— А куда ушла Аврора? Неужто с малышами спать? — заметил отсутствие юной ведьмы принц. — Христофор, ты в курсе?
— Сказала, что скоро вернётся. Наверное, за новой шалью пошла, она, вроде как, мерзлявая. Может, заблудилась в саду? — Христофор уже поднялся на поиски Авроры. — Не составите мне компанию, принц? — неожиданно позвал его паладин.
Калеб молча поднялся из-за стола и пошёл в сторону той тропы, по которой ушла Аврора. Христофор же выждал немного времени и пошёл следом. Поначалу я решил, что это его привычка идти в несколько шагов поодаль от имперской особы. Но то, что вытворил Христофор, повергло в шок всех, даже меня и Каина.
Паладин выждал время и, отдалившись на достаточное расстояние от беседки, одним резким движением заключил принца в огненный круг, не давая возможности выбраться оттуда и на корню пресекая все его попытки. Христофор не испугался даже его гневных угроз. Мы же всей толпой выскочили из беседки, дабы остановить Христофора. И что только на него нашло?
Калеб исходился кашлем и задыхался в дыму, Христофор же сужал круг огня, делая стену пламени всё толще и толще. Принцесса Мира уже не то, что ругалась, а кричала и бранила паладина, но тот её не слушал. В принципе никого не слушал, ни брата с сёстрами, ни принцессу с принцем. Ахерон вёл себя чрезмерно спокойно. Мира, не стерпев издевательств над братом, кинулась на его защиту, но Ахерон лишь одной рукой прижал хрупкую девушку к своему мощному телу, не давая той даже лишний раз пошевелиться.
— Не мешайте ему, иначе останемся и без паладина, и без принца. — прогудел бас демона.
Все с недоумением смотрели на него, но демон больше ничего не говорил. Христофор же продолжал мучить принца в огненном кольце. Калеб перешёл на внушительные угрозы и уже не стеснялся в выражениях. Христофор стоял спиной к нам, и я не видел выражения его лица. Но стоял он уверенно, все его движения были точны. Калеб смолк и буквально в этот же миг начал вопить нечеловеческим голосом, что-то писклявое и в тоже время басистое, словно два, а то и больше голосов смешались в нем. Словно из ниоткуда выскочила Аврора и кинула в огонь нечто, отчего тот заиграл разными цветами, но вскоре стал прежним.
— Туши! — приказала ведьма паладину.
Аврора стояла с травами в руках, прикрывая лицо от жаркого пламени, на ней уже не было вечернего платья, она снова вырядилась так же, как и утром, только поверх накинула незнакомую мне куртку. По команде Авроры огонь тут же погас, оставляя за собой лишь след из золы. Калеб стоял на четвереньках и извергал что-то мерзкое и склизкое. Несоизмеримое по человеческому желудку. Мерзкие противные звуки, издаваемые принцем, будоражили, и моё нутро просилось наружу, но я упорно сдерживал позыв. Мира сдержаться не смогла. Её стало жутко рвать, демон лишь поддерживал её с невозмутимым лицом. Майя от увиденного и вовсе лишилась чувств, благо Каин был рядом и успел подхватить сестру. На лице Адель отражалось полное непонимание происходящего. Оно и к лучшему, что она сейчас не видит.
Аврора подошла к паладину и что-то закрепила за ухом у него. После осторожно, словно кошка на охоте, стала подходить к страдающему в жутком позыве принца. Он по-прежнему что-то извергал из себя, и оно было цельное и живое… От этого осознания мне стало ещё хуже.
Каина вовсе перекосило, и он отвернулся. Миру от этого зрелища закрыл собой Ахерон, но сам смотрел, не отрываясь. Как всё это терпел Христофор для меня было загадкой.
Через какое-то время всё было закончено. Нечто живое едва ползало по земле, толстое, как упитанный кот, внешне больше напоминало короткого дождевого червя с его мерзкими склизкими кольцами. И в длину было как собака норной породы — на коротких лапах с длинными ушами. Вот только создание имело лазурный цвет и изнутри подсвечивалось, словно солнцем, и в позднем вечернем полумраке светилось как фонарь своим полупрозрачным телом. Тварь издавала непонятные жалостливые звуки. Как такое толстое и огромное существо могло быть в человеке? От одной лишь мысли становилось дурно.
Калеб судорожно дышал, Аврора окропила дрянь непонятным порошком, та лишь мерзко запищала и свернулась колечком. Христофор оттащил измученного принца из круга пепла на траву и дал тому продышаться. Ведьма, понаблюдав за существом с любопытством, всё же отстранилась от него и пошла к паладину. Присев на корточки рядом с принцем, она схватила Христофора за кисть руки.