— Я могу всё! — бросил Пружина.
В его руке послышался свист — дуло заряжалось.
— Нет! — рявкнул Ночной, выхватывая меч и ударяя по руке Пружины.
Выстрел. Пуля прогремела в кафельную стену. Пантера рефлекторно убрала руки, прикрывая глаза от ошмётков бетона. Тиамат, пользуясь моментом, выхватил из пояса дымовой шарик и сжал в руке. Фиолетовый дым окутал их всех.
Снаружи барабанил дождь. Капли просачивались сквозь пробитый потолок, падая в бассейн — звук разносился по всему помещению.
Пружина, Амазонка и Ночной вышли из дыма и встали напротив, заводя оружие.
Дым осел. Перед ними стояла Пантера — Тиамат стоял вплотную за ней, обхватив её за шею, пальцы у её груди, и выглядывал из-за плеча.
— Дура! — рыкнул Пружина, пытаясь прицелиться в вора. — Уйди!
— Не могу, — возмутилась Пантера. — Мои руки парализованы, идиот!
— Отпусти её! — выкрикнула Амазонка.
— Ага, бегу и спотыкаюсь, — язвительно бросил он, выглядывая через её другое плечо.
— Тебе всё равно некуда бежать, — заявил Ночной, пытаясь прицелиться.
Тиамат резко перехватил шею Пантеры и выставил её вперёд, полностью укрывшись за её спиной.
— Не переживай. Я всегда нахожу лазейки, — бросил Тиамат.
Пантера не могла пошевелиться. Бегающими глазами она переводила взгляд с дула Пружины на стрелу Ночного, на меч Амазонки.
— Эй! Вы куда целитесь?! — шуганулась Пантера.
Пружина осмотрел Пантеру. Наклонил голову — увидел Тиамата.
— А знаешь, — улыбнулся Пружина, раскручивая дула на руке, — похер.
— Эй, перестань! — дёрнулась Пантера, не сводя глаз с раскручивающихся дул. — Остановите этого психа!
— Прекращай со своими шуточками! — возмутилась Амазонка, хмуро поглядывая на Пружину.
— Никаких шуток, сучка! — ухмыляясь, заявил Пружина. — Сейчас всё по-взрослому!
— У тебя совсем мозги не работают? — возмутился Ночной, приопуская стрелу. — Тиамат нужен живым!
— Я помню, глазочек! — усмехнулся Пружина, не прекращая крутить дуло. — Мы всего лишь поколечим его, ценой жизни нашей коллеги. Малая цена за поимку такого преступника.
— Ты… — возмутилась Амазонка.
— Он прав! — перебил Ночной, наставляя стрелу на Пантеру. — Тиамат — приоритет номер один. Остальное не важно.
Амазонка оскалилась, оглядела Пружину, перевела взгляд на Ночного, выдохнула и помотала головой.
— Прости, подруга, — выдавила Амазонка, наставляя меч на Пантеру.
Они что — серьёзно?
— Стойте, стойте! — крикнула Пантера дрожащим голосом. — Не надо!
Тиамат выхватил серые шарики и швырнул в Амазонку, Ночного и Пружину. Пена залила им лица, они схватились за головы. Отшвырнул Пантеру в них, сбивая с ног.
Вытянул руки. Два троса выстрелили в потолок — в разбитое окно. Натяг. Он влетел в проём, вылетел на крышу, кувыркнулся и приземлился на мокрый бетон. Дождь всё так же поливал город.
Рванул к краю, обегая прореху. Вытянул руку.
Стрела в ладонь.
Споткнувшись, остановился. Схватился за руку, ухватился за стрелу. Шипя, вынул её. Обернулся.
Из стеклянной дыры, бесшумно, как тень, шагнул Ночной — меч уже был в руке.
Тиамат встал в стойку, выставляя здоровую руку вперёд.
Быстро избавился от пены. Нельзя медлить. Надо его ослепить и валить… Что за… Руки немеют… Тело тяжелеет… Стрела… сука.
Мир поплыл. Ночной размывался, превращаясь в пятно. Тело горело изнутри.
— Сука! — выдавил Тиамат, метаясь из стороны в сторону. — Ты… отравил меня!
— Не переживай, — заявил Ночной, заводя меч. — Умереть ты не успеешь.
Он сиганул на Тиамата. Взмах — тот увернулся в миллиметре от острия. Ночной вывернул меч и провёл дугу обратно — клинок прошелся по телу, оставляя рваную горизонтальную рану. Тиамат пошатнулся и упал на колено, хватаясь за рану.
— Вот и всё, — заявил Ночной, убирая меч в ножны. — Не таким страшным ты оказался.
Дышать тяжело… В глазах всё плывёт… Ранен — проблема… Яд работает быстро… нужно противоядие… Чёрт… не чувствую ног. Руки налились свинцом. Я… Проиграл.
Тиамат отключился и рухнул в лужу. Капли дождя стекали по его линзам. Ночной наклонился к нему — из плеча выросли технологичные кандалы. Надел их на руки и ноги.
Пружина ворвался на крышу, увидел Ночного над Тиаматом — улыбнулся и пошёл к ним. Следом вышла Амазонка. Последней появилась Пантера, оскалившись на Пружину.
— Наконец-то! — усмехнулся Пружина, подходя к Ночному и наставляя дуло на Тиамата. — Прикончим его.
— Успокойся! — заявил Ночной, вставая и поворачиваясь к Пружине. — Наш план в силе. Мы не убьём его. Пока.