— Боже, принцесса Мира, что с вашим нарядом? — запоздало заметил герцог. — Вам немедленно требуется новый!
Грей Третий окликнул служанок, и они увели принцессу в покои, чтобы привести её в порядок. Сам же герцог перевёл взгляд на меня и скептически смотрел на мои боевые латы, будто сомневаясь в их надежности.
— Думаю, вам тоже стоит снять тяжёлые латы и к ужину надеть что-то полегче и поудобнее. — проговорил он, держа свою левую руку на подбородке.
Герцог выглядел для меня чудно. У него было непонятное одеяние, но смотрелось оно очень красиво. Рубашка цвета жемчужины, штаны из неизвестной мне ткани, в тон штанам кофта, застёгнутая лишь на одну пуговицу, с очень большим вырезом и рядом воротников, что спускались до самих пуговиц. На груди карман, а в нём платок в тон рубашке, красиво и изящно сложенный. Анна была одета в платье с достаточно глубоким декольте и корсетом. Множество юбок торчали из-под полы, само платье было обрамлено нежными кружевами. Наряд был интересного цвета, походящего на персиковый, хотя я не мог сказать точно.
— Отец, позволь мне проводить многоуважаемого гостя в покои, — не отрывая взгляда от меня, говорила Анна.
Герцог кивнул, не отвлекаясь от своих раздумий. Анна, радостно схватив меня за руку, потащила куда-то по лестнице вверх. Я едва успевал за её легкой летящей походкой. Она что-то воодушевленно щебетала о засухе, о том, как им не хватало дождя. Мы быстро добрались с ней до покоев. Пока мы чуть ли не бегом шли, я успел осмотреть замок. Многое в нём изменилось, и если раньше эти стены для меня были почти родными, то теперь они мне были чужды.
Зайдя в покои, которые для меня выбрала Анна, я увидел в первую очередь большую кровать с резным изголовьем, множеством разных мягких подушек и тёплым одеялом. Смотря на неё, я стал осознавать свою усталость.
— Смотрите, здесь есть ванная комната, а также гардеробная. Но скорее всего, нарядов у вас с собой нет, поэтому мы что-нибудь вам подберём. Служанки наберут вам горячей воды с пеной. Вы сможете расслабиться и отдохнуть к ужину, — Анна говорила это, не отрывая своего взора от меня, словно пыталась счесть мои мысли. — Если вам что-то понадобится, что угодно, я буду рядом. Мои покои напротив, — улыбнулась она.
Анна напоминала мне лисицу. Хитрая и расчетливая, умеющая себя правильно преподнести.
— Спасибо. — проговорил я, натягивая на свое лицо самую обворожительную улыбку, что была в моем арсенале. — Ванная мне сейчас действительно не помешает. Только меня мучает вопрос… — и этот вопрос меня действительно волновал. Так же, как и чувство сильного голода. И как нельзя некстати об этом решил заявить и мой желудок. Он громко заурчал, ставя меня в неловкое положение перед девушкой. — Пена — это разновидность ароматических масел? — произнес я, будто не замечая воя диких зверей у меня внутри.
— Нет, вы увидите, что такое пена. И, думаю, вам понравится, — хихикнула Анна. — Я распоряжусь, чтобы вам принесли, что-нибудь перекусить и выпить, — она придвигалась всё ближе и ближе ко мне, словно зверь, крадущийся к добыче. — И всё-таки напомню вам, мой дорогой герой, вы можете просить меня, о чем угодно, — её лицо уже не было таким невинным, в глазах горели маленькие задорные искры.
Она резко от меня отошла и направилась в сторону дверей, оставляя меня как бы в легком недоумении, но я понял её намеки. Что ж, если утолять голод, то полностью! Мысли об этом придали мне сил, как и представление о гибком, молодом теле. Интересно, измелилось ли что то в девушках и их умениях за триста лет?
Вскоре после ухода герцогини зашли служанки. Быстрым ворохом они пронеслись по комнате, я глазом не успел моргнуть, как с меня сняли мои латы и забрали их на чистку. Я даже не видел, как они таскали вёдра с водой. В ванной комнате я слышал, как будто бы журчание ручейка. Девушки зажгли причудливые лампы, которые висели на стенах, стояли на полу на высоких, длинных ножках, а также роскошным дорогим стеклом светили с потолка. Меня изумило то, что в них не было ни единой свечи, они горели сами по себе. Да так ярко, что в комнате стало светло, как при самом ясном дне.
Зайдя в помещение, уложенное цветной плиткой, я заметил, как в саму ванну из железной трубы стекала вода. На поверхности плавала, по-видимому, та самая пена, о которой говорила мне Анна. Пена была похожа на ту, что получалась, когда из бочек разливали медовуху или эль, только пахла она чем-то цветочным.