- "Бернадетт"... - пробормотала я, часто моргая и продолжая держаться за штурвал вместе с ним, чтобы меня вновь не откинуло в сторону. Я повторила, истерично глядя на молодого пирата. - "Бернадетт"... это все, что у меня осталось от моего прошлого! - взмолилась я. - Прошу вас, спасите ее! Спасите ее тоже! - но Джон, сильно стиснув челюсти, больше не смотрел на меня, он глядел ровно вперед, в самую глотку урагана.
Забившись куда-то в сторону и судорожно прижимая к себе тяжелую промокшую накидку, я пыталась не обращать внимания на волны, захлестывавшие корабль. Я молчала, с развевающимися волосами, с обезумевшими и горящими от страха глазами, я не могла отвести взгляда от капитана. Его сильные руки, перекатывающиеся под медной кожей мышцы, кудри, с которых потоками лилась вода...
- Уйдите прочь! - процедил он вдруг, свирепо прохрипев, и скомандовал. - Мистер Белл, уведите ее!
- Да, капитан! - тут же бросился ко мне помощник.
Сквозь шум волн и завывания ветра, когда квартермейстер тащил меня за собой в сторону кают-кампании, то и дело я слышала прорезывающийся голос Джона Эвери:
- Запасной парус на фок-мачту!.. На ветер кливера*!.. Готовься к повороту!..
Стихия свирепствовала. Однако «Бернадетт» оказалась куда более стойкой, чем я ожидала и не сдавалась. Запасной парус был натянут на фок-мачте, кливера развернуты на бушприте, и корабль стремительно несся по воде.
Время от времени волны круто кренили его, но Джон грудью налегал на штурвал и выпрямлял корабль, направляя его в нужную сторону.
Меня вновь втолкнули в кают-кампанию:
- Кэти! - рыдая, ко мне бросился отец, перехватывая меня, промокшую и измученную из рук помощника капитана. Все это время он видел, что происходило на палубе. - Я думал, что потерял тебя, Кэти... - он прижал мою голову к своей груди и долго не отпускал, пока буря бушевала за кормой, а меня колотила нервная лихорадка.
К счастью, ураган, достигнув наибольшей силы, стал понемногу стихать. Тучи понемногу стали рассеиваться, выглянули первые утренние звезды, и ветер умерил свою былую ярость. Всю ночь наш корабль отчаянно боролся с наседавшей на него стихией, и вот, наконец, море, будто само устав, дало нам поблажку.
Полностью промокший, Джон Эвери едва стоял на ногах от усталости. К утру, когда лишь пенные барашки теребили водную гладь, он передал Моргану штурвал, понимая, что опасность миновала.
Я, забывшись беспокойным сном, сквозь дрему слышала их перекличку. И лишь после, как качка совсем прекратилась, я смогла спокойно и крепко уснуть.
***
Два дня спустя, когда море наконец полностью успокоилось, "Бернадетт", подгоняемая благоприятным теплым ветром, оказалась вблизи берегов Ямайки, взяв, наконец, прямой курс на Порт-Роял.
Глава 9. Прибытие в Порт-Роял.
Раннее утро уже занялось на востоке полупрозрачным дымчато-розовым маревом. Открыв глаза, я резко села на постели и, к своему удивлению обнаружила, что отец и Хелен уже не спят.
- Доброе утро, мисс Кэтрин, - ласково произнесла гувернантка, когда я, часто моргая спросонья, осмотрелась вокруг. - Как вам спалось?
- Спасибо, хорошо... - ответила я, зевнув, и поглядела на отца, сидящего неподалеку.
Он не говорил со мной, а лишь задумчиво и печально вздыхал, смотря куда-то вверх, в маленькое оконце, что пропускало в каюту бледноватый утренний свет.
На палубе уже вовсю кипела работа, слышался стук топоров, окрики офицеров, топот ног и гомон голосов, перекликающихся между собой. А я спала так крепко, что успела забыть, какой шум и гвалт стоит здесь в самый разгар дня.
Море за бортом было спокойным, на небе ни облачка, и "Бернадетт" явно замедлила свой ход, плавно двигаясь вперед, нежно подгоняемая слабым попутным ветерком.
Встав на ноги, я потянулась и, одернув сорочку, медленно подошла к оконцу, заглядывая в него: корабль вошел во внутренние воды, и вдалеке, маяча призрачными очертаниями, мелькал далекий берег.
- Ямайка!.. - радостно воскликнула я, всплеснув руками и оборачиваясь к отцу. Сердце заколотилось сильнее.
- Да, - грустно отозвался пожилой мужчина и как-то обреченно и невесело улыбнулся, опуская глаза.
- Сколько нам еще плыть? - тут же спросила я, взволнованно озираясь по сторонам.
Мои глаза полыхали надеждой, а дыхание сбилось от переполняющих меня эмоций. Скоро... Совсем скоро...
- Около пары миль, дорогая...
- Я хочу выйти на палубу! - возбужденно всплеснув руками, произнесла я и требовательно приказала. - Мне нужно одеться! Хелен, помоги мне!
Отец снова тяжело вздохнул, лишь качая головой, - он уже понял, что возражать мне бесполезно. Лицо Хелен тоже выражало некоторое сомнение, но и она не стала мне противоречить.