После того, как жертва была оплодотворена чёрным семенем, её заматывали в какую-то чёрную ткань, оставляя открытой только голову, клали на узкие, кожаные носилки, закатывали в циновки и снова навьючивали на валгатров. Как только с этим было покончено, отряд срывался с места и по прямой мчался через степь в Орраес. Ни в какие города, попадавшиеся им по пути, орки уже не заезжали. Они, явно, хотели как можно скорее добраться до этого города, но уж очень много их было и только теперь Кир осознал масштабы грядущей битвы. В небо были подняты все тондаро и разведчики внимательно следили за всеми перемещениями орков в степи. Настало время захватить в плен один из отрядов целиком и кое в чём разобраться.
"Белегестел" быстро летел курсом на юго-восток. На его борту были только чистильщики, Итилгаил, король Хальдур и Анир Сиелин. Поздней ночью в день начала переворота он вместе с тридцатью семью альтаров стал прямо в королевском дворце учеником Иоланты и обрёл магические знания самого высокого уровня. К удивлению многих, но только не Кира, Анир тоже стал магом зелёного листа и его магическим инструментом был теперь был теперь четырёхлистный клевер. Хальдур был призван также потому, что он был магом зелёного листа и уже здорово поднаторел в своей новой профессии, но Анир Сиелин имел огромный опыт и потому Тетюр включил и его в свою команду. Козмо отнёсся весьма спокойно к тому, что его лишили таким образом сатисфакции и хотя первым протянул Аниру руку, тем не менее то и дело подначивал старого мага.
Итилгаил, видя на экране карту, по которой перемещался красный кружок, уверенно вёл "Белегестел" к точке рандеву с отрядом состоящим из тридцати двух всадников, который мчался не разбирая дороги в Орраес и вёз в него двадцать семь пленниц. У этого отряда было около сотни валгатров, почти половина которых скакала налегке и его выбрали потому, что в составе отряда были орки, люди, гномы и даже два эльфа. Молодых орков в нём было всего пятеро и старшему из них на вид не было больше семнадцати. Разведчики, которые выследили этот отряд и вели его в течение всех пяти суток, уже определи, почему им досталась такая большая добыча. Всё объяснялось весьма просто. Этот отряд состоял из жителей отдалённой фермы, которые занимались разведением племенных валгатров и каким-то образом сумели заманить к себе в гости женщин-альтар из ближайшего города, на глазах которых пять юных чудовищ убили более четырёх дюжин женщин и девочек и сожрали их сердца.
Уже очень скоро для восьми чёрных магов и пяти мерзких тварей, порождённых их чёрной магией должен был наступить час расплаты. Хотя юные орки и выглядели невинными созданиями, у чистильщиков на этот счёт не было никаких сомнений, зато Анир пребывал в унынии. Для него было чем-то кощунственным поднять руку на ребёнка и не смотря на то, что ему уже не раз показывали магическую видеозапись того, как другие юные орки убивали своих матерей и малолетних сестёр, вырывали сердца и с ликованием пожирали их, как они беснуясь, словно дикие звери, насиловали альтар, он всё равно то и дело горестно вздыхал и охал. Когда Анир издал очередной такой вздох, Кузьмич не выдержал и рявкнул:
- Слушай, ты, лошадиный маг, это кончится когда-нибудь? Неужели тебе не ясно, что это просто нечисть в человеческом обличье?
Итилгаил машинально поправил его:
- В орочьем, Кузьмич.
- Ой, да, какая разница! - Воскликнул маг - Можно подумать, что эльфы хоть чем-то отличаются от людей кроме своих ушей. Орки, маги, эльфы, всё это условности. В глазах мастера Аструала мы все прежде всего люди, а то что он, порой, экспериментирует с нашим внешним видом, так это только для того, чтобы жизнь была веселей. Вот увидишь какой прелестью окажутся дети от эльфа и какой-нибудь золотой девушки. Прикинь, Итил, твой младший сын однажды приносит тебе показать внука, маленького такого золотого эльфа. Главное, что это будет плод любви, маленький человек, а не порождение чёрной магии имеющее человеческий облик. В том-то и заключается коварство Амала, что в самую совершенную форму он стремиться вложить такое мерзкое содержание, что просто с души воротит.