— Как вам удобно будет, хотите без формальностей — пусть будет так. — она подняла голову. — Не могли бы вы подать мне воды?
Я тут же исполнил её просьбу и налил в стакан прохладной воды. Но когда я протянул ей стакан, она его не взяла. Она лишь подняла руку перед собой с ладонью, готовая принять стакан. Голова её поднялась ещё выше. И вот волосы больше не прикрывают лицо.
— Адель, твоя вода. — такое её поведение омрачило мое очарование.
Она повернулась ко мне, и я смог разглядеть её глаза. Нет, они не были голубыми, они в принципе не имели цвета! Пустые белые зрачки. Слепая…
Внутри что-то оборвалось. Я тут же в её руку подал ей стакан, она с благодарностью приняла его.
Вот почему она сидела в полумраке и наткнулась на меня. Вот для чего ей тросточка. Наверное, она специально попросила этот несчастный стакан воды, ведь даже пить она из него не стала. Думает, что напугала меня? Ну уж нет, я от своего не отступлюсь. Теперь, зная о её недуге, хочется оберегать её ещё сильнее. Но всё же — почему я её не видел в течение дня, неужели её и вправду прятали от меня?
Адель сидела и молчала, ждала моей реакции.
— Моя миледи расскажет о себе? — даже голос не дрогнул.
— К сожалению, мне нечего рассказывать. Я не путешествую по стране, моя жизнь не бурлит приключениями. Встреча с вами для меня уже авантюра, — усмехнулась девушка, — обычно я вяжу, слушаю рассказы Каина или он мне читает письма об удивительных приключениях Христофора, порой мне кажется, что братья многое выдумывают. Я не верила почти до последнего о том, что великий герой скинул свои оковы и спустился в наш мир. Пока не услышала первую грозу. Может, всё-таки доля правды и есть в словах моих братьев?
— Испугались грозы? — я наблюдал за ней, за её мимикой, за тем, как она крутит в руках бокал с водой.
— Очень. Я подумала, что началась война, и это палят пушки. Но то был благоверный дождь. В доме все так обрадовались, хоть и перепугались. Сегодня утром тоже была гроза, таких сильных нам ещё не доводилось видеть, говорят, ливень был весь день. Люцифер, можно вопрос, как единственному вкладке молний?
— Конечно, — тон ее меня напугал: она так серьёзно стало говорить. — В чём же вопрос?
Я налил себе немного вина. На низком столе возле дивана стояли разные напитки, что принесли служанки. Горячий чай, вино, вода, сливки к ним, различные угощения.
— Как она выглядит? — воодушевлённо проговорила Адель.
— Кто? — искренни удивился я.
— Молния, — она прочти прошептала это слово, будто оно было заколдовано.
Каким образом объяснить слепой, как выглядит молния? Меня впервые в жизни одним простым вопросом поставили в такой тупик, из которого я не видел выхода. Я начал судорожно соображать, как же объяснить Адель… В голову ничего не лезло, пока я не вспомнил утренний трюк Весперии.
Собрав на ладошке немного магической силы и распределив её от основания ладони до кончиков пальцев, я провёл ею над головой Адель, не касаясь самой девушки. Волосы ее поднялись и заискрились, издавая методичное потрескивание.
— Вот так, — ответил я, наблюдая, как Адель потянулась к своим волосам рукой и как меняется её выражение лица.
Улыбка девушки просто очаровывала. Адель засмеялась, пытаясь уложить свои волосы.
— У тебя постоянно так? — не переставая смеяться, спросила она.
Я лишь аккуратно взял её за руку и провёл ею по своим коротким волосам.
— Это многое объясняет, — смех её не умолкал. Я и сам не мог сдерживать улыбки. — Зато, наверное, это забавно выглядит. Такой ёжик в волосах из молний.
— Да. — засмеялся я в ответ, — Приходится следить за длиною, как Христофор или Каин не могу себе позволить. Но лысым или колючим быть тоже не хочу.
Адель лишь заливалась смехом всё громче, старательно прикрывая рот рукой.
— Кстати о ежах, моя дочь недавно обучала меня их языку. — я смотрел на неё с выжиданием.
— Правда? И как же звучит язык ежей? — она перестала смеяться и повернулась ко мне лицом, ожидая услышать звучание ежей.
Я лишь нагнулся к ее уху и фыркал, как Весперия мне однажды. Когда я вернулся в своё исходное положение, Адель залилась румянцем и слегка опустила голову. Опять я её засмущал. Но Великие Боги, какая же она милая, когда смущается!
— И что же это значит? — голос её дрожал, она невольно дотронулась рукой до своего уха.
— Если не ошибаюсь, это что-то вроде «не переживай, теперь всё будет хорошо».