Я не ела и почти не пила несколько дней, жара и зной тоже давали о себе знать. Веки отяжелели, а в голове зашумело. Но дурманящий аромат свежего хлеба и мяса ягненка, что дымилось в горшочке, оказались сильнее меня. Схватив прибор, я набросилась на еду, как саранча, поглощая ее, почти не пережевывая.
И пока я жадно запихивала в себя все, что было на столе, капитан, больше ничего не говоря, отошел в сторону и, присев на кровать, взял в руки гитару. Белая рубаха и распахнутый ворот, татуировки и черные волоски на груди, щетина и вьющиеся непослушные пряди, спадающие на лоб...
Задумчиво наблюдая за мной, он несколько раз провел рукой по струнам, перебирая аккорды, после чего, не отводя своих светлых глаз, снова подошел к столу и сел напротив. К еде он не притронулся. Сделав всего несколько глотков вина, он просто пристально смотрел на меня, как будто бы выжидая.
И тут я заподозрила неладное...
Замерев, я выпустила из руки вилку, отодвинула горшок с жарким и, опустив глаза, пережевала последние кусочки пищи, что были у меня во рту. Проглотив еду, я часто заморгала, вперившись взглядом в стол и, прочистив горло, хрипло спросила:
- Что вам от меня нужно? - а после подняла взор на капитана и исподлобья посмотрела на него.
Джон дернул уголками губ, скрывая улыбку:
- Да есть тут одно дельце, мисс Кэтрин, - сказал он и улыбнулся шире.
Он снова поднялся на ноги, положил гитару обратно на кровать и подошел к столу, останавливаясь напротив. Склоняясь, капитан оперся руками о стол и произнес:
- Я тут недавно кое-что выяснил... - Джон говорил загадочно и специально растягивал слова, дразня меня.
- И что же?
- А вот что... - пират облизал губы и продолжил. - Что плыли вы с вашим почившим женихом в Порт-Роял и везли депешу, в которой значилось, что жених ваш должен был по прибытии вступить в должность вице-губернатора, - он сделал многозначительную паузу и выпрямился. - Но вот незадача, депеша и документы, подтверждающие личность вашего жениха надежно спрятаны в одном из тайников на галеоне вашего отца, и знаете о том, где они лежат, только вы, моя прелесть...
Я отвела глаза в сторону и спросила:
- Откуда вам это известно?
- О, - мужчина снова хитро улыбнулся и качнул головой. - Всему свое время. А сейчас ответьте мне, миледи, где документы? - он сделал несколько шагов в мою сторону, огибая стол, и опустился на одно колено возле меня, склонившись к моему уху так, что я кожей ощущала его горячее дыхание.
Он прошептал:
- Мне нужна депеша, Кэтрин, где документы? Где они? Говорите, моя прелесть, или будет хуже...
Я сидела в кресле, а он стоял на одном колене рядом со мной, и, когда новый табун мурашек пронесся по моей спине, кровь во мне закипела. Ярость, перемешанная с гневом, негодованием и возмущением, накрыла с головой:
- Да как... - я задохнулась, хватая губами воздух. - Да как вы смеете... - выплюнула я и замахнулась на него, что было сил, но он легко перехватил мое запястье, сильно сдавливая так, что кисть в миг покраснела. - Отпустите... - прохрипела я, застонав от боли.
Отшвырнув мою руку в сторону, капитан Эвери резко поднялся на ноги. Я потерла ноющее запястье, захныкав от болезненных ощущений, когда он сказал:
- Мне нужны эти документы, Кэт, и я еще раз спрашиваю, где они?
Я яростно уставилась на пирата, сверля его ненавидящим взглядом:
- Я вам ничего не скажу! - ядовито прошипела я.
- Вы хорошо подумали? - спокойно спросил Джон.
- Да! - с вызовом бросила ему я.
- Чудесно, - отозвался пират и, резко шагнув ко мне, схватил меня за предплечье и потащил за собой, прочь из каюты.
Через пару секунд, когда он выволок меня за свежий воздух, мы оказались на палубе. День близился к концу. Солнце стояло еще высоко, но скрывалось в туманном мареве. Томимые жаждой матросы работали вяло и хмуро. Влажный горячий воздух расслаблял людей. Легкий бриз наполнял паруса, но это дуновение было таким теплым, что и оно не освежало разгоряченных лиц и тел. Продолжая удерживать меня за плечи, Джон вдруг оглушительно свистнул, так что мои уши на миг заложило.
- Эй, мистер Гуд! - крикнул Эвери, обращаясь к боцману, который в тот миг орал на малолетнего юнгу.
- Да, капитан! - сразу отозвался тот, вскинув голову, подбегая и бесцеремонно оглядывая меня, стоящую рядом, с ног до головы.
А Джон в свою очередь, похабно улыбнувшись, сильно сжал мои плечи, впиваясь в них пальцами, так что я охнула, и проговорил:
- Она тебе нравится? - он держал меня перед собой, и когда говорил это, положил подбородок мне голову, еще сильнее сдавливая мои плечи.