- Да... - глухо выдавила я в ответ.
В глубине души я осознавала, понимая его мотивы, что он пойдет на сделку, у него не было выхода, ведь про бумаги знала только я. Только я могла указать на их местонахождение, и тот тайник, где они были спрятаны. Больше никто не мог дать ему эту информацию, и я понимала, если он убьет меня, не получит ничего, что было им так желанно.
– Каковы ваши требования, мисс Персиваль? – ровным тоном осведомился пират.
- Вы гарантируете жизнь моему отцу...
- Это я уже слышал, миледи, что-нибудь еще? - спокойно переспросил капитан.
- Вы не тронете Хелен, она предана мне, она верно служит мне много лет, я обязана ей жизнью...
- Вот как? - вскинул брови Джон, и я твердо и уверенно кивнула.
Он дернул уголками губ, стараясь скрыть усмешку, и произнес:
- Согласен, даю слово джентльмена, так и будет.
Словно манна небесная снизошла на меня... Я вдруг физически ощутила, что на мои глаза навернулись слезы. Не понимая, почему я снова плачу, я заломила руки, не ведая, что творю:
- Почему я не верю вам, Джон? - хныча, спросила я, пытаясь утирать непроизвольно текущие по щекам слезы. - Какая гарантия, что показав вам тайник, я не лишусь самого дорогого? Вам ведь нельзя верить...
- Нет уж, вы поверите, – скрежеща зубами, яростно прошипел Эвери. – Придется поверить, мой ангел. Или вы забыли, с кем имеете дело? Нет документов, нет сделки. И тогда ваш отец и служанка будут долго страдать... и я еще подумаю, кто из них умрет последним!
- Умоляю... - простонала я, но мужчина прервал меня, взмахнув рукой:
- Теряем время, миледи.
И эти слова вмиг остудили меня, мой разум и мой пыл. Я поджала губы:
- Хорошо, идемте, - вытерев слезы, сказала я.
Мы спустились на нижнюю палубу, туда, куда вела его я. Через кают-кампанию, к личным спальням офицерского состава. Он шел за мной, доверяя. И я не удержалась:
- А если я убью вас, капитан? - ехидно выдала я, исподтишка оборачиваясь. - А если в моем тайнике пистолет?
Едва сморгнув, Эвери еле заметно улыбнулся, чуть дрогнув губами:
- Значит, так суждено, мой ангел, умереть мне от вашей руки.
Я шумно выдохнула от этих слов. Не знаю, почему он так действовал на меня своими словами и суждениями, но они заставляли меня терять самоконтроль. Меня бросало и в жар, и в холод, и я не могла более говорить с ним.
Подхватывая юбки черного подола того самого платья, что подарил мне Джон, я вела его к тайнику. Когда мы вошли в одну из кают, я на миг замерла. Огляделась, после чего подошла к стене. Нажав на несколько едва заметных рычажков, я смогла открыть доступ к маленькому ящику-тайничку, что был открыт благодаря моим манипуляциям. Взяв кожаную папку с бумагами, я протянула ее Джону, который приняв ее из моих рук, тут же развернул на столе.
Несколько минут он изучал документы, после чего торжествующе улыбнулся:
- Депеша, документы подтверждающие личность, бумаги на землю и дом, и даже личная печать, - он глянул на меня и хитро прищурился. - Как жаль, что внешне мы так не похожи... - он заговорщически подмигнул мне и улыбнулся, облизывая губы. - А вам жаль, мой ангел?
И тут, кажется, до меня стало доходить... Я побелела... Еле шевеля языком, я пробубнила:
- Что вы задумали, мерзавец?
- Тише... - прохрипел Эвери, меняясь в лице и прикладывая палец к губам. - Неужели, вы смеете так называть вашего жениха?
- Ах вы... Ах вы... - я задохнулась, трясясь от негодования. - Вы... Вы...
- Мистер Джошуа Мэйуезер к вашим услугам, моя прелесть, - едва сдерживая смех, снова наигранно и картинно раскланялся передо мной Джон, расшаркиваясь. - Когда "Бернадетт" приведут в порядок, мы с вами, Кэт, вашим отцом и служанкой отправимся на Ямайку, где ваш жених, как и положено, вступит в законную должность вице-губернатора, на что у мистера Мэйуезера на руках будет соответствующая депеша, личная печать и все необходимые документы, а невеста и будущий свекр подтвердят его личность своим присутствием...
- Вы... какой же вы... - я не находила слов, от негодования я долго не могла подобрать правильных выражений, после чего, горделиво фыркнув, расправила плечи. - Я не собираюсь притворяться и вам помогать...
- Помните об уговоре, Кэтрин, должок, - с явным намеком на наш недавний разговор, хитро улыбаясь, парировав, покачал головой Джон.
- Ложь рано или поздно будет раскрыта... И вас вздернут на первом же суку! - как змея, кипящая от ярости, прохрипела я, угрожающе делая шаг к нему, но мужчина не двинулся с места:
- Это неважно, рано это будет или поздно... Мы живем здесь и сейчас, в данную минуту, мой ангел, а что будет потом, одному дьяволу известно...