Не успел я закончить, как в дверь тихо постучали, на наш зов вошла служанка и сообщила, что ужин готов и все ждут внизу.
В нашей полной компании мы спустились на ужин. Место, которое раньше занимал я по статусу, занимает теперь Мира, а я от неё по правую руку. Возле меня сидела Весперия. За столом чувствовалось напряжение. Мира выглядела особенно задумчивой и почти не ела, гоняя вилкой овощи по тарелке. И изредка поднимая на меня многозначительные взгляды. Каин и Христофор были погружены в свои мысли, скорее всего о воришке и пропавших часах. Интересно, как давно они пропали.
Корнелиус лишь несколько раз пытался поднять тему для разговора, а Майя его поддерживала, но кроме них говорить никому и не хотелось. Одджит и вовсе отсутствовала за столом.
Мира долго не стала мучить свой ужин и, сославшись на дурное самочувствие, пошла в свои покои. Мы тоже долго сидеть не стали, и потихоньку все начали расходиться. Ева с Весперией пошли на следующие уроки. Каин с Христофором отправились по своим делам, я же остался с Корнелиусом и его младшим сыном Адольфом.
Расположившись в соседней гостиной на креслах у окна, мы стали лениво наблюдать за уходящим вечером и алым закатом. Нам подали вино и закуски.
— Что-то сегодня сыновья мои старшие сильно активны. — Вслух начал рассуждать Корнелиус, как бы ища повод для беседы со мной.
— Не удивительно: в вашем доме принцесса и защитник империи, к тому же ещё принц в пути. — Ответил я на его рассуждения. Если братья не стали говорить отцу про вора, то и мне не стоит. — Вот, ходят, суетятся, чтобы всё было в порядке.
— Да, — глубоко вздохнул Корнелиус, — Каин у меня молодец. Хороший хозяин и дом преобразил, и графство поднял.
— Думаю, у Христофора тоже немало заслуг. — от чего-то мне стало жалко паладина, и я заступился за него.
Корнелиус лишь махнул рукой.
— Он другой, его интересуют другие вещи. В семье не без урода, как говорится.
— Интересно, кто же вашей семье-то урод? — теперь я принципиально стану защищать братьев Хамбл.
Корнелиус взглянул на меня с удивлением. Словно не понимая, о чём идёт речь.
— Каин отлично справляется со своими обязанностями, как и Христофор. Прошу заметить, он сам дослужился до капитана, в его-то годах, и стал хранителем принцессы. Вы же, как заботливый отец, лишь оплатили его обучение. Остальное дело его рук и трудов. Да, ему не хватает опыта и твёрдости руки, но какие его годы.
Я пристально смотрел в глаза Корнелиуса. Мне было интересно что он скажет на это.
— Да, Христофор решил посветить себя службе, а не семье.
Горесть? Можно подумать Христофору дали выбор.
Приподнявшись в кресле и облачившись на бок в сторону отца братьев, я, не отрывая глаз, смотрел на него. Наверное, в отражении его глаз я хотел бы увидеть порочную душу, но увидел лишь усталость.
— Я посвятил себя службе. Ты посветил себя семье. — я нагло начал вести разговор. — Я — первый и самый богатый герцог, проживший триста с хвостиком лет, в моих владениях целое королевство, уважение народа. Я — первый герой. Ты — просто разбогатевший купец, и то твоей заслуги тут нет, спасибо деду. Ты лишь хитро убрал двух братьев и обманом взял себе в жёны графиню Йентель. — я наблюдал за его реакцией, Корнелиус побледнел, а лицо его вытянулось. — Но графом ты так и не стал — твой сын оказался умнее. — взяв бокал, я торжественно вернулся в исходную позу.
Я вальяжно развалился, но всё не сводил глаз с поражённого таким откровением Корнелиуса.
— А теперь задумайся. Император не назначил преемника, все рассчитывают на старшего принца Клауса, а если трон займёт Мира? Рядом с ней всегда, как её тень, Христофор, думаешь, он не пойдёт дальше? За верную службу она ему воздаст. Может, к своим тридцати он тоже станет бароном, а может, и маркизом через пару годов. Кто знает…
— Что ж, пусть ваши речи услышит Боги Удачи! — Корнелиус поднял бокал в тосте и залпом его выпил. — Я бы хотел, чтобы и Христофор хоть чего-то смог добиться.
Я чуть ли не поперхнулся. Неужто все мои доводы прошли мимо ушей Корнелиуса?
— Всё, что я тебе только что говорил, для тебя какая-то шутка что ли? — Приподнялся я.
— Нет, это лишь слова. Принцесса скоро выйдет замуж и уедет очень далеко от столицы, а Христофор вернётся домой. — надменно сказал Корнелиус.
— А вот тут вы не угадали! — раздался голос Миры позади нас. — Я не собираюсь покидать столицу, дорогой Корнелиус.
Корнелиус тут же подскочил и поклонился принцессе, мне тоже нужно было бы по-хорошему поклониться Мире, но я обошёлся лишь глубоким кивком с места. Принцесса прошла и присела на свободное кресло. Адольф же покинул гостиную по немому приказу отца.