Он приподнялся, помотал головой, прогоняя звон в ушах. Упёрся на одно колено — и поднял взгляд на будку. Она горела.
Мэнди. Её сраный почерк. Всё-таки сбежала из Тартара. Зараза, хорошо откинуло. Благо всё цело, но синяк останется. И всё же — что ей движет на сей раз?
Тиамат поднялся, помассировал шею, хрустнул ею — и рванул с крыши. Прыжок. Трос. Зацеп — и он уже летел между зданий.
Придётся использовать другое место. Мэнди хоть и гениальна, но даже ей не ведомы все мои…
Острая боль в спину.
Трос дёрнулся, его закрутило — он взмыл вверх, потерял контроль, сорвался и с глухим ударом рухнул на крышу.
Он приподнялся, упираясь в мокрый бетон. Из плеча торчала стрела.
— Блять! — выдавил он сквозь зубы.
Завёл руку за спину, нащупал древко и, стиснув челюсти, вытащил стрелу.
Отбросил ее. Поднялся — и укрылся за трубами. Рядом с ним в бетон вонзилась новая стрела — красный индикатор пульсировал.
Тиамат рванул из укрытия, прыгнул, прикрывая голову.
Взрыв.
Его осыпало осколками бетона. Он вскочил, не давая себе времени опомниться, рванул вперёд, оглядываясь через плечо.
Стрелы. Старомодный арсенал Ночного Глаза. Умеет создавать вещи из своего тела. Из-за шума дождя я не слышу свиста выстрелов и не могу предугадать, откуда она прилетит. Надо оторваться.
Тиамат резко ушёл в сторону — стрела просвистела мимо. Прыжок с края. Трос. Зацеп — и он уже над дорогой, ныряя между зданий. Отцеп. Раскинул руки и ноги, упёрся в стены, гася скорость.
Надо вычислить, откуда он стреляет. В такой позиции — только три направления: прямо, сверху, сзади. Но тогда я сам становлюсь мишенью.
Тиамат оглядывался, вжимаясь в стену. Капли дождя предательски заливали линзы, съедая обзор.
Он услышал слабый свист. Отцепился, падая. Стрела просвистела над головой. Трос. Зацеп. Взмыл. Отцеп. Развернулся в воздухе, достал белый шарик, кинул в сторону выстрела — вспышка, звон. Переворот. Трос. Зацеп. Залетел за здание. Пролетая дорогу, взмыл. Приземлился на нижнее здание, нырнул за воздуховод. Затаился.
Чёрт. Не знаю, получилось ли. Сейчас всё против меня. Я как мышь, которую гоняют по лабиринту. Только мышь в конце ждал сыр, а меня ждёт смерть. Пока не пойму, где он, я ничего не смогу сделать.
Тиамат услышал шаги по лужам на крыше — быстрые, нарастающие. Рванулся от трубы. Меч просвистел над его головой, разрезая трубу надвое. Тиамат перекатился, вскочил — напротив стоял Ночной глаз.
— Хорошие рефлексы, — подметил Ночной и медленно провёл мечом по воздуху. — Если бы ты был медленнее, остался бы без головы.
— Зря ты показался мне, — заявил Тиамат, вставая перед ним в боевую стойку. — Теперь ты мой.
— Уверен?
Удар.
Тиамата отшвырнуло в сторону, он ударился об стену пожарного выхода и свалился, упираясь на колени. Встал, схватился за голову, упёрся в стену. Посмотрел в сторону удара — там стояла Амазонка.
— И всё для меня? — усмехаясь, выдавил Тиамат. — Да вы мне льстите.
Амазонка завела щит. Она кинула щит — Тиамат отпрыгнул в сторону. Щит вонзился в стену. Тиамат перекатился и рванул. Амазонка побежала к щиту. Ночной глаз натянул стрелу. Выстрел. Тиамат сиганул вниз. Мимо. Трос. Зацеп. Полёт.
Новая стрела выстрелила прямо в трос. Тиамат сорвался, полетел вниз на стеклянную крышу. Пробил её собой и рухнул в бассейн. Кусочки осколков падали за ним. Вынырнул. Откашлялся. Поплыл к берегу. Схватился за край.
Его ногу схватила рука, рванула вниз, утаскивая на дно. Он трепыхался, пытался вынырнуть — но руки и ноги уже сомкнулись вокруг него. На мгновение обернулся — скалящаяся Пантера, с жабрами и дельфиньим хвостом.
Пантера? Это уже не совпадение. Не хватает кислорода. Ещё и мёртвая хватка. Не выбраться.
Обхваченный Пантерой, Тиамат дотянулся до пояса, нащупал первые попавшиеся шарики, сжал.
Взрыв — фиолетовый дым, пена, жижа. Всё исчезло в слепой зоне.
Хватка Пантеры ослабла. Он выдернул руку, навёл вверх — трос вылетел из воды, зацепился за потолок. Натяг, рывок — и он уже скользит вверх, выскальзывая из захвата. Долетел до потолка, прилип, закашлялся, выплёвывая воду.
В таком темпе я окажусь в гробу быстрее, чем произнесу ЮПГ. Они, сука, всё спланировали. Мэнди постаралась? Надо валить, пока ещё можно.
Из фиолетового пятна в бассейне, со всплеском, вынырнула Пантера, взлетела над водой и приземлилась на кафель. Её уши и хвост мгновенно стали кошачьими. Отряхнувшись, она подняла взгляд на Тиамата, прилипшего к потолку.