очень интересным делом? Я отвечу за вас и очень надеюсь, что вы со мной
согласитесь: ничего! Мы травили байки и анекдоты, рассказывали интересные
истории из своей и чужой жизни. И вот, после разговоров о рыбе, снастях и
рыбацких хитростях, стали говорить о ба…, эскизе муа, о женщинах, (куда ж без них!)
а потом тема плавно сместилась в сторону алкоголя и разных ситуаций, связанных
с его употреблением. Смеялись, вспоминая в какие курьезные и подчас идиотские
ситуации мы попадали после неумеренных алкогольных возлияний. Помню,
один приятель рассказал, как он чуть не погорел, придя домой после корпоратива
и случайно обнаружил в туалете, что на нем надеты женские кружевные
трусики его коллеги по работе. Правда, пол коллеги он при этом не уточнил.
Когда все отсмеялись, вокруг костра на некоторое время воцарилось молчание,
которое прервал чей-то хриплый прокуренный голос:
- Эх, друзья мои, вы еще только пескарики!
Я посмотрел на говорившего и увидел, что это был невзрачный незнакомый
мужичок лет пятидесятидесяти, неизвестно когда присоседившийся недалеко
от меня на пластиковом ящике из-под алкоголя. Поскольку все сидящие молчали
и никто не возмутился, что тот влез в разговор, я подумал, что он был знаком
с кем-то из нашей компании и тоже промолчал. А неизвестный мне мужик между
тем затянулся сигаретой, сплюнул и продолжил:
- Вот помню, было дело, лет, этак двадцать назад, просыпаюсь я от того, что кто-то тянет меня за ворот рубахи. Медленно прихожу в себя и вижу над собой яркий, звездный небосвод. Судя по всему, это был июль или август месяц, точнее не скажу. А этот чувак, который меня тащит, молчит, не матерится и вообще не выдает никаких эмоций. Я оглянулся по сторонам: памятники, кресты, короче кладбище. Мама дорогая! Как я сюда мог попасть? Мы же пили с пацанами где-то в гаражах, а до ближайшего кладбища было километров десять, пятнадцать. Есть расхожее выражение про то, что бывают такие ситуации, когда от ужаса кровь стынет в жилах. Так вот, сейчас это был тот самый случай. Я, стараясь сохранить остатки самообладания, спросил:
- Мужик, ты куда меня тащишь?
- Молчи, дурак! - был ответ.
Вскоре он меня отпустил и я смог подняться на ноги. Я посмотрел на него и удивился, незнакомец был в какой-то длинной темной одежде, с седой бородой, а на голове у него был колпак, я до сих пор не знаю, как они правильно называются в церковном мире. Он молча смотрел на меня, а я не знал, что ему сказать.
Рассказчик замолчал, о чем-то задумавшись, а я почувствовал, что у меня стали тяжелеть веки под воздействием его монотонного голоса.
- А что было дальше? – спросил нетерпеливый голос Вована, моего закадычного другана.
- Дальше? - задумчиво переспросил мужик, затягиваясь сигаретой, - а дальше было как-то так… Значит, стою я в некоторой прострации, алкоголь стремительно улетучивается из организма, а этот неизвестный мне гражданин показывает пальцем на что-то позади меня:
- Выход там!
Я посмотрел по сторонам и увидел, что стою на центральной аллее городского кладбища, а потом обернулся к незнакомцу. Кто он такой? Сторож? Но сторожа я знал и это был точно не он. Монах? Но в свете заливающей окрестности луны, креста на его груди я не увидел, да и на кладбище не было церкви. Я хотел его еще что-то спросить, как он опять, предупредив мой вопрос, показал рукой на дверь в ограде кладбища:
- Выход там!
Я понял, что спрашивать его бесполезно и молча побрел к ограде. Выходя с кладбища, я не удержался и все-таки обернулся, но темной фигуры в пределах видимости не было. Так и не сумев поймать попутки, (с такси в то время было не очень хорошо, да и мобильника у меня тогда не было), я отправился восвояси пешим ходом. До дома было не очень далеко, я думаю километров восемь, не больше, так что еще не успело рассвести, как я уже звонил в свою квартиру, а вернее, в квартиру своей очередной любимой тещи, потому что ключи от нее (не от тещи, а от квартиры) я где-то благополучно про… потерял. Дома меня, конечно же, ждал приготовленный завтрак, мягкая постель и ласковая жена. А когда синяки и ссадины на моем лице от той памятной встречи почти зажили и меня жена с тещей стали надолго выпускать из дома, в пивбаре
я встретил Петровича, того самого сторожа с кладбища. Он сидел один за столиком и, задумчиво потягивая пиво, внимательно рассматривал грязную стену.