Как же сильно болят плечи и спина. Мягкая и уютная кровать, с тяжелым одеялом и множеством всяких подушек, для меня казались пределом мечтаний на данный момент. Даже когда я проснулся, мне не хотелось с неё вставать. Пролежав ещё несколько часов вот так, в полумраке, я всё же встал.
Лениво побродив по номеру, я собрался и пошёл гулять по городу. Я искал определённое заведение. К сожалению, в центре города такие заведения не располагались, а лишь на его темных окраинах. Трогать Ахерона я не стал и отправился бродить пешком. Рынок уже закрывался, как и все другие приличные заведения. К счастью, то заведение, которое я выбрал, работало, как и днем, так и ночью.
Единственная проблема — я не знал, где оно находилось. Улица была почти пуста, лишь несколько женщин шли по ней, и спросить было не у кого. Завернув за угол, я увидел мальчика с подносом на перевес. Сейчас в городах много таких мальчиков бегало. Они продавали газеты, пирожки, напитки — да практически всё, что могло уместиться на их подносе. Этот мальчик мне и нужен был. Как правило, находясь целыми днями в обществе, они знали всё про всех в городе.
— Малец! — громко окликнул я мальчишку.
Тот развернулся и быстрым шагом направился ко мне.
— Да, господин! — голос его был бодр.
Я смотрел на его широкую детскую улыбку, на лицо и в целом на внешний вид. Зубы у него были либо сломаны, либо и вовсе отсутствовали. Волосы растрёпанные. Смотря в его невинные глаза, казалось, видишь чистую, кристальную душу. Одежда его была немного потрёпана, а на шее были красные следы от верёвки, что поддерживала поднос, на котором осталась лишь пара одиноких булочек.
— Малец, — позвал я ещё раз, играя на виду у него монеткой в руках. — Скажи, а есть в вашем городе заведения, куда ходят только взрослые?
— Господин, таких заведений у нас много, — не сводя жадный взгляд с монеты, сказал мальчишка.
— Но мне-то нужно лишь одно, — пояснил я, продолжая крутить червонец в руках.
— Вам нужен какой-то магазин? Так они уже почти все закрыты, — прикидываясь дурачком, тянул мальчик.
— Нет, мне нужно то заведение куда ходят взрослые мужчины, — сказал я, слегка нагнувшись к нему.
— В паб или таверну? — будто бы удивленно проговорил сорванец.
— Да-а-а, — протянул я.
— Я не знаю, где они находятся, — пожал безразлично плечами мальчишка.
Глубоко вздохнув, я выпрямился и полез в кошелек, поменял номинал монеты на больший и снова начал играть ею в руках.
— Точно не знаешь? — в тон его наигранности спросил я.
— Ой, я, кажется, вспомнил! Сегодня двое господинов обсуждали одно местечко, — будто бы удивившись своей памяти, воскликнул мальчик.
— И? — моё терпение подходило к концу.
— На соседней улице, ближе к садам, есть таверна, туда часто ходят взрослые дяди, чтобы отдохнуть и выпить. Там есть даже комнаты для сна, — весело проговорил мальчик.
— Далеко пойдешь, — проговорил я и подкинул ему монетку.
Я развернулся на пятках и пошёл туда, куда меня направил мальчишка.
— Спасибо, добрый господин! — крикнул он мне в след.
Пройдя ещё улицу, я всё-таки наткнулся на таверну. Выглядела она немного мрачновато: старое здание из бревен, с большой деревянной вывеской, а внутри горел свет и весело играла музыка, слышался громкий смех и различные ругательства. Около самой таверны тоже были люди, кто-то о чём-то беседовал, кто-то выяснял отношения, иные и вовсе ласкали дам за углом. Это место определённо мне нравилось.
Внутри же таверны всё было достаточно чисто, насколько это возможно для такого рода заведения; небольшая сценка, где играли музыканты различные веселые мелодии; посередине круглые столики со стульями, а ближе к стенам — квадратные или прямоугольные с небольшими диванами; небольшая барная стойка, где несколько барменов обслуживали людей; лестница на второй этаж, где скорее всего располагались те самые комнаты. Народу было много. Все пили и веселись. Юные девки сидели у мужчин на коленках, оголяя плечи, и весело заигрывали с ними, строя из себя невинных. Иные и вовсе не стеснялись, откровенно вели себя и оголяли самые интересные места, давая себя целовать и трогать всюду.