тифф: Тебя это беспокоит?
Сильва: Отчасти.
Тифф: Значит, он тебе не безразличен.
Сильва: Возможно… Если он не зациклился на чём-то другом.
Тифф: Ну понятно. Спасибо, Сильва, хорошо пообщались, но я уже зеваю.
Сильва: Я тоже. И знаешь, надо почаще так делать.
Тифф: Я же говорила!
Сильва: Да-да, знаю.
Тифф: Скажи это!
Сильва: Ладно… Тифф — молодец.
Тифф: Даааа. Ну и Сильва тоже молодец.
Сильва: Ахахах. Ну, возможно.
Тифф: Не будь самокритичной.
Сильва: Не буду.
Тифф: Умничка. Тогда со спокойной душой желаю тебе сладких снов и чтобы приснились твои мишки.
Сильва: Не говори так, это смущает.
Тифф: Ой, не замарачивайся.
Сильва: Ладно, и тебе тогда сладких снов и чтобы тебе приснился Тау.
Тифф: Так нечестно!
Сильва: Честно-честно.
Усмехаясь, Сильва выключила телефон, поставила на зарядку и с улыбкой на лице прижала мишку к груди. Закрывая глаза, она погружалась в сон, забыв о всех переживаниях.
Глава 9: На волоске. Часть 1
Пятница
Над Токио висело серое утро. Город ещё не проснулся, но неон уже тускнел, уступая место бледному свету. В одном из окон старого квартала, за грязным стеклом, кто-то пошевелился.
Тау открыл глаза. Тело сразу напомнило о себе — бок отозвался глухой болью. Он сел, зашипел и посмотрел вниз. Синяки и ушибы.
Будешь знать, Тау, как приземляться на самолёты. Ладно, пройдёт. Нужно только обезболивающее.
Он встал с кровати и, прихрамывая, направился к кухонному шкафчику.
Звонок в домофон.
Тау остановился на полпути и развернулся к двери.
Кого это с утра пораньше принесло? Опять бабка? Вряд ли. Надо хотя бы футболку надеть, а то выгляжу как побитая собака.
Схватив футболку и накинув, надел очки. Подошёл к домофону, посмотрел на экран — там, с нахмуренным лицом и скрещёнными руками, стояла Стар. На ней была свободная серая футболка и спортивные шорты.
Он поморщился. Закатил глаза. Выдохнул. Натянул корявую улыбку. Открыл дверь.
— С добрым утром, Стар, — улыбаясь, промямлил он.
— С добрым, — хмуро ответила она и наклонила голову. — А ты чё такой довольный?
— Да так! — усмехнулся он, кривя лицо. — Хорошо время провёл вчера.
— Ага, вижу, — буркнула она, разглядывая его помятый вид. — Хоть бы шорты одел, а то твои трусы мне прям в глаза отсвечивают.
— Прости, — сказал он с кривой ухмылкой, почесывая затылок. — Я никого не ждал с утра.
— Если бы кто-то вчера забрал у меня домашку, — рыкнула она, глядя ему в глаза, — тебе бы и не пришлось никого ждать!
— Ах да, домашка, — отводя взгляд, протянул он. — Да как-то забыл. Могу прям щас сделать.
— Славно, я как раз её с собой принесла, — кинула она и шагнула вперёд.
Тау встал в проёме, загораживая вход.
— Эм… — замямлил он, приподнимая бровь. — Ты чего делаешь?
— А чё мне на пороге стоять, пока ты мою домашку делаешь? — возмутилась она, ставя руки на пояс.
— Да нет, — протянул он, поправляя очки, — но ты можешь подождать в своей квартире.
— А ещё я могу пойти в полицию и показать им видео, — буркнула она, скрещивая руки.
Вот же стерва. Я мысленно тебя 33 раза уже наказал. Как заход в мою квартиру связан с её домашкой? Не ищи логики, Тау. Её тут нет.
— У меня просто бардак, — промямлил Тау, бегая глазами. — Да и вообще, я извращенец. Мало ли зайдёшь — а я на тебя накинусь и изнасилую.
Стар выдавила хриплый смех, а за ним раздался пронзительный хохот. Тау поморщился, глядя, как она смеётся, и огляделся по сторонам, убеждаясь, что кроме них никого нет.
— Ты? — усмехнулась она, подавляя смешок. — Я больше поверю в то, что говорит Тиамат, нежели в то, что ты способен на изнасилование.
— Но ты знаешь меня всего ничего, откуда тебе…
— Хватит нудить, — перебивая, кинула она и, толкнув его, прошла за порог. — Дай пройду.
Стар остановилась посреди комнаты, медленно оглядываясь. Голые стены, разобранная кровать, стол, заваленный микросхемами и отвёртками. У стены — шкаф, у окна — кухонная зона. Всё просто, почти пусто. Но не грязно. Просто… минималистично.
— И это ты называешь бардаком? — удивилась она, поворачиваясь к нему через плечо.